Чтение онлайн

Стали думать и гадать, но долго спорить не пришлось. Для начала, подкатывая валуны из завалов и ставя их друг на друга, соорудили этакую горку, высотой чуть более метра. При этом ветеран старалась работать как все, ведь её мускульная сила равнялась чуть не всей сборной мускульной силе трио Ивлаевых, но девушки пытались ограждать Апашу от перегрузок, поскольку хромала она всё больше и больше. Не получившая должного отдыха, не залеченная коленка могла в скором будущем доставить большие неприятности при ходьбе.

Затем Апаша, Катерина и Мария взобрались на горку валунов, устанавливая себе на плечи круглый щит зуавы. И уже на этот щит, забралась Вера, которой доверили разбираться как с самой плитой, так и со способом её открытия или выемки. Из инструментов, знаток архитектуры выбрала себя самое прочное и приемлемое в виде рычага: меч Апаши, можно сказать её фамильную гордость.

– Малышка, я тебя умоляю, - просила та, отворачиваясь в сторону от летящих сверху осколков породы и мусора.
– Осторожнее с реликвией. Этим мечом несколько поколений Грозовых сражалось...

– Хм! Так он такой старый? Металлолом!
– ёрничала Вера, интенсивно расчищая нанесённый за века водой мусор, песок и образовавшиеся наросты.

– Да ему цены нет!

– Вообще ничего не стоит? Я так и подумала... Вот если мы у себя дома побываем, то такой меч для тебя отыщем! Камень резать будет...

– Ври, ври, да не завирайся!
– осадила подругу Мария, заметив, как нахмурилась ветеран после услышанного.
– Все прочитанное из книг у тебя в голове перепуталось, сказки - от советов по строительству отличить не можешь.

Постепенно все мешающее было очищено и Вера смогла лишний раз доказать свою сообразительность:

– Как хитро они сделали. Похоже, вверх плиту с той стороны не вытолкнешь, не вытянешь никоим образом, разве что пробить насквозь, или расширить колодец. Ведь как ни пытаюсь поднять хоть краешек способом рычага - крышка упирается наверху в выступ...

– Меч! Меч не сломай!
– успела вставить мольбу зуава.

– ...Зато отчётливо видны вот эти каменные блоки и клинья. Именно ими подпирали плиту снизу. Вначале один край вставили в паз, потом подняли противоположный и заклинили. Похоже, больше всего опасались нежелательных гостей сверху. Вот только кого? Каких гостей?

Её младшая на двадцать минут сестричка, тоже решила высказаться. Причём получилось у неё весьма неглупо:

– Любая дверь всегда надёжней запирается изнутри. Да и откуда мы знаем, какие хищники водились в горах, когда строились эти тоннели.

– Точно!
– оживилась Апаша.
– Были тут в древности хищники! Я и забыла, что в предании упоминались грожбы. И даже давалось краткое описание: "...грожбы - это удав толщиной в туловище взрослого мужчины, трёх метров длины, о восемнадцати маленьких ножках, с бронированной, невероятно ценной кожей. Вместо пасти у хищника отверстие в виде цветка, обрамлённое девятью паучьими лапками. Но эти лапки с коготками на концах, вытягиваются в длину до двух метров и могут схватив, поломать позвоночник женщине или даже молодому воину..." Чуть дальше указывалось, что последние грожбы этих гор уничтожены за много столетий до написания хроник. Только в некоторых замках на то время оставалось несколько препарированных, пугающих своим жутким видом чучел.

Лучше бы она это не рассказывала. Вера сразу же прекратила работу по выниманию выбранной части клиньев и подрагивающим голосом стала уточнять:

– Три метра?! И лапки как у паука?! Сломать позвоночник?!

– Ну всё!
– рассердилась Мария.
– Ты долго там ещё будешь нам по плечам топтаться? Мы ведь не строительные леса и ты не пушинка. Топчешься, как корова! К тому же чем тебя напугали какие-то добрейшие грожбы? Если ты уже людоедов вон сколько перерезала! И кто из них страшней?

Поправив факел, и сопя от обиды, специалист по архитектуре, проворчала:

– Сама ты как..., - но не договорила и благоразумно продолжила свою работу.

– Ню-ню!
– начала угрожать лидер компании, но спохватившись, грамотно перевела стрелки на другого человека: - Вот я расскажу Борьке, какая ты запуганная мелкими мышками и паучками! Он тебя живо отучит от беспричинного страха.

Сказала, и сама примолкла, пригорюнилась. Не отозвались на эту шуточную угрозу и двойняшки. Всё-таки как они ни старались думать, что Борис Ивлаев жив, но столкновение с действительностью, близкое знакомство с жуткими зроаками и кречами, всё меньше и меньше оставляли шансов слабому и больному калеке вырваться из лап людоедов. Похоже, парня и в самом деле приняли за ребёнка подлые, летающие сатиры и отнесли своим покровителям и хозяевам на стол.

Апаша сразу уловила иное, грустное настроение девчонок, но всё-таки не смогла скрыть своего удивления:

– Всё-таки надеетесь, что ваш Борей выжил? Ну..., с одной стороны - это правильно... Ведь чего только в жизни не случается...

Но, кажется, она и сама не верила в то, что говорила. Уж всего насмотревшаяся ветеран прекрасно знала, что тем детям, которых кречи просто упустили на лету, а потом доставили к столам зроаков уже мёртвыми, хоть как-то повезло. Остальных жертв похищений разделывали прямо в пиршественных залах, ещё живыми.

Хорошо, что сопение наверху, и падение камней вниз прекратились. Без всякого разрешения, Вера хитро просунула меч зуавы за камни, обвязала его верёвкой и сообщила:

– Готово! Буду опускаться, осторожно!
– как только оказалась на грунте, держа верёвку внатяжку, стала отступать в сторону: - Прячьтесь в тоннели. Плита может упасть так, что осколки полетят нешуточные.

Понятное дело, что хозяйка меча попыталась возмутиться:

– Он ведь может сломаться! Особенно если плита рухнет на него!

Но девушка добила её детской непосредственностью, вдобавок впервые назвав по-родственному:

– Тётя, Апаша, да не переживай ты так, я ведь твой меч сразу к себе тянуть буду. Прячься..., все прячьтесь!

После чего осмотрелась внимательно по сторонам, примерилась, куда прыгнуть в случае опасности, и стала дёргать за верёвку. С первого рывка - выпало два каменных клина, но уже после второго грохнуло, скрипнуло, меч блеснул в полёте, а за ним, словно обвалился весь свод, рухнула и плита, прикрывающая до того лаз наверх. Причём рухнула не только в клубах пыли и с грудой мусора, камней, которые она на себе насобирала, но и принеся с собой нечто, которое после оседания пыли, все сразу же опознали по недавнему описанию. Пожалуй, на этот раз все четыре женских голоса впервые слились в один рык-вскрик-визг:

– Грожба!

Патриарх погоревшего монастыря, как ни старался, но изобретённое нами устройство по метанию ножей, понять так и не смог. Вернее сам-то он видел это оружие в бою, и понимал, чем оно выстреливает, но вот как сам бросок происходит, сообразить у него не получалось.

Но меня больше всего радовали мои вполне работоспособные руки: никакого онемения или неприятного ощущения. Значит моё оружие либо признано вполне допустимым в этом мире, либо просто не рассмотрено вездесущими, таинственными щуйвами из-за огромного расстояния. Всё-таки одно дело наблюдать за нарушениями в Рушатроне, в окрестностях Сияющего Кургана, и совсем иное - за тридевять земель. Кстати, в голове у меня и ещё одна мысль ценная возникала: