Чтение онлайн

Пфира кончиками пальцев провела по рельефным мышцам его груди.

– Наверно, ты прав. Ну и что? Возьмешь другого слугу. Хоть сотню!

– Я привык к этому. И он... он не просто мой слуга. Приятель... почти друг.

– Тогда постараемся вернуть его, - тайрина потянулась к свисавшему над ложем шнурку колокольчика.
– Или хотя бы его останки.

Она дернула витой шнур, дверь тут же приоткрылась, и в опочивальне возник слуга в спадающем до пола голубом балахоне. Не обращая внимания на свою наготу, Пфира что-то приказала ему, и слуга исчез.

Вероятно, оказанная милость требовала немедленного воздаяния. Тайрина поцеловала возлюбленного и забралась на него верхом, так что ее маленькие груди свисали прямо над губами Блейда. Вздохнув, разведчик подумал, что эта женщина ненасытна; теперь она не боялась, что он разорвет ее напополам. Стараясь не выказать усталости, он приготовился к новому раунду любовной схватки.

Но Пфира оказалась проницательней, чем он полагал. Почувствовав некую заминку, она снова поцеловала его и спросила:

– Ты чем-то недоволен? Хочешь чего-нибудь? Говори, я выполню все. Такая ночь достойна награды!

– Я хотел бы получить корабль, - ответил Блейд, памятуя о своей главной задаче; с кораблем и надежной командой шансы обнаружить любимого братца резко повышались.
– И еще... Позволь мне участвовать в играх, когда прибудет Черный Оттос.

Казалось, Пфира колеблется; потом она кивнула черноволосой головкой:

– Хорошо. Чего еще ты хочешь?

Блейд, с этого мгновения фадрант боевого корабля, решил, что не стоит просить слишком многого сразу. Он нежно улыбнулся своей тайрине, приподнял ее вверх, устроил поудобнее и позволил скакать так долго, далеко и быстро, как ей хотелось, до полного изнеможения. Когда она с довольным вздохом вытянулась рядом, он погладил ее локоны и сказал:

– Есть кое-что, о чем бы я хотел тебя спросить... Не из праздного любопытства, моя владычица, поверь... Если я останусь в Сарме, мне надо знать о таких вещах.

Она милостиво кивнула.

– Ладно, задавай свои вопросы. Но недолго... я сейчас усну, - тайрина потянулась.
– Кажется, никогда в жизни я не испытывала такого сладостного утомления.

– Но я боюсь разгневать тебя, моя тайрина...

– О нет, Блейд, нет. Сейчас ничто не могло бы меня рассердить. Я отвечу тебе. Спрашивай.

Разведчик глубоко вздохнул и начал:

– Скажи, что связывает Экебуса и Крида? Я уверен, они плетут заговор. Но с какой целью? Чего они добиваются?

Пфира тихонько рассмеялась.

– Ну, это же так просто, мой могучий сьон... Конечно, они строят мне козни... о чем уже не раз доносили шпионы.

– И ты так спокойно говоришь об этом?

– Да, я позволяю им играть. Что за беда! В Сарме всегда было больше заговоров, чем жителей. Пусть хитрят, шепчутся, интригуют. Пусть... пока не начали действовать. Есть и кое-что еще...
– она усмехнулась.
– Знаешь, Крид и Экебус - любовники. Верховный жрец не может жить без Экебуса - а тот, я полагаю, милостиво позволяет старику обожать себя.

Так вот оно что! Блейд припомнил, что в Сарме любая форма сексуальных отношений считается нормальной. Однако он решил еще раз проверить это.

– Значит, ты говоришь, что старый Крид обожает фадранта? Наверно, для него это значит очень многое... гораздо больше, чем для Экебуса. Жрец уязвим, и ты можешь держать его в руках. Но если что-нибудь случится с фадрантом...

– Крид не вынесет такого горя, - ответила тайрина.
– Начнет бить себя кулаками в грудь, наденет траур и, в конце концов, прыгнет в пылающую пасть Бек-Тора.

Блейд кивнул.

– Мне кажется, моя повелительница, я уже знаю одного твоего шпиона. И он шпионит за самим собой.

– И за Экебусом, - добавила Пфира.
– Экебус нашептывает Криду, а Крид докладывает мне, желая спасти своего любовника, - тайрина приподнялась на локте, заглядывая в лицо Блейду.
– Я хочу сказать тебе еще кое-что. Будь осторожен, когда в столице появится Черный Оттос. Фадрант в сговоре с ним, ибо Оттос обещал посадить его на трон Сармы. Оттос хитер, - она зябко передернула плечами, - и хочет, чтобы страной правил его человек.

Хотя Пелопс и рассказывал Блейду о политической ситуации в Сарме, новые откровения Пфиры удивили разведчика.

– Я помню, как ты оборвала Крида, когда жрец начал разговоры о Черном Оттосе, - задумчиво сказал он.
– Ты напомнила ему, что следует быть терпеливым и...

Пфира приложила маленькую ладошку к его губам.

– ... и хитрым. Да, все так. На словах каждый житель Сармы готов целовать следы Черного Оттоса... если хочет жить. Но в душе мы все бунтовщики и заговорщики... только в этом нельзя признаваться - на каждого моего шпиона Оттос имеет десяток. Теперь ты понимаешь, почему я частенько держу Экебуса вдали от столицы, на побережье капидов. Он не собирается служить Оттосу, когда захватит трон. Его заговор - обман... Он... он...

Тайрина вдруг спрятала лицо на груди возлюбленного и разрыдалась. Блейд, пораженный, ласково гладил ее хрупкие плечи, размышляя, что бы это значило. Она плачет! И о ком - об Экебусе, жестоком честолюбивом интригане! Здесь была какая-то тайна.

Пфира по-прежнему не поднимала глаз; властная, уверенная в себе владычица вдруг превратилась в обычную женщину, слабую и беззащитную. Сквозь слезы она пробормотала:

– Экебус не чистокровный сармиец... лишь наполовину... И только я, одна я знаю об этом.

Это было вполне очевидно, и Блейд не видел тут особых причин для горестных излияний. Он нежно обнял плачущую женщину, вопросительно приподняв бровь; впрочем, он почти предугадывал то, что сейчас услышит.

– Экебус - мой сын, - тихо произнесла Пфира.
– Мой единственный сын, которого удалось сохранить... не спрашивай, чего это стоило. Если у тайрины рождается мальчик, его приносят в дар Тору... Все остальные мои сыновья сгорели в пасти бога, не прожив и трех дней...
– Она вздохнула, вытерев ладошкой глаза.
– С Экебусом вышло иначе. Много лет назад в Сарме появился воин из Моука - это далекая страна, дальше Пылающих Песков. Мы любили друг друга... очень недолго, но я никогда его не забуду. Он был настоящим героем... Сильный, умный и очень гордый. Сарма не понравилась ему, и он решил вернуться домой. Я плакала, мучилась, но не стала уговаривать его... я тоже была слишком гордой... или слишком молодой и глупой. Потом у меня родился сын, Экебус... Ему ничего не известно о родителях - лишь то, что они были благородными людьми... и никто не раскроет ему тайну... я приказала убить всех, всех! Блейд, теперь только ты и я знаем об этом. Мы вдвоем! пальцы Пфиры впились в плечо разведчика, - Прошу тебя, молчи! Молчи, ради милосердного Бека! Фадранту ни к чему знать, чей он сын. Все равно по нашим законам ни один мужчина не может стать правителем страны.

– В том случае, - перебил ее Блейд, - если заговор потерпит неудачу. Но когда ты погибнешь, Экебус будет править здесь по воле Черного Оттоса.

– Недолго, - покачала головой Пфира.
– У Оттоса есть сын, Джамар, которого он собирается посадить на трон Сармы. И тогда Экебуса убьют, словно простого раба...
– в ее глазах опять блеснули слезы.
– Наверно, я глупа, Блейд... эта мысль гнетет меня, и я ничего не могу с собой поделать... я не хочу, чтобы мой сын принял рабскую смерть на столбе... там, у моря, где ползают капиды... Значит, он не должен занять мой трон!