Чтение онлайн

– Послушай, Поппи. Ты совершенно напрасно беспокоишься.

– Ты относишься ко всем живым существам лучше, чем они того заслуживают, – вздохнула Ольга.

Настроение Скотти немного улучшилось, когда сынишка несколько раз попытался схватить губами сосок, но промахивался. Наконец Михаил все-таки ухватил сосок, и она облегченно вздохнула от нового и очень приятного ощущения.

– Я скучаю по своим животным, Поппи, – с улыбкой сообщила она. – Особенно по Маггину.

Экономка с упреком посмотрела на нее и проворчала: – Ты имеешь в виду того пройдоху енота, которого постоянно поминает недобрым словом Алекс?

– Его самого, – печально улыбнулась Скотти.

– Даже не знаю, что тебе и сказать, дитя мое. Ручной енот никогда не прижился бы в городе или, – строго добавила миссис Попова, подняв брови, – в этом доме.

– Знаю, знаю, – кивнула Скотти и подумала о долине и гостинице.

В последнее время Скотти много думала об этом. Сейчас, после того как у Алекса появился сын, его отношение к ней могло измениться. Скотти гордилась тем, что родила сына, считала, что выполнила свои обязательства по «контракту». Конечно, после свадьбы произошло так много чудесного, но ведь их брак все равно остается сделкой.

О, Скотти знала, что Алекс в восторге от ее тела. Но сейчас у него есть сын, наследник, который будет носить его фамилию. Наверное, все мужчины радуются, когда у них рождаются сыновья. Теперь у него начнется совершенно новая жизнь. Отыщется ли в ней место и для нее?

Ее мысли вернулись к их соглашению относительно гостиницы в долине. Интересно, Алекс по-прежнему считает, что она должна поехать в Йосемит и работать управляющей? И если считает, что все остается в силе, то ждет ли, что она покинет его? Вернее, хочет ли, чтобы она ушла?

Ее снова охватил страх. Она только что подарила ему сына. Если он хочет, чтобы она уехала, то он никогда не позволит ей забрать с собой их сына. Но она ни за что не уедет без Михаила, никогда!

Миссис Попова пошла к двери.

– Оставлю вас ненадолго вдвоем. Скоро обед, Скотти спокойно кивнула экономке и поудобнее устроилась на подушках. Она посмотрела на сосущего молоко сына, нагнулась и нежно поцеловала его в головку. У нее перехватывало дыхание от одного только присутствия малыша; водоворот нежных чувств, которые она испытывала к нему, захлестнул ее. От мальчика исходил такой чистый и сладкий запах, он напоминал ей воздух любимой долины. О, как она скучала по Йосемиту! Скучала по покою, который всегда охватывал ее, когда она находилась в долине, скучала по своим животным: Маггину, Розе, Глории. Еще ей сейчас очень не хватало общения с отцом. Она часто ходила к его могиле и беседовала с ним. Скотти была уверена, что дух Йэна Макдауэлла остался в долине и он будет всегда бродить по любимым местам.

Скотти не могла представить, что проживет остаток своей жизни в городе, но если бы Алекс любил ее, все было бы иначе. Она знала, что последовала бы за ним повсюду, куда бы он ее ни позвал. Но он до сих пор не сказал, что любит ее. Сколько раз она изливала перед ним душу, рассказывала, как сильно его любит, однако он ни разу не заговорил о любви.

Теперь, после рождения ребенка, в ее отношениях с Алексом начинается новый период, но Скотти не знала, каким он будет, как сложится ее дальнейшая жизнь. Они так много еще не сказали друг другу. Сейчас все зависело от ее большого красивого мужа. А от нее самой? Едва ли. У нее нет ни денег, ни власти, зато и то, и другое в избытке есть у Алекса.

Глубоко в сердце Скотти не верила, что он отправит ее в долину управлять гостиницей… одну, без сына. Это исключено, гневно подумала она, сын останется со мной! И опять она стояла перед выбором. Она отчаянно хотела поехать в долину с сыном и так же отчаянно не хотела оставлять Алекса и Катю. Увы, она прекрасно понимала невозможность иметь и то, и другое. Но самым страшным было даже не это. Скотти боялась, что вообще ничего не получит.

