Ради любви
Шрифт:
– Ну, если у какой-то женщины и есть основания знать это, то эта женщина - ты, - заметил он со смехом.
– Вы должны позволить мне хотя бы раз пойти с вами в гимнастический зал и посмотреть, как вы тренируетесь.
– Прости, но женщинам туда нельзя.
– О, эти мужчины! Я хочу знать, как вы стали таким сильным. Я обожаю ощущать вашу силу, когда вы сжимаете меня в своих объятиях!
– Она внезапно засмеялась.
– Вы помните того человека, который пытался похитить ваши бриллианты?
– Ты имеешь в виду Валлона? Это было два года назад.
– Я часто думаю, что за счастливица получила в итоге те бриллианты после того, как вы вернули их? Уж точно, это не я.
– Конечно, не ты. В те дни мы еще не знали друг друга так близко, как сейчас.
– О, да! Теперь мы действительно хорошо друг друга знаем, правда?
– промурлыкала она.
– Думаю, никто и никогда не знал вас так хорошо, как я.
Робин дипломатично не стал отвечать на это замечание. Он позволял каждой женщине думать, что она изучила его лучше, чем какая-либо другая.
Но на самом деле они знали его только с одной стороны. Он очень тщательно оберегал свой внутренний мир, демонстрируя только то, что сам хотел.
– Думаю, Валлон был очень удивлен, когда узнал, насколько вы сильны, -задумчиво проговорила Колет.
– Говорят, вы скрутили его одним движением.
– А почему ты вдруг вспомнила о нем?
– пожав плечами, спросил Робин.
– Может, вам самому следует помнить о нем после того, как он поклялся отомстить вам?
– Может, он и поклялся, но ему будет трудно исполнить клятву. Ему придется сидеть в тюрьме еще несколько лет. Забудь о нем. Нам нужно решить, как провести остаток вечера.
Колет хрипло засмеялась, рассчитывая соблазнить его, и слегка покачала бедрами.
– Какие будут предложения?
– спросила она.
– Ну…
Он замолчал, услышав где-то внизу странный звук.
– Святые небеса! Что это такое?
Звук повторился. Колет в смятении узнала голос женщины.
– Ерунда, - торопливо воскликнула она, пытаясь обнять его.
– Давайте займемся любовью.
– Минутку.
Он умело ускользнул из ее объятий, встал с кровати, натянул богатый парчовый халат и пошел к двери.
– Не уходите!
– взмолилась Колет.
– Останьтесь со мной!
Чтобы убедить его прислушаться к просьбе, она вытянулась на кровати, демонстрируя свои прелести.
– Ты выглядишь восхитительно, - одобрительно произнес Робин.
– Тогда идите ко мне!
– Я вернусь через минуту. Не шевелись!
Он вышел. Колет хотелось закричать и швырнуть что-нибудь в закрывшуюся дверь. Робин услышал, как внизу нарастает какая-то суматоха. Послышался женский крик:
– Я не позволю вот так отделаться от меня! Я хочу видеть его! Дай пройти!
Робин усмехнулся. Моник умеет дать знать о своем присутствии. Он торопливо спустился по лестнице и обратился к встревоженному лакею:
– Все в порядке, Франсуа, это моя приятельница.
Слуга с упреком посмотрел на хозяина, ведь было хорошо известно, что нельзя пускать ни одну даму, пока его светлость принимает другую. Но Робин взмахом руки велел лакею отойти в сторону и шагнул к Моник с распростертыми объятиями.
Судя по наряду и украшениям, гостья была явно знатного происхождения. Судя по обручальному кольцу - замужем. А судя по горящим глазам - в ярости. Она вихрем кинулась к Робину, осыпая упреками.
– Она здесь, да? Я знаю, что здесь! Вероломный! Как вы могли обманывать меня?
Она не успела закончить фразу - граф закрыл ее рот обжигающим поцелуем. Он крепко обнял ее и сжал с такой силой, что у нее хватило дыхания только на то, чтобы ответить на его поцелуй. Женщина чуть не потеряла сознание в его объятиях - только тогда он чуть ослабил хватку.
– А теперь успокойтесь, -велел он.
– Больше ни слова!
Сначала она могла только глубоко вздохнуть. Но, когда голова перестала кружиться, воскликнула:
– Обманщик!
В ответ он снова поцеловал ее. Сначала женщина попыталась сопротивляться, но вскоре ее руки безвольно опустились.
– Так-то лучше, -одобрительно заметил Робин.
– И незачем волноваться из-за пустяков, Моник!
– У вас другая женщина!
– У меня их целый десяток.
– Вы мне неверны!
– Нет, я всегда верен - когда я с вами.
– Но когда вы не со мной…
– Тогда я верен кому-то другому. К чему волноваться?
– Вы считаете, что любая женщина в Париже - лишь часть вашего гарема!
– Моник, вы восхитительны!
– Вы тоже. Пойдемте наверх.
– Не думаю, что это хорошая…
Его слова прервал пронзительный крик Моник- она уставилась куда-то поверх его плеча. Проследив за ее взглядом, граф увидел Колет, которая спускалась по лестнице, как мстительная фурия.
– О, нет!
– простонал он.
– Ну, что ж, остается только один выход. Дамы, дамы!
– вскричал он, стараясь разнять их.
– В этом нет необходимости! Давайте же будем друзьями! Любви хватит на всех!
Все еще удерживая их, он повернулся и повел их наверх. И они обе пошли - сначала нехотя, потом обреченно, потом со все нарастающим возбуждением.
Когда он вошел в спальню и закрыл за собой дверь, они бросились в его объятия.
Внизу, в холле, Франсуа понимающе смотрел им след. Подумать только! А еще говорят, что англичане холодны!
Селине понадобилось несколько дней, чтобы снова обосноваться дома. Дядя Джеймс был рад ее видеть и не очень расстроился, что она не нашла себе мужа. Девушка подозревала, что дяде не хотелось, чтобы она покидала его.
Приезжали соседи поздравить ее с возвращением и расспросить о Лондоне. Леди Торрингтон прислала записку.