Чтение онлайн

— Иди ко мне, — легко, почти как штангу, подхватывает меня под попку и закидывает на себя.

А прикольно в водичке. Секс, наверное, будет классный.

Да с моим медвежонком гризли он везде классный!

— Арсенчик, — проговариваю, потираясь об его большой и заводящий.

— Пэрсик мой, любить тебя буду жарко и мокро, — рычит сексуально.

Целует меня страстно. Так только Арсенчик умеет.

Входит в мой ротик языком, и я чувствую собственный вкус.

Просто бог секса и разврата.

Поудобнее подхватывает под пышную попку и насаживает на себя.

— Обожаю, когда ты любишь меня в такой позе, — обнимаю его за шею.

Кайф какой. Даже лучше, чем пельмешки, которые кушаешь в ночи со сметанкой.

Долбит меня яростно, и в воде это приятно до поджимающихся пальчиков на ногах.

Чувствую его в себе на каждом сантиметре, и слезы из глаз. Какой же мой медвежонок мощный! Настоящий русский мужик. Пришел, увидел, поставил “раком” и оттрахал.

Кончаю, но Арсенчик удерживает меня, продолжая входить в мою булочку.

— Королева моя! — с рыком кончает в меня.

Бассейн опять слегка выходит из берегов.

У них тут так-то много качков. Могли бы и не с горочкой морскую водичку заливать! — Поехали ко мне, тигрица. У меня там для тебя подарочек.

Тортик? Да я ему сама Медовик испеку!

Мы затариваемся в “Ашанчике” и с пакетиками едем к нему. Не, ну такого мужчину надо кормить!

Открывает ключами, запускает меня в квартиру, и из спальни доносится знакомый голос одной побитой резиновым писюном селедки:

— Арсенчик, я жду тебя в спальне!

Селедка! Лежит она, окорочка свои тощие, перепелиные раскинула и манит моего Арсенчика жопной блестяшкой!

Жаль, что резиновый писюн так и остался в Валерике, а то этой не хватило острых ощущений! Как он там это назвал?

А да, БДСМ!

— Попадалово, — только и выдает мой джигит, прикрыв свои бесстыжие, но такие красивые глаза ладошкой. — Даже глядеть на это не хочу.

Ну хороший у него сюрприз! Это меня, такой шикарной женщины, повелительницы его питона, и мало?

Селедка поднимает голову, и ее губастую морду перекашивает от ужаса.

— Арсенчик, что эта жуткая бабища делает в твоей квартире?!

Она еще и высказывает моему мужику? Мозги, что ли, ей сотрясла резиновой писькой?

— Мне тоже интересно, пэрсик, что эта бабища делает в моей квартире, — Арсенчик, увидев мой гнев, пытается слиться с интерьером.

— Я не в курсе, кто и кому тут пытался всякие штучки подергать, но сейчас разберусь!

Вытаскиваю из пакета с продуктами большой китайский огурец. Нет, не очередную резиновую письку с “Алика”, а тот самый, который для салатика.

— Арсенчик, спаси! — визжит эта сучка развратная. — Она уже одного парня отходила дилдо!

— Кого отходили и чем? — соболиные брови моего мужика подлетают вверх.

— Потом расскажу! — выдаю боевой клич и кидаюсь на эту мышь драную. — А ну-ка иди сюда! Покажу тебе сейчас наш сибирский БДСМ!

— Мамочки! — орет она и вскакивает с кровати.

Пытается спрятаться за Арсенчика.

Мой джигит делает вид, что не знает ее, и просто пытается мне не мешать.

— Попалась! — нахлобучиваю ее огурцом и хватаю за лохмы, которые еще остались. — Ну-ка иди сюда! Сейчас я тебе наведу марафет!

— Правильно мне бабуля говорила, надо в церковь ходить и жениха вымаливать! — визжит она.

Таскаю мерзавку за волосы и заодно готовлю закуску “Битые огурцы по закоулочкам” Жалко, конечно, продукт — денег ведь стоит, но на этот раз селедка не притащила с собой ничего, чем можно ее же и отходить.

— Тигрица моя, ты просто огонь-пожар лесной! — восхищается Арсенчик.

На это я запускаю в него оставшейся жопкой от огурца.

— А с тобой я еще разберусь! Мусор только вынесу! И разберусь!

— Э, пэрсик, я вообще ни при чем! Меня кости не возбуждают! Я же не собака!

Не отвечаю. Хватаю селедку за шкирку и вытаскиваю ее из квартиры. Надо было раньше это сделать!

Открываю крышку мусоропровода и тычу селедку в зловонную дырку. Закрываю.

Красота! Стоит и торчит жопой кверху, бриллиантом своим сверкает. Может, кому пригодится.

— Клава? — доносится до меня голос Валерика.

Поворачиваюсь. Ковыляет мой в жопу раненый. Теперь так и будет ходить как подбитый кавалерист.

— Клава, — подтверждаю и складываю руки на груди. — Ты там мусор свой забери. А то бегает по этажам и продолжает чужих мужиков окучивать.

— Пэрсик, может, ты успокоишься, и мы поговорим о наших отношениях? — Из квартиры выбегает Арсенчик. Пэрсик, мне кажется, иногда мой акцент портит понимание. Я ее просил кактус поливать, а не волосатый вареник раскрывать.

— Клав, ты чего, с моим папой? — Валерик оскорбляется.

— Так получилось, Валерик, — пожимает огромными плечами мой джигит.

— У тебя точно не было джага-джаги с селедкой своего сынка? — спрашиваю, посмотрев на любимого грозно.

Как мамка говорила: если у меня руки так, мне пофиг на какую сторону у тебя шапка.

Арсенчик бросает взгляд на тощую жопу, которая торчит из мусоропровода.

— Сын, ты вот с этой изменил Клаве? — его шикарные брови выражают яркое непонимание.

— Ну понимаешь… Она пришла, и я вошел слегка не туда.

Обалденная отмазка. Зато писька возмездия из магазина для взрослых вошла туда, куда надо.

— И мне все же кажется, что твоя мамка неправильно тогда определила папку. Вкусы у тебя как у пса помойного. Не моя порода. Не моя. Пойдем попозже ДНК делать.

— Да нравится мне Клава! — Валерик меня жутко боится. — Просто она мне что-то накапала в коньяк. Вообще не нужна эта шалава!

В этот момент селедка выбирается из мусорки, берет какую-то ручку от швабры, за которой с успехом могла бы спрятаться. Подходит к Валерику и охаживает его так, что начинаю думать, что еще не все потеряно, если откормить ее борщом.