Чтение онлайн

– Как знать? – Воскликнула я. – Приключения делают нас молодыми и

живыми.

– Я вполне довольна своей старостью.

– Я думала, ты будешь рада уехать, тем более что ты очень сердита на

сэра Беннета за то, что он позволил схватить меня и посадить в клетку.

Лилиан рассказала мне, как ты спустилась в покои Беннета и грозилась

запихнуть его в клетку Стефана в качестве выкупа. И скорее всего так бы и

произошло, если бы Олдрик не связал его и не спрятал в подвале.

Бабушка фыркнула неподобающе леди.

– Я подозреваю, что Олдрик делал все возможное, чтобы ты не убила

Беннета.

– Я бы его не убила, – сказала бабушка. – Но я бы непременно

разделала его на филе и поджарила на ужин.

– С каких это пор ты стала людоедкой?

– О, я бы не стала его есть. – Бабушка вздернула подбородок и

фыркнула. – Нет, я хотела скормить его собакам.

Я улыбнулась:

– Ну, бабушка, не отрицай – ты обожаешь Беннета.

– Его вполне можно терпеть.

– Только терпеть? – Не поверила я.

Да, полагаю, в нем есть много такого, что может, не нравится. На

самом деле такого было слишком много, чтобы перечислять. Карета

подпрыгнула на колее, и я ухватилась одной рукой за сиденье, а другой за

клетку Стефана. Птица возмущенно защебетала. Наверное, ему не очень-то

нравилось, что его спокойное существование снова нарушили. Но ведь

такова жизнь, не так ли? По крайней мере, в моей жизни всегда

присутствовала изрядная доля шишек.

Бабушка, наконец, посмотрела мне прямо в глаза, и по выражению ее

лица я поняла, что она говорит, так как есть, без прикрас:

– Я не из тех людей, которые обожают этого человека. Например, как

ты. Поэтому я не могу понять, почему ты решила уехать именно в тот

момент, когда он уже влюбился в тебя.

Я подумала смолчать, но она все еще пристально смотрела на меня, и

было понятно, что объяснить причину своего побега мне все же придется. Я

раздраженно выдохнула:

– Прекрасно. Даже если он любит меня, я уехала, чтобы освободить

его. Чтобы он жил своей жизнью. Без осложнений. Чтобы он был свободен от

этого. – И я слегка приподняла руку с пятном.

Всю ночь я перебирала причины отъезда, снова и снова. И, в конце

концов, я неизменно приходила к одному и тому же выводу: было бы лучше

разбить ему сердце сейчас, чем подвергать смертельной опасности до конца

жизни, если он жениться на мне. Он никогда не узнает, как сильно разбито

мое сердце. С каждым поворотом колеса оно все сильнее и сильнее трещало

и отрывался новый кусок от него, так что пустота в груди становилась все

шире, а в груди болело все сильнее.

– Я выбрала его именно потому, что он показался мне человеком, которому будет наплевать на твою кожу.

Мой позвоночник напрягся:

– Что значит, ты выбрала его?

Бабушка посмотрела в окно кареты на проносящийся мимо лес, деревья

которого казались гораздо зеленее и пышнее, чем в первый раз, когда мы

ехали по Мейдстоунской земле. Наступил июнь, и я вспомнила, что до моего

восемнадцатилетия осталось всего несколько дней.

– Я познакомилась с ним несколько лет назад, когда он приехал на

похороны вместе с герцогом Ривенширским. Он мне нравился. Поэтому

весной, когда я узнала, что он ищет выгодную партию, я решила, что хочу, чтобы ты вышла за него замуж.

Я молчала, переваривая бабушкино признание.

– Ты ошиблась, бабушка, – наконец тихо сказала я. – Сэр Беннет как

раз из тех людей, которых очень волнует красота. Он не только сам является

воплощением красоты, но и ценит ее в других.

– Позволю себе не согласиться. – Бабушка вцепилась в подушку, когда

мы заехали на очередную колею. – Ты права – сэр Беннет ценит красоту. Но

он способен видеть красоту в вещах, которых нет у многих. Иначе откуда у

него такая большая коллекция редких и уникальных артефактов и реликвий, большая часть которых или отколота, или сломана, или обветшала?

Я ахнула, услышав, как она обесценивает коллекцию Беннета.

– Это бесценные сокровища. Каждая царапина или скол делают их еще

более особенными.

– Именно.

На этот раз ее слова заставили меня на некоторое время замолчать.

Бабушка была права. Беннет увидел ценность древних произведений

искусства и артефактов тогда, как большинство людей не видит. Игнорируя

внешнее, он ценил суть шедевра, которую вложили в них создатели. Может

он и на меня смотрел так же?

Из задумчивости меня вывели крики, доносившиеся внутрь кареты.

Мое сердце подпрыгнуло от внезапного предвкушения. Может Беннет узнал, что я уехала из Мейдстоуна? Ну конечно, рано или поздно он узнает об этом.

Неужели он приехал за мной, чтобы заявить о своей вечной преданности мне, сказать, что ему все равно, что обо мне думают другие, что он не может жить

без меня?

Когда карета резко остановилась, я не смогла сдержать улыбку при

мысли, что он кинулся за мной, чтобы помешать мне уехать. Неужели это то, на что я втайне надеялась все это время? Я отрицательно покачала головой.

Нет, даже сейчас умом я понимала, что должна вернуться домой без него, порвать с ним все связи, пока не стало слишком поздно.

Дверца кареты распахнулась, и мое сердце радостно забилось. Но при

виде человека в темном плаще, заполнившего дверной проем, и криков

раненых кучера и охранника я отпрянула назад. Из-под капюшона на меня

смотрело темное несвежее лицо:

– А вот и ведьма. – Я узнала этот скрипучий голос еще до того, как

увидела неестественно острые зубы, которые могут принадлежать только