– О, Скотти… – взволнованно выдохнула Катя Головина. – Малыш Мики такой красавчик! Правда, он похож на сморщенного старичка, но он все равно очень хорошенький. – Девочка осторожно дотронулась до ручонки брата и ошеломленно открыла рот, когда тот сжал ее палец в своем крошечном кулачке.

Скотти спокойно улыбнулась, радуясь, что Катя сразу полюбила маленького брата.

– Мики? – переспросила она, убирая с лица девочки локоны. – Ты будешь называть его Мики?

Они провели чудесный час втроем. После безобразной сцены на крыльце, которую устроила Марлин, Скотти старалась не спускать с девочки глаз. Когда Алекс вернется, первым же делом нужно будет предупредить его о намерениях этой страшной женщины. Она ничего не слышала ни о каком докторе, который сможет вылечить Катю. Наверняка Марлин Кэнфилд придумала все это, лишь бы получить дочь. Как она могла так зло и жестоко лгать этой несчастной девочке, своей дочери!

Катя нежно загугукала Михаилу.

– Не знаю, как другие, а я буду звать его Мики. Скотти не сводила глаз с Кати, когда та ласково шептала и улыбалась ребенку. Она очень сильно изменилась за те полгода, которые Скотти провела в Сан-Франциско. Как хорошо, что они подружились! Она вспоминала, с какой ненавистью поначалу девочка относилась к ее присутствию в доме. Приступы хандры ярости продолжались много, много недель… Катя оказалась прекрасной ученицей и очень сообразительной девочкой.

Появление грудного ребенка перевернуло дом Александра Головина вверх дном. Уинтерс, у которого теперь двадцать четыре часа в сутки был обеспокоенный вид, что-то невнятно бормотал о «грязных пеленках» и «детском реве». Тем не менее, чопорный англичанин каждую ночь безропотно ходил на кухню и готовил Скотти чай или молоко. Миссис Попова пребывала на седьмом небе от счастья. Ей страшно нравилось, что сейчас, спустя много лет, в доме появился младенец. Занятия на неопределенное время пришлось прекратить, и Безил Петерс всерьез взялся за починку крыши над кладовой. Скотти была довольна почти всем. Почти…

Катя низко нагнулась и нежно дотронулась до личика ребенка.

– Loobloo tebya, Мики, – пробормотала она.

Скотти вопросительно посмотрела на девочку и спросила:

– Что это значит?

– Это значит по-русски «люблю тебя». Скотти запомнила фразу, надеясь когда-нибудь воспользоваться ею. Она грустно подумала, что другие ее признания в любви Алекс почему-то пропускает мимо ушей.

Несколько минут они сидели молча. Потом Катя пристально посмотрела на Скотти.

– Что такое? – Скотти взяла девочку за руку. – Что-то случилось?

– Я хочу тебе кое-что сказать, хотя и не должна этого делать. – Она опустила голову, и золотистые локоны в беспорядке рассыпались по плечам.

– Кто… кто не велел тебе говорить? – встревожилась Скотти.

Девочка наклонила головку набок и вздохнула:

– Папа.

Саднящая боль в сердце, не стихавшая ни на минуту, при упоминании Алекса усилилась. Он еще не вернулся, и она ужасно скучала по нему. Еще несколько месяцев назад она инстинктивно поняла, что он всегда с радостью уезжает из дома. В своих мечтах Скотти часто надеялась, что Алекс полюбил ее, но эта любовь почему-то пугает его.

Скотти украдкой посмотрела на Катю. На ангельском личике девочки не было ни радости, ни удовлетворения. Она снова пожала руку Кате, надеясь успокоить ее.

– Не бойся, дорогая. Может, твой папа сам мне расскажет?

Глаза Кати расширились, и она торопливо кивнула.

– О, он сказал, что обязательно расскажет, он…

– Что здесь происходит? – как гром среди ясного неба прозвучал голос Александра Головина.

Сердце Скотти екнуло, будто она на большой скорости ехала на коляске по ухабистой дороге.