Чтение онлайн

— Ты дура?! — прошептал Славик в нескольких сантиметрах от моих губ. — Не понимаешь, зачем я тебя сюда привел?

Я хотела что-то сказать, но он коснулся губами моей щеки и стал прокладывать дорожку из легких поцелуев к губам. Внизу живота у меня все напряглось от новых, неизведанных ранее ощущений. Губы парня накрыли мои. Мы слились в поцелуе. Сладком, но не долгом. Осуждающая мысль пришла мне в голову. Я отстранилась и почти закричала:

— Хватит! Остановись! Выпусти меня!

При этом попыталась вырваться из объятий ухажера, но мое сопротивление только заводило Славика.

Он еще сильнее пригвоздил меня к стене, лишая возможности двигаться и сопротивляться. Его влажные поцелуи бросали меня в пропасть сладострастия. Всепоглощающая, необузданная страсть самца стала передаваться и мне. Сумасшедшие ласки Славика лишали рассудка, обезоруживали, пленяли.

Он невнятно промычал что-то про «прекрасную любовь» и попытался покорить меня взрослым страстным поцелуем. На самом деле он захватил мои губы и кончик языка своими губами и начал совершать сосательные движения с легким пожевыванием языка. Это продолжалось довольно долго. Я терпеливо ждала, когда закончится такой «поцелуй».

После него парень, естественно, меня не отпустил. Он начал расстегивать на мне одежду. Юбка, а за ней и платье приземлились на пол.

А Славик подхватил меня под упругую попу и стал стаскивать трусики. Его руки блуждали по телу, сжимали грудь…

Неожиданно Славик оставил меня. Но только для того, чтобы скинуть свои штаны. При этом он достал из кармана презерватив, зубами разорвал шуршащий пакетик и протянул латексное изделие мне.

— Откуда? — сорвался с языка вопрос.

— Не имеет значения, где взял, — довольным голосом ответил Славик. — Надень!

Он подался тазом вперед и выпятил передо мной свой эрегированный орган.

Я занервничала еще больше, руки затряслись. Но протестовать не стала, только честно призналась:

— Я не умею…

— Ладно, давай, я сам, — Славик забрал у меня презерватив и ловко натянул его на головку члена. — Сейчас узнаешь, какой должна быть настоящая любовь!

Он скинул свою рубашку, развел мои коленки в стороны и без дальнейших прелюдий стремительно вошел в меня. Я вскрикнула от боли, закрыла глаза, закусила нижнюю губу.

— Не кричи, могут услышать, — велел Славик.

Он замер на время внутри меня, тихо выругался и сказал:

— Так и знал, что ты девственница.

— Да… Мне больно… Давай, закончим! — попросила я.

— Потерпи, красавица, — с такими словами Славик сделал первое поступательное движение, а затем понемногу набирал темп.

Я больше не возражала, отдала себя в жертву грубому самцу, похотливо терзавшему мое истекающее влагалище.

До сих пор помню ту чудовищную боль, которой сопровождался каждый, разрывающий тело, толчок парня, помню кровь, сочащуюся по бедрам, помню приглушенные стоны Славика. Помню как ждала, когда же закончится этот садистский сеанс «любви».

— Надо было трахнуть тебя раньше! — сказал Славик, когда мы, наконец, выбрались из кладовки.

Я была в полуобморочном состоянии, парень довел меня до туалета, чтобы я обмылась.

Пережитое навсегда запечатлелось у меня в памяти, но не совсем так, как должно было быть, исходя из моих представлений о жизни, почерпнутых в книгах. Я не чувствовала себя жертвой, сильно не переживала, не плакала в подушку. Не вздрагивала при виде парней, а, скорее, наоборот, воспылала к ним интересом, который никогда ранее не был присущ мне.

Я стала тщательнее следить за собой, чаще мыться, лучше чистить зубы. Но прежде, буквально на следующий день, хотела расстаться с жизнью.

Я очень надеялась, что никто не узнает о нашей связи со Славиком. В детском доме все было спокойно. Но вот в школе…

Утром пришла как обычно, заняла свое место у окна, и вдруг один за другим стали подходить одноклассники и с ехидными улыбочками отпускать в мой адрес реплики типа: «Бедненькая, а мы-то думали, что ты недотрога!», «Ты, оказывается, передком сильна!»

Одна девочка подошла ко мне, больно дернула за косичку, которая свисала почти до плеч, и спросила так, чтобы было слышно всему классу:

— Бактерия, у тебя писька после вчерашнего не болит?

Раздался дружный хохот. В моих глазах потемнело, я в шоке выскочила из класса и выбежала из школы. Прочь, прочь, чтобы не слышать издевательских вопросов и насмешек, не видеть рож одноклассников.

Глаза щипали злые слезы, грудь разрывалась от боли и обиды, во рту ощущался неприятный металлический привкус.

Зачем Славка обо всем рассказал? Почему предал меня?

Я чувствовала себя никому не нужным, опозоренным изгоем, изолированным от всего мира. И не было ни одной души, которая могла бы понять меня, успокоить, помочь. Мне не с кем было поделиться своей болью. Я шла вдоль дороги, не замечая ни прохожих, ни мчавшихся мимо машин — ничего! Ком сдавливал горло, слезы застилали глаза. Я и раньше часто тихо плакала ночью в постели детского дома, вспоминала маму, единственного близкого мне человека. От этого становилось легче, хотя знала, что слезы не могут ничего изменить.

В тот день все кружилось у меня перед глазами, я шла, сама не зная куда. И оказалась на мосту у реки. Внизу вода бурлила и пенилась. Весна в разгаре, погожий день, активно таял последний апрельский снег.

Я глядела на воду как завороженная. Меня манила бурлящая стихия. Я и раньше любила смотреть на водный поток. Но сейчас вдруг пришла мысль, что река — спасение от враждебного мира, от позора и моей никчемной жизни. Брошусь в воду, и закончатся все страдания и беды…

Я облокотилась на перила моста, мысленно попрощалась с мамой, но задумалась, наблюдая за бурлящим потоком в преддверии решительного шага в глубь реки. И вдруг почувствовала чьи-то крепкие руки: кто-то подошел незаметно и взял меня за плечо.

— Никогда не смей даже думать об этом! — послышался незнакомый голос.

Я вздрогнула и обернулась. Возле меня стоял невысокий худощавый молодой мужчина, на вид чуть старше двадцати лет. В его внешности не было ничего необычного или примечательного. Славянское лицо, светлые волосы, аккуратный нос, голубые, но не слишком выразительные глаза. Простой, похоже, рабочий человек в джинсах и легкой куртке по сезону.

— Кто вы? — спросила я. — Откуда знаете, о чем я думаю?

Незнакомец улыбнулся и тихо ответил: