Чтение онлайн

О, как моя валькирия была в тот момент прекрасна.

Это оказалась ничуть не уютная, мягкая, сдобная булочка.

Нет.

Прикрыв экран ладошкой, доктор Булочко метала молнии из глаз, да такие, что Зевс, в чью честь я получил когда-то свой позывной, нервно курил в подворотне, отвечаю.

Но тут я перехватил ее, сгреб в охапку и начал целовать так, как мечтал долгими одинокими ночами, с восторгом ощущая: она откликается, тает в моих руках, тянется ответить и низко стонет.

Ладно, крышу мою, покореженную несравненной Булочкой еще давным-давно, вынесло напрочь. Но и она тоже потерялась вместе со мной в этом неожиданном урагане страсти и восторга.

Короче, утро мы встретили вдвоем, в моей постели, а на пальчике Иды Витальевны сияло колечко с бриллиантом, надетое мной.

На свадьбу из Саратова прилетели мать моей Иды, ее дядька и бабушка с дедушкой. Очень удачно их спецбортом прихватили мои сослуживцы.

Прибыли все точно в срок: буквально к началу регистрации в Первом дворце на Английской набережной. Четко, как в аптеке. Ида даже не успела начать нервничать.

Но главным и, с моей точки зрения, невозможным подарком на свадьбу, кроме восхитительной невесты, я считал прибытие на торжество моей матери.

И в этом была заслуга исключительно доктора Громовой.

Именно Ида Витальевна настояла, а честно говоря, потребовала, чтобы я перевез мать домой из пансионата. Моя любимая женщина сократила свою нагрузку в медцентре до двух дней в неделю, а всё остальное время посвятила моей матушке.

Результат изумил всех.

Да, опираясь на трость, но драгоценная родительница пришла на нашу свадьбу.

Сама.

– Ты представляешь, Ромочка, а ведь врачи были единодушны: никакой самостоятельности и никаких передвижений, кроме как в инвалидном кресле. Благослови Господь нашу девочку! – мама улыбалась сквозь слезы, целуя Иду в щеку, а я сдерживался изо всех сил, чтобы не последовать ее примеру.

А ещё я был бесконечно счастлив, что две самые важные женщины в моей жизни удивительно поладили, хотя с такой прелестью, как моя сладкая Булочка, не поладить, по-моему, невозможно.

Теперь, благодаря Иде, я ежесекундно был невероятно счастлив, да.

Но это же было еще не все.

Верный слову, я пригласил на торжество Князевых. И они явились всей семьей , да. Сестра Кирилла Азарова сияла бриллиантами и поражала всех свободных мужчин в округе в самое сердце и ниже своей грацией, резкостью, властностью и обтягивающим ало-золотым платьем.

В тот момент, когда Ида с Кларой отошли пошушукаться, Мирный, которого его звезда гоняла раз шесть принести ей разные фрукты и соки, но всё поданное ей не нравилось, выдохнул.

А я, прикинув, к чему все это могло быть, тихонько спросил Матвея:

– Вас можно поздравить?

– Официально пока нет, – ухмыльнулся Князев, – ждём, когда Королева догадается.

– То есть вы?

– Мы с бро давно поняли. Еще когда её штормить начало сильнее обычного, – Матвей скупо усмехнулся, глядя на наших дам, тихо хихикающих у столика с десертами.

А потом вдруг расплылся в довольной улыбке:

– Но наше Сокровище до сих пор старательно игнорирует очевидные признаки. Ничего, мы вот сейчас от вас поедем нашу родню навестить. А там кто-нибудь не удержится. Так что будет Королеве сюрприз от родственников.

Пока глядел на довольного Князева, меня посетила занятная мысль:

– Надо будет поинтересоваться у Иды: а что она думает о детях? Потому что я, кажется, уже готов стать отцом.

Одержимый неожиданной идеей, подкрался тихонечко к любимой женщине и уловил обрывок их беседы с Князевой:

– Ида, ну, я же врач, – хихикнула Клара Андреевна, – конечно, я давно все поняла, но им так нравится думать, что они знают больше. Они такие счастливые. Пусть радуются. Пока могут. Недолго им осталось веселиться.

И две коварные барышни дружно рассмеялись.

А я понял: несмотря на весь наш опыт, мозг и чуйку, женщины всё равно способны удивить своих мужчин в любой очевидной для нас ситуации.

Потом, наконец-то, пришло время танца молодоженов и бросания букета.

И я, кружа любимую женщину (и уже шесть часов как законную супругу) в вальсе, который мы с ней так старательно репетировали в последние дни, посмотрел в лучистые глаза и серьёзно сказал:

– Я не могу обещать тебе вечность, Ида. Жизнь непредсказуема. Но сколько мне отпущено – все для тебя, моя сладкая булочка. С мышьяком.

А она, рассмеявшись сквозь слёзы, шепнула:

– Люблю тебя. Спасибо Кларе за нашу встречу. А тебе – за настойчивость.

И тут, пока я млел и таял от счастья, доктор Громова неожиданно метнула свой изящный букет.

Да не просто так.

Всё же, вероятно, Судьба существует, потому что цветы приземлились в руки моей новоиспеченной тёщи. А дорогой старший коллега, который сейчас активно занимался восстановлением справедливости в отношении семьи Виталия Булочко, тут же начал её уверять, что прилетевший ей в руки букет – не иначе как знак. Благословение от покойного мужа.

– Ну, пусть будут счастливы, – мысленно улыбнулся.

А потом, поцеловав свое счастье, нашел глазами бурно спорящих Князевых и понял:

– С Идой вопрос детей нужно обсудить как можно быстрее. Мне уже любопытно: а как на её характере отразится «интересное положение»?

Честно, я готов зимней ночью разыскивать по городу дыню или клубнику, если это сделает мою любимую женщину счастливее хоть на миг.

Потому что тот, кто не верил в любовь, внезапно обретя невозможное, способен на любые подвиги ради улыбки своей единственной.