Чтение онлайн

Впервые за весь день ей удалось улыбнуться.

Дженкинс ушел, пообещав пробраться в каюту Джулии, как только на корабле утихнет дневная суета. После его ухода Джулия принялась нервно вышагивать по каюте, убежденная, что она просто обязана придумать способ освободить Дерека. Он

то знает, как быть дальше. Он спасет их — в этом Джулия не сомневалась.

В коридоре послышались легкие шаги миссис Маршалл, возвращающейся из столовой. Она принужденно беседовала с кем-то, ее тон свидетельствовал о том, что она с трудом сдерживает гнев. Приложив ухо к двери, Джулия узнала голос капитана Гатри:

— Я искренне сочувствую вам, мадам, но вы должны понять корабль попал в плен и теперь его судьба зависит от меня. С вашей стороны нелепо даже надеяться, что я позволю вам и вашей дочери продолжать путь вместе с грузом.

— И как же вы намерены поступить с нами? — Голос миссис Маршалл дрогнул, и Джулия поняла, что она едва удерживается от вспышки гнева или безутешных рыданий. Она знала, что мать способна и на то, и на другое.

— Об этом вы узнаете завтра. — Судя по голосу капитана Гатри, этот разговор ему наскучил. — А теперь прошу меня простить. Я очень устал и намерен вернуться на свой корабль, чтобы как следует выспаться. Пока я не могу сказать, каким будет мое решение, но склоняюсь к мысли, что вас с дочерью следует отправить обратно в Джорджию и передать в руки федеральных властей.

Джулия услышала скрип открывшейся и вновь закрывшейся двери соседней каюты. Отлично! Миссис Маршалл все-таки сдержалась и не дала негодяю повода для злорадства.

Через несколько мгновений Гатри зашагал обратно по коридору. Джулия застыла, боясь, как бы он не вздумал заглянуть к ней. К счастью, этого не произошло.

Возвращения доктора Дженкинса Джулия ждала с нарастающим нетерпением. Наконец, совсем отчаявшись, она задумалась о том, удастся ли ей осуществить свой план в одиночку. И когда она была уже совсем готова к решительному шагу, дверь каюты тихо скрипнула.

— Мисс Маршалл, вы спите? — послышался тревожный шепот Дженкинса.

— Разве я в состоянии заснуть? — прошипела она. — Где вы пропадали? Я уже решила не ждать вас. Надо действовать немедленно.

— Так я и думал! Я боялся, что вы не дождетесь меня и совершите ошибку. Мне понадобилось немало времени, чтобы столковаться с надежными людьми, которым хватит смелости на самую рискованную выходку.

Дженкинс объяснил, как он разыскал троих матросов, согласившихся помочь, и обсудил с ними положение. Путем несложной разведки они выяснили, что у двери карцера стоит всего один часовой. Еще несколько вооруженных стражников расставлено по всему кораблю. Остальные вернулись на крейсер, уверенные, что добыча никуда не денется. Сам Харки расхаживал по всему кораблю, чуть не лопаясь от гордости, — капитан Гатри временно поручил командование ему.

— Я вовсе не пытаюсь запугать вас, — обеспокоено добавил Дженкинс, — но я подслушал разговор Харки и капитана Гатри. Харки желал незамедлительно заполучить вас, а Гатри отказал ему. Он велел своим стражникам присматривать за Харки — на всякий случай.

— И, слава Богу! Как, по-вашему, мне удастся пробраться к Дереку? Может быть, вы справитесь без меня? Мне бы не хотелось в темноте наткнуться на Харки.

— Нет, нам без вас не обойтись! — решительно возразил Дженкинс и объяснил, что Джулии придется воспользоваться всеми женскими уловками, чтобы застать врасплох часового, поставленного у двери карцера. Главное — заставить его забыть об обязанностях. — Постарайтесь вскружить ему голову, а мы сделаем остальное. И помните: вам ни в коем случае нельзя показать, что вы нервничаете, иначе часовой заподозрит неладное. — Прищурившись, Дженкинс окинул Джулию беглым взглядом. — Вы уверены в успехе? Если в вас есть хотя бы тень сомнения, лучше забыть об этом плане и попытаться придумать другой. Если сегодня нас поймают, второго шанса нам не представится. Любая оплошность может стоить нам жизни.

При свете свечи, зажженной Джулией, Дженкинс продолжал испытующе вглядываться в ее глаза. Она уставилась на него в упор, решительно вздернув подбородок.

