Чтение онлайн

— Еще раз обратите внимание! — сказал Вулкан, когда Кэти, приподняв абажур, зажгла лампу справа.

Мрачноватое и несколько угрожающее сияние залило комнату, окна которой не открывались несколько лет.

Фигура справа от колеса рулетки представляла собой известное изображение Вулкана: черный от копоти, сутулый и в то же время могучий и широкоплечий, с молотом в одной руке и сетью в другой.

— Да, — признал Чевиот, — Великолепная работа. А статуя слева... — Он остановился.

Кэти быстро передвинулась к другому концу стола, и он услышал легкий хлопок загоревшегося фитиля.

Вторая фигура представляла обнаженную Венеру, выходящую из моря. Редко, когда скульптор, художник, глазуровщик вкладывали столько вдохновения в свое творение, производившее впечатление живой и страстной чувственности.

— Классическая мифология, — продолжал объяснение Вулкан, — Венеру, или Афродиту, обычно представляет светловолосой. Так что вы, мистер Чевиот, скорее всего, предполагали увидеть...

Он замолчал, деликатно кашлянув.

— Но эта Венера, — сказал он, и, казалось, даже его стеклянный глаз блеснул восторгом, — смуглая и темноволосая. Смотрите, как падают ей на плечи темные волосы. Глаза ее полузакрыты, а руки, ладонями наружу, опущены вдоль тела. Видите?

— Отлично. Это столь необычно, просто восхитительно.

Вулкан издал свой мягкий смешок. Кэти де Бурк с дрогнувшими губами стояла у второй лампы. Затем она двинулась вдоль стола по комнате.

У стены справа стоял большой шкаф китайского лака с двустворчатыми дверцами и выдвижными ящиками. Прижавшись к нему спиной, Кэти остановилась и замерла, вздернув подбородок, полуприкрыв глаза и опустив руки с повернутыми наружу ладонями.

— Это я, — подчеркивая каждое слово, сказала она. — И я горжусь этим! И что мне еще надо?

— Кэти!

Жадно вытянув губы, Кэти направилась к Вулкану и обхватила его руками за шею.

— Поцелуй меня, голубчик, — сказала она.

Вулкан повел плечами. Он отшвырнул ее назад с такой силой, что она еле устояла на ногах. Спиной и головой она ударилась о дверцу шкафа китайского лака, что стоял справа от открытых дверей.

Но Кэти только рассмеялась, явно испытывая удовольствие. На этот раз она приблизилась к нему с такой подчеркнутой скромностью, что, несмотря на ее красоту, а может быть, именно из-за нее, она вызывала неприятное впечатление. У Чевиота мелькнула мысль, что она специально пыталась подражать Флоре Дрейтон.

— Значит, мой дорогой, я не могу оставаться тут, пока ты будешь разговаривать с этим джентльменом?

— Нет. У нас дела. Оставь нас.

Вулкан, положив Кейт руку на плечо, развернул ее к открытым дверям и, повернувшись к Чевиоту, сразу же заговорил благодушным тоном.

— Простите, мистер Чевиот, что на некоторое время я обошел вас своим вниманием! Садитесь... вот сюда.

В его спокойном жесте была такая властность, что Чевиот невольно обернулся.

У стены, слева от дверей, недалеко от медной ручки, стоял большой и широкий письменный стол времен Регентства. Его гладкая поверхность была покрыта зеленой кожей, а два ряда выдвижных ящиков по обе стороны стола были украшены металлическими ручками в виде львиных голов.

Сбоку, по обе стороны стола, раскинулись широкие удобные кресла зеленого бархата.

В глаза Чевиоту бросилось еще кое-что. У дальнего конца стола стояли два образца из знаменитой коллекции тростей, принадлежавшей Вулкану. Одна из них, изогнутая подобно посоху, была из тяжелого черного дерева с серебряным набалдашником. Другая — с изящным изгибом в верхней части, чувствовалось, была куда легче.

Тревожным эхом всплыло предостережение:

«Не позволяйте, чтобы он подходил к вам со спины! Не позволяйте...»

Но Вулкан все время держался от него в отдалении.

Толстая дверь красного дерева с шумом захлопнулась, и Чевиот обернулся на этот звук. Вулкан, пустив в ход ключ побольше, аккуратно запирал ее.

— Всего лишь предосторожность, — объяснил он, — чтобы нам не помешали в нашем уединении.

— Конечно, — согласился Чевиот, располагаясь в том дальнем кресле, на которое указал ему хозяин.

Вулкан опустил связку ключей в жилетный карман.

Каждая складочка его вечернего костюма выражала самодовольство. Подойдя к Чевиоту, он застыл над ним баш-неообразным колоссом, и тень его упала на оранжево-зеленые обои.

— Разве это не странно? — насмешливо спросил он. — Странно, должен я сказать, что человек — и снова подчеркиваю, человек, не обладающий никакими особыми достоинствами, — все же вызывает такую привязанность у многих женщин? Даже у женщин (я не имею в виду Кэти, хотя я обожаю ее больше, чем кого-либо), даже у женщин аристократического происхождения и с изысканными вкусами?

Вулкан обвел взглядом белый пластрон своей рубашки, бросающиеся в глаза запонки и кольца на пальцах.

— И такого Человека я знаю, — с легкой улыбкой добавил он.

— О, да, — сказал Чевиот, не глядя на него. — Как и я.

Вулкан застыл в молчании, стоя перед креслом рядом со столом.

Словно стрела, попавшая туда, куда и нацелил ее Чевиот, фраза произвела загадочный эффект.

— Могу ли я предложить вам сигару, мистер Чевиот?

— Благодарю вас.

Большинство сигар, которые он покупал и курил в свое время, имели отвратительный вкус. Эта же, которую ему предложили из глубокого сандалового ящичка с тонкими стенками, стоявшего на столе, была превосходной «гаваной». Из правого жилетного кармана он вынул гильотинку для обрезания кончиков сигар, которая висела на другом конце толстой серебряной цепочки от часов.

Взяв сигару, Вулкан сделал то же самое.

— Бокал бренди, мой дорогой сэр? — расплылся он в сияющей улыбке. — О, не раздумывайте! Это подлинный «Наполеон», и притом высшего качества.

— Не могу устоять, благодарю вас. Никогда не пробовал вкуса подлинного «Наполеона».

Вулкан поставил на поднос между стаканами хрустальный графин и разлил бренди по бокалам, не прикасаясь к , ним.Чевиот, поднявшись, двинулся к столу. Споткнувшись, он едва не упал, но удержался на ногах, налетев на Вулкана.

О, прошу прощения, — вскрикнул Чевиот, обретая равновесие. — Непростительная оплошность с моей стороны!

— Отнюдь, — сказал Вулкан.

Взяв бокал с бренди, Чевиот снова уселся. Вулкан, продолжая стоять, подкрутил металлический стерженек в дюйм длиной у основания игрушечной пагоды из золота и серебра. С легким треском поднялся язычок пламени на пропитанном маслом фитиле. Вулкан аккуратно дал прикурить Чевиоту.

Затем он прикурил сам, поднял бокал и комфортабельно расположился в удобном кресле зеленого бархата.