Святой
Шрифт:
– Значит, ты готов выполнять любую работу, только Р±С‹ стать святым? – воспользовавС?РёСЃСЊ моментом, РІРјРµС?алась РІ разговор хитрая лекарС?Р°.
– Да, чтобы стать святым, я согласен на любую работу.
– Так поступай ко мне на службу сроком на двадцать лет, и на последнем году я обучу тебя искусству святого.
– Да что вы говорите? Вот уж счастье-то мне привалило! Премного вам благодарен.
– Но РІСЃРµ двадцать лет ты Р±СѓРґРµС?СЊ Р·Р° это служить РјРЅРµ, РЅРµ получая РЅРё РіСЂРѕС?Р° платы.
– ХороС?Рѕ, С…РѕСЂРѕС?Рѕ, СЏ согласен!
РЎ той РїРѕСЂС‹ Гонскэ двадцать лет работал РЅР° лекаря. Р’РѕРґСѓ РЅРѕСЃРёР». Дрова колол. Обед варил. Дом Рё РґРІРѕСЂ подметал. Р? вдобавок таскал ящик СЃ лекарствами Р·Р° лекарем, РєРѕРіРґР° тот выходил РёР· РґРѕРјСѓ. Р? РїСЂРё этом РѕРЅ РЅРё разу РЅРµ РїРѕРїСЂРѕСЃРёР» РЅРё РіСЂРѕС?Р° Р·Р° СЃРІРѕСЋ службу. Такого бесценного слуги РЅРµ сыскать было РІРѕ всей РЇРїРѕРЅРёРё.
РќРѕ РІРѕС‚ РїСЂРѕС?ло наконец двадцать лет, Рё Гонскэ, надев, как Рё РІ первый день своего РїСЂРёС…РѕРґР°, хаори СЃ гербами, предстал перед С…РѕР·СЏРёРЅРѕРј Рё С…РѕР·СЏР№РєРѕР№. РћРЅ почтительно поблагодарил РёС… Р·Р° РІСЃРµ, что РѕРЅРё для него сделали РІ эти РїСЂРѕС?едС?РёРµ двадцать лет, Рё сказал:
– А теперь РјРЅРµ хотелось Р±С‹, чтобы РІС‹, РїРѕ РЅР°С?ему давнему СѓРіРѕРІРѕСЂСѓ, научили меня искусству святого – быть нестареющим Рё бессмертным.
РџСЂРѕСЃСЊР±Р° Гонскэ привела лекаря РІ замеС?ательство: РѕРЅ РЅРµ знал, что ответить слуге. Ведь нельзя же теперь, после того как Гонскэ прослужил двадцать лет, РЅРµ получив РЅРё РіСЂРѕС?Р°, сказать ему, что, РјРѕР», искусству святого РѕРЅРё научить его РЅРµ РјРѕРіСѓС‚. Ничего РЅРµ оставалось лекарю, как холодно ответить:
– Рто ведь РЅРµ СЏ, Р° РјРѕСЏ жена знает секрет, как стать святым. Пусть РѕРЅР° тебя Рё научит.
Р? сказав это, лекарь отвернулся РѕС‚ Гонскэ.
Однако жена его и глазом не моргнула.
– Что Р¶, СЏ научу тебя секретам святого, РЅРѕ ты должен Р±СѓРґРµС?СЊ исполнить РІ точности РІСЃРµ, что СЏ тебе велю, как Р±С‹ трудно это РЅРё было. Если же ты РЅРµ исполниС?СЊ хотя Р±С‹ РѕРґРёРЅ РјРѕР№ приказ, ты РЅРµ только РЅРµ станеС?СЊ святым, РЅРѕ должен Р±СѓРґРµС?СЊ служить РјРЅРµ без РІСЃСЏРєРѕР№ платы еще двадцать лет. Р?наче тебя постигнет страС?ная кара, Рё ты СѓРјСЂРµС?СЊ.
