Пылающие страстью
Шрифт:
– Печет, - прошептала Света, когда он коснулся ее разбитой губы, и Валера тут же подул, наклоняясь ниже.
Их взгляды замерли друг на друге, и, кажется, они перестали дышать, ощущая некую энергию между собой, а потом мужчина наклонился и невесомо коснулся уголка губ рядом с раной. Света вздрогнула от приятных и неожиданных в этот момент мурашек, и снова посмотрела в его глаза, полные нежности и чего-то еще, несвойственного этому человеку.
– Я буду рядом, верь мне, - прошептал он, и у самого по телу прошли мурашки, душа наполнилась каким-то особым теплом, и Валера понял, что именно ему хочется сказать: - Я без тебя дышать не могу.
– Мне нужно увозить Кирюшу, мы не можем здесь находиться, - произнесла она, не понимая, как нужно реагировать на слова мужчины.
– Я заберу вас к себе, загород, там безопаснее.
– Это неправильно.
– Неправильно то, что он с тобой сделал, а я хочу вас защитить, и я защищу, вы будете счастливы!
– Валера, - позвала Света, а он и не помнил, называла ли она ранее его по имени.
– Зачем тебе это?
Он замер, внимательно смотря ей в глаза и раздумывая над своими чувствами, а потом спокойно и искренне ответил:
– Я люблю.
Дальше в комнате воцарилась тишина, и Мишин продолжил обрабатывать раны, а когда он заканчивал вытирать пальчики, вниз спустилась Люба, неся в одной руке пакет, а в другой - вещи, чтобы Света могла сейчас переодеться.
– Валер, там Клим зовет тебя, поднимись, - попросила девушка, а сама подошла к Светлане, оставляя вещи на свободном кресле.
Мишин кивнул, отложил окровавленную вату на стол и, нежно коснувшись губами щеки любимой, быстро поднялся на второй этаж.
– Как ты, дорогая? – спросила Люба, переживая за подругу.
– Бывало и лучше. Раньше я тебя утешала, а теперь…
– Не надо, Света. Мы обе знаем, как жизнь непредсказуема.
– Да уж… Он теперь меня убьет.
– Мы не позволим. Валера не позволит.
– Если вы будете защищать меня, только сами нарветесь на неприятности.
– Мы тебя не бросим, и ты это знаешь. Ты мне скажи, что произошло-то?
– Как видишь, он избил меня.
– Он подумал, что ты изменяешь ему?
– Подумал и, если я верно поняла, приставил Рамира следить за мной.
– Да, Валера говорил об этом. Света, Георг тебя не…
– Нет, но хотел. Я не позволила, иначе бы второго раза не выдержала, - ответила Света, понимая, что Люба переживает о том же, о чем и Валера.
– Он уже так поступал? – ошарашенно спросила Люба и, взяв вещи, начала помогать девушке переодеваться.
– Перед тем, как я слегла.
– Господи…
– Ты меня выгоняешь?
– предположила Света, надевая теплые джинсы.
– Да, вам с Кирюшей нельзя здесь находиться, вы поедете к Мишину.
– И ты меня отправляешь к нему?
– Подруга, мы не можем рисковать, а Клим доверяет Валере, а я верю Климу.
– Ладно, - согласилась Света и, стянув халат, с помощью подруги надела футболку и свитер.
– Поверь, он сделает все, чтобы вас защитить.
Когда Люба помогла ей надеть носки, ибо та сама не могла наклониться из-за боли в ребрах, на лестнице послышались шаги. Впереди шел Клим, а за ним, неся на руках Кирюшу, спускался Мишин. Света не могла не заметить, что те были дружны, и даже немного улыбнулась, радуясь, что не нужно будет переживать по этому поводу.
Также Люба помогла ей подняться с дивана, и они все вместе прошли в прихожую, где Света снова надела свою куртку, оставленную ранее Климом, сунула ноги в предложенные ботинки, а потом ощутила на голове теплую шапку подруги.
– Боже, я - как бездомная дворняга, - горько прошептала Светлана, прикрывая лицо рукой.
– Знаешь, что, - наигранно рассердилась Люба и добавила: - Не мели ерунды! Ты наша, и, я повторюсь, мы тебя не бросим.
Девушка ничего не ответила, а только вышла вслед за Мишиным и сыном на улицу, обняла Любу, поблагодарила Клима за помощь и уселась на заднее сидение автомобиля, рядом со своим ребенком.
– Клутая машина, - оповестил Кирилл, когда мужчина сел на водительское место, предварительно о чем-то переговорив с Климом.
– У нас есть все шансы, чтобы кататься на ней всегда, - ответил Валера и, подмигнув ребенку в зеркало заднего вида, он завел двигатель и добавил: - А сейчас будет самая важная поездка в нашей жизни.
ГЛАВА 15
Оказавшись в загородном доме Мишина, они все вместе расположились в большой гостиной у камина. Валера помог Свете удобно устроиться в кресле-качалке, укрыв ее теплым пледом, Кирюшу усадил на пушистый ковер рядом, а сам отправился в кухню заваривать чай. Пока закипал чайник, он сделал несколько важных звонков, организовал охрану по всему периметру, вызвал повара и своего лечащего врача, все-таки девушку не помешало бы осмотреть специалисту. А потом, залив заварку кипятком и найдя варенье в холодильнике, все это водрузил на поднос и вернулся обратно в гостиную.
– Извините, кушать пока нечего, я здесь давно не был, но мы сейчас согреемся, а через пару часов сможем пообедать, - сообщил Валера и подал чашку с чаем в руки Свете.
– Спасибо, - тихо прошептала она, посмотрев на него.
– Не за что, а ты, друг, подожди немного, чай слишком горячий, - свою и Кирюшину чашки он поставил на кофейный столик, а сам, подойдя к камину, принялся его разжигать.
– Моя мама любит смотлеть на огонь, - сообщил мальчик, наблюдая, как огонь потихоньку распространяется на поленья.
– Правда? – серьезно спросил Валера, смотря на мальчугана.
– Да, - не менее серьезно ответил Кирилл.
– Теперь она может делать это каждый день.
– А мы, что, тепель здесь жить будем?
– Это зависит от твоей мамы, - ответил мужчина, и они оба посмотрели на Свету, которая как раз делала глоток чая.
– Сыночек, давай я тебе лучше на чай подую, чтобы он быстрее остыл, - ушла от ответа девушка, понимая, что не готова сейчас говорить о таких вещах.
– Давай, - довольно согласился малыш, и уже хотел было идти за чашкой к столику, как Валера его остановил.
– Давай лучше я, а мама пусть спокойно отдохнет.
– Холошо, - согласился Кирюша, и снова присел на нагретое место.
Чай они пили уже молча. Каждый был погружен в свои мысли. Валера наблюдал за Светой, которая при каждом движении морщилась от боли, и с каждым разом все больше хотел убить Георга. Он пока не знал, что сделает с ним, но сам себе пообещал, что в ближайшее время отомстит этому уроду, за то, что посмел причинить боль его любимой. И не важно, что она являлась тому женой, а важно то, что ни один мужчина не имеет права поднимать руку на женщину.