Чтение онлайн

Максим лежал на кровати, подперев голову рукой, и уже не сопротивлялся. Наташа его почти убедила.

— Я хочу сыграть эту роль, — подытожила Наташа. — Я хочу сыграть именно эту роль. Я хочу прожить жизнь этой девушки.

Максим опустил взгляд и вздохнул. Спросил с чувством безвыходности:

— А ты уже видела того, с кем будешь…

— Видела. Он был на кастинге.

— Ну и как он тебе?

Наташа улыбнулась. Рядом с ней лежит греческий бог, такой образец античной красоты, и сомневается в том, что его неземное очарование не имеет конкурентов! Нежно поцеловала Максима в губы и ответила:

— Он мне не понравился. Жаль, что актеров подбираю не я.

— Я люблю тебя! — вдруг прошептал Макс.

— Почему же не накидываешься на меня жадно? — Наталья лукаво прищурилась.

— Я почти год тебя не видел. Одна августовская ночь — не в счет. Дай хоть полюбоваться немного. Ты так изменилась!

— Я?! — удивилась Наташа.

Уж кто изменился, так это он! Подстригся: челка по-прежнему длинная, а вот самые нижние волосы короткие, так, что видно всю шею. Щетину не бреет уже дня три или четыре. Ну, про фигуру и говорить нечего! А голос — все тот же: низкий, приятный, затягивающий, окутывающий… Голос произнес:

— Не знаю, как тебе объяснить, в чем ты изменилась. Может, это отпечаток Франции? Кстати, у тебя акцент французский. Ты букву «Ж» смягчаешь.

— Букву «Жь»? — рассмеялась Наташа. — Я даже думаю на французском языке. Сны вижу где-то пятьдесят на пятьдесят. Иногда даже с Димкой вечерком на кухне сядем и вместо русского вдруг начинаем обсуждать прошедший день по-французски.

— Как там этот Димка поживает?

— Он безумно влюблен! У него такой очаровательный парень! Он тоже с нами живет. Точнее, с Димкой.

— А он точно гей? — ревниво уточнил мужчина.

— Да, Макс. Сто процентов! Ты бы видел, как они друг на друга смотрят!

…

Наташа сама была свидетельницей их затянувшегося знакомства. Они однажды шли с Димой по дворику университета: у них же в этом году одни и те же занятия, так что и домой они всегда возвращаются вместе. В дворике института они обходили кучки студентов, Дима что-то рассказывал и внезапно замолчал. Наташа оглянулась на Диму — тот смотрел куда-то поверх ее головы. Девушка проследила его взгляд и попала на мальчишку. Такой симпатяжка: черные волосы, короткие, слегка волнистые на макушке, колечки-сережки в ушах, внимательные темные глазки. Он стоял на ступеньках крыльца и был выше всей толпы во дворе. И точно так же смотрел на Диму. Дима опустил голову и взволнованно пошел дальше рядом с Наташей. Девушка спросила у друга:

— Как ты думаешь, он натурал?

Ведь по внешнему виду паренька ничего определенного сказать было нельзя. Собственно, так же, как и по Димкиной внешности.

— Думаю, нет, — ответил Дима тихо.

— А как ты это определяешь?

— По глазам.

Наташа удивленно приподняла бровки: да уж, достоверный источник! Она и по глазам ничего не поняла.

— Оглянись, — попросил Дима. — Он смотрит на меня?

Наташа оглянулась.

— Да. Почему ты уходишь? Давай постоим, может, он подойдет…

— Ты что, издеваешься?! — воскликнул Дима. — Он… Он… Ты посмотри — какой Он! И какой я.

Наташа смотрела, смотрела туда-сюда, и совершенно не могла постигнуть, что Димку так останавливает. Может, возраст? Димке тогда было двадцать девять, а паренек выглядел лет на двадцать.

Вечером Дима постучался из своей спальни в Наташину гостиную.

— Натуся, скажи честно, я красивый?

— Да, Димочка, ты красивый! — Наташа взяла друга за руки и посадила рядом с собой на диван.

— Ты просто не хочешь меня расстраивать! — обиделся Дима.

Наташа задумалась. Она, и вправду, практически всех людей считает красивыми. Но Максим же при этом красивее красивых!

— Хорошо, Дима. Давай так. Есть некрасивые, никакие, красивые и очень красивые. Ты в этой шкале — красивый.

— А Он? Тот парень?

— А он… — растерялась девушка. — Он тоже красивый.

— А кто тогда очень красивый?

Наташа закатила глаза и простонала:

— Дима, перестань! Возможно, сегодня ты уже упустил свой единственный шанс. Чего теперь о нем думать?

А спустя несколько дней снова встретили этого паренька в студенческом кафе, когда зашли туда пообедать. Паренек сидел один за столиком, и Наташа шепнула Диме, выбирающему, что поесть:

— Мы сядем вон там.

Дима обернулся на Наташин пальчик и онемел. Парень снова поймал его взгляд, но на этот раз улыбнулся…

Вокруг были свободные столики, и Дима очень нервничал, когда Наташа повела его именно ТУДА. И это ДИМА, у которого с ТА-А-АКИМИ людьми и дружба, и связи! Девушка улыбнулась незнакомцу и спросила:

— Можно присоединиться?

Тот робко кивнул, глаз не сводя со стоящего за спиной девушки Димы.

Гости разместились за квадратным столиком: Наташа нарочно села так, чтобы парни оказались друг напротив друга.

— Мы из России, — начала Наташа. — Мы приехали сюда на курсы. Я Наташа, а это Дима. Мы вместе снимаем квартиру.

— Меня зовут Этьен. А вы здесь надолго?

— До мая.

— Я тоже. Я уже окончил один институт, а теперь решил и сюда, к Люмьерам, заглянуть. Я случайно сюда попал: в музей пришел и увидел объявление о курсах.

— На кого учишься? — набрался, наконец, смелости Дима.

— Здесь я ради анимации и спецэффектов, а вообще я костюмер.

С этого дня они неразлучны. Дима — в тихом омуте черти водятся! — в этот же день пригласил Этьена к себе домой. Они начали целоваться, едва захлопнулась входная дверь — Наташа зажмурилась, поморщилась и спряталась у себя на диване.

Потом Дима надумал снимать фильм, и Этьен стал приходить на съемочную площадку. Иногда приносил Диме маленькие подарки. На съемках они не позволяли себе ничего лишнего даже в перерывах, и Наташе стало нравиться, как они нежно держат друг друга за руки.

А потом родители Этьена узнали о том, что он встречается со взрослым мужчиной, и запретили им общаться. И Этьен бросил родителей и перебрался к своему парню. Чем-то напоминает их с Максимом историю…

Максим внимательно разглядывал лицо своей любимой. Перед ним женщина, взрослая, сексуальная. Какой она была маленькой в школе, даже когда переехала жить к своему мужчине. Была бесцветным ребенком, почти таким же, как все. И как восхитительно она превращалась в неординарную личность, с каждым годом проявляя свою индивидуальность все больше. То, что раньше у нее вызывало только презрение, сейчас она воспринимает, как норму, одну из сторон человеческой жизни. Относится не со снисхождением к сексуальным меньшинствам, а с уважением. И уважение это — не притянутое за уши, а абсолютно вольное. Конечно, там, в Европе, это нормальное мировоззрение цивилизованных людей.