– СлуС?аюсь! РЇ постараюсь РІ точности исполнить РІСЃРµ, что РІС‹ изволите приказать как Р±С‹ трудно это РЅРё было.
Гонскэ, радуясь всей РґСѓС?РѕР№, ждал, что прикажет ему сделать С…РѕР·СЏР№РєР°.
– В таком случае заберись РЅР° СЃРѕСЃРЅСѓ, что растет РІРѕ РґРІРѕСЂРµ, – последовал приказ лекарС?Рё. Разумеется, РѕРЅР° РЅРµ могла знать РЅРё какого секрета, как стать святым. Просто РѕРЅР° хотела, наверное дать Гонскэ очень трудный, невыполнимый приказ Рё заставить его служить задаром еще двадцать лет. Однако едва Гонскэ услыС?ал слова С…РѕР·СЏР№РєРё, как тот час же вскарабкался РЅР° СЃРѕСЃРЅСѓ.
– ВыС?Рµ! Еще, еще РІС‹С?Рµ! – командовала лекарС?Р°, стоя РЅР° краю веранды Рё глядя РЅР° Гонскэ, взбиравС?егося РЅР° дерево.
Р? РІРѕС‚ уже хаори Гонскэ СЃ гербами развевается РЅР° самой верхуС?РєРµ высокой СЃРѕСЃРЅС‹, растущей РІРѕ РґРІРѕСЂРµ РґРѕРјР° лекаря.
– Теперь отпусти правую руку!
Гонскэ, РёР·Рѕ всех СЃРёР» уцепивС?РёСЃСЊ левой СЂСѓРєРѕР№ Р·Р° толстый СЃСѓРє, осторожно разжал правую СЂСѓРєСѓ.
– Теперь отпусти левую руку!
– РР№, подожди! – раздался голос лекаря. – Ведь стоит этому деревенщине отпустить левую СЂСѓРєСѓ, как РѕРЅ тут же С?лепнется РЅР° землю. Там ведь камни, ему наверняка РЅРµ уцелеть.
Р? РЅР° веранде появился лекарь СЃРѕ встревоженным лицом.
– Не суйся не в свое дело! Положись во всем на меня. …Так отпускай же левую руку.
РќРµ успели замолкнуть эти слова лекарС?Рё, как Гонскэ, собравС?РёСЃСЊ СЃ РґСѓС…РѕРј, отпустил Рё левую СЂСѓРєСѓ. Что РЅРё РіРѕРІРѕСЂРё, трудно рассчитывать, чтобы человек, взобравС?РёР№СЃСЏ РЅР° самую верхуС?РєСѓ дерева, РЅРµ упал, если отпустит РѕР±Рµ СЂСѓРєРё. Р? РІ самом деле, РІ тот же РјРёРі фигура Гонскэ РІ хаори СЃ гербами отделилась РѕС‚ верС?РёРЅС‹ СЃРѕСЃРЅС‹. РќРѕ, оторвавС?РёСЃСЊ РѕС‚ дерева, Гонскэ РІРѕРІСЃРµ РЅРµ думал падать РЅР° землю – чудесным образом замер РѕРЅ неподвижно среди светлого неба, словно кукла РІ спектакле «дзерури».
– Премного вам благодарен Р·Р° то, что РІР°С?РёРјРё заботами Рё СЏ СЃРјРѕРі причислиться Рє лику святых.
Произнеся СЃ вежливым поклоном эти слова, Гонскэ СЃРїРѕРєРѕР№РЅРѕ Р·Р°С?агал РїРѕ синему небу Рё, удаляясь РІСЃРµ дальС?Рµ Рё дальС?Рµ, скрылся наконец РІ высоких облаках…
Что потом стало с лекарем и его женой, никто не знает. Сосна же, что росла во дворе их дома, прожила еще долго. Говорят, что сам Тацугоро Едоя велел специально пересадить это огромное, в четыре обхвата, дерево в свой сад, чтобы любоваться им, когда оно покрыто снегом.