Чтение онлайн

— Предоставь этих двух аморреев на время мне. Их будет гораздо легче взять после того, как я напою их добрым вином.

— Пожалуй, ты права.

— Конечно, я права, — она перебирала складки его туники. — Кроме того, я знаю царя лучше, чем ты.

Раав лукаво посмотрела на начальника стражи.

— Они могут принести мне увесистый кошель золота, и если ты дашь мне больше часа, я поделюсь с тобой.

Раав наблюдала, как ходили его желваки. Она знала, что в нем борются жадность и чувство долга. Что победит: жажда денег или страх перед наказанием за то, что он не доложил царю об израильских соглядатаях сразу же?

— Я дам тебе времени столько, сколько смогу, — заключил Кабул.

Когда он отошел, она посмотрела на двух мужчин, которые старались выглядеть неприметными среди суетливых и шумных иерихонцев, торгующих в воротах. Раав помахала им. Наверное, сейчас они сомневаются в своем решении пойти к ней, потому что видели, как она только что разговаривала с начальником стражи и, возможно, устраивала им ловушку.

Кабул наблюдал за ними. Он взглянул на Раав и подмигнул, говоря: «Действуй! Воспользуйся случаем!» Она могла представить себе его мысли. Лучше рискнуть ее жизнью, чем своей. Так и быть!

Обольстительно улыбаясь, молодая женщина приблизилась к юношам.

— Добро пожаловать в Иерихон.

Салмон шел за Раав по улице. Даже на расстоянии она показалась ему невыразимо прекрасной, а теперь, когда она была так близко, у него захватило дух от ее красоты. Он не думал, что придется столкнуться с такими искушениями во время выполнения задания, но сейчас ему было трудно не смотреть на ее бедра и продолжать помнить о своем деле. Сколько ей лет? Тридцать? Тридцать пять? Ее возраст выдавали только глаза.

Раав открыла дверь в дом и быстро вошла, остановилась посередине комнаты, нетерпеливо подавая им знак войти.

Салмон вошел первым, за ним — Ефрем.

— Ты только погляди, — пробормотал Ефрем в изумлении, стоя посреди комнаты. Салмон осмотрелся: ковры, разноцветные подушки и красные занавеси, поддерживаемые толстыми бордовыми шнурами, украшали комнату. Он старался не смотреть на кровать, занимавшую в комнате главное место. В воздухе витал аромат фимиама и корицы. Очевидно, за ее услуги хорошо платили.

Закрыв за ними дверь, Раав сбросила свое покрывало.

— Я должна спрятать вас!

— О чем это ты, женщина?

— Не делайте вид, что ничего не понимаете. Вы израильские соглядатаи. И если раньше я еще сомневалась в этом, то теперь абсолютно уверена, — проговорила Раав и направилась к лестнице, стоявшей у задней стены комнаты.

Ефрем удивленно посмотрел на Салмона.

— Что мы сделали не так?

Салмон же уставился на нее.

— Как ты узнала?

Она закатила глаза и покачала головой.

— Ты хочешь сказать, что аморреи всегда внимательно рассматривают укрепления Иерихона, когда приходят в город?

Раав выволокла лестницу на середину комнаты.

— На твоей тунике пятно крови. Скорее всего, тот, кто носил ее до тебя, умер в ней.

Салмон преградил ей путь. На одно мгновение он подумал, что надо было бы убить ее и спокойно выполнить задание. Она выпрямилась и подняла голову, ее карие глаза были ясными, в них отражался ее ум.

— Вы видели воина, с которым я разговаривала? Он догадался, кто вы.

— Ты рассказала ему?

— Он сам понял, — Раав начинала терять терпение. — Вы же пришли осмотреть город, не так ли? И будет лучше, если вы сможете прожить достаточно долго, чтобы выполнить свою миссию.

Она вручила Салмону лестницу и указала на дверь, ведущую на крышу.

— Поторапливайтесь, чего вы ждете? Царских палачей?

Ефрем запротестовал.

— Они первым делом будут искать на крыше!

— Да им и не придется искать, если ты останешься стоять посреди комнаты!

Ефрем огляделся.

— Должно же быть место получше!

— Прекрасно, — Раав уперла руки в бедра. — Если тебе не нравится крыша, как насчет моей постели?

Ужаснувшись, Ефрем стал быстро взбираться по лестнице.

В ее глазах отразилась боль, когда она увидела паническое бегство Ефрема.

— Я знала, что ты поступишь именно так.

Она посмотрела на Салмона. Он подумал, что у нее самые прекрасные темно-карие глаза, какие он когда-либо видел. Неудивительно, что Иисус и Халев так часто предупреждали о том, как опасны чужеземные женщины.

— А ты? — спросила Раав с печальной улыбкой.

Салмон поставил ногу на нижнюю перекладину и снова посмотрел на нее.

— Как тебя зовут?

— Раав. Но сейчас у нас нет времени для разговоров. Поторапливайся!

Она поднялась по лестнице вслед за ним. Подталкивая Салмона, Раав жестами приказала им лечь.

— Ложитесь здесь, а я прикрою вас вязанками льна.

Салмон послушался ее и теперь наблюдал, как она быстро, деловито трудилась, складывая на них снопы. Завершив работу, она наклонилась и прошептала:

— Извините, что не могу устроить вас удобнее, но, пожалуйста, не двигайтесь, пока я не вернусь.

Она поспешила спуститься в комнату, закрыв за собой выход на крышу.

— Мы доверили свои жизни блуднице! — хрипло прошептал Ефрем.

— У тебя есть идеи получше?

— Были бы у нас мечи!

— И хорошо, что их нет, а то мы бы сейчас были в руках того стража ворот, который разговаривал с Раав.

— Раав? Ты что, спросил, как ее зовут?

— Это было разумным в подобных обстоятельствах.

— Какое тебе до нее дело? — сказал Ефрем. — Ты же знаешь, кто она, — в его голосе прозвучало презрение.

— Тише ты!

— Мы что, обязаны прятаться под этими снопами льна, как трусы? Лучше было бы убить ее и заняться своими делами.

Салмон успел схватить Ефрема прежде, чем тот попытался сбросить с себя вязанки.

— Лучше бы нам закончить то, для чего нас сюда послали! Или ты забыл, какое поручение дал нам Иисус: войти в город, собрать информацию, выйти из города! Он не посылал нас проливать кровь, — Салмон отпустил друга. — Кто может лучше знать, что происходит в Иерихоне, чем блудница, преломлявшая хлеб с царем?