— Промедление смерти подобно. Действовать надо сегодня. За меня не беспокойтесь. Я справлюсь со своей задачей.

Дженкинс похлопал ее по плечу:

— Умница! Я верю в вас. Блеск в ваших глазах меня не обманывает.

— Спасибо. — Голос Джулии прозвучал твердо и уверенно. Дженкинс объяснил ей, где находится карцер и как пробраться туда, держась в тени, чтобы остаться незамеченной. На корабле все стихло — если не считать гогота Харки и двоих стражников, обнаруживших в капитанской каюте запасы рома. Видимо, они нисколько не сомневались в покорности команды «Ариана», и не без причины. Команда Арнхардта была обезоружена, капитан и его помощники оказались в кандалах, матросы остались без вожака. Кто бы мог подумать, что Джулия не согласится покорно ждать своей участи и не примирится с ней?

Дженкинс велел Джулии повременить полчаса, а затем отправиться к карцеру. К тому времени он и остальные его сторонники должны были занять свои места. Как только Дерек и его помощники окажутся на свободе, они найдут способ справиться с охранниками и завладеть оружием.

Дженкинс вновь смерил Джулию проницательным взглядом.

— Мне известно, что прежде всего вы беспокоитесь о матери и вашем хлопке. Должно быть, вам не терпится добраться до Бермудских островов и отправиться в Лондон, к жениху. Но сдается мне, мисс Маршалл, вы неравнодушны к нашему капитану, даже если сами этого пока не понимаете.

Джулия изумленно уставилась на врача, поражаясь его догадливости. Внезапно ее лицо осветила лукавая улыбка.

— Скажем так: мне не верится, что у него железное сердце. По-моему, я знаю капитана лучше, чем остальные члены команды.

Дженкинс кивнул и быстро удалился.

Джулия задумалась. Кажется, после трагических событий сегодняшнего дня она навсегда изменилась. Ей впервые пришла в голову мысль, что она слишком плохо знает саму себя.

У Джулии возникло пугающее предчувствие. Должно быть, еще до рассвета ей предстоит поближе познакомиться с самой собой и узнать, что уготовано ей судьбой… конечно, если она останется в живых.

На безлюдной палубе было тихо. Небо затянули тучи, и Джулия вздохнула с облегчением, понимая, что на освещенной луной палубе ее заметили бы в мгновение ока. Перед выходом из каюты она переоделась в платье с соблазнительным вырезом, обнажающим заманчивую ложбинку. Платье было темным, а на плечи Джулия накинула черную шаль, не желая, чтобы ее заметили по пути к карцеру, где томился Дерек.

Ее сердце бешено колотилось, ноги дрожали, однако она с трудом сглотнула, сделала глубокий вздох и на цыпочках начала красться по палубе, переступая через спутанные веревки. С корабля бросили якорь, поэтому он оставался неподвижным. Вглядываясь в темноту. Джулия различила очертания капера, тоже стоящего на якоре по правому борту, на расстоянии пятидесяти ярдов от «Ариана».

Заметив впереди часового, Джулия молниеносно скользнула кпоручням, присела, обхватила колени руками и притянула их кгруди, не осмеливаясь дышать. Часовой прошел мимо на расстоянии вытянутой руки. На миг у Джулии возникло опасение, что он решил сменить пост и теперь остановится поблизости. Тогда ее неизбежно обнаружат. Но спустя некоторое время часовой двинулся прочь. Прежде чем подняться, Джулия оглядела палубу, до боли в глазах всматриваясь в туманную мглу. Чуть поодаль стоял еще один часовой, повернувшись спиной к Джулии. Судя по всему, кроме этих двоих, на палубе больше никого не было. Однако Джулия не сомневалась, что где-то поблизости находятся остальные стражники.

Убедившись, что пока ей ничто не угрожает, Джулия выпрямилась и продолжила путь. Вход в карцер был на корме корабля, между двумя деревянными сооружениями — должно быть, рундуками для хранения каких-то припасов. Джулия увидела, что часовой сидит у двери, положив мушкет на колени. Казалось, он дремлет, уткнувшись подбородком в грудь. Джулия подошла поближе, гадая, где прячутся доктор Дженкинс и его помощники. Видят ли они ее? Подоспеют ли вовремя? Что, если матросы в последнюю минуту струсили и отказались от попытки освободить капитана? Команда недолюбливала капитана Арнхардта. Если янки пообещали сохранить матросам жизнь, их вряд ли будет беспокоить судьба офицеров.