Чтение онлайн

Пусть продумывает стратегию поведения, если не успела. Ей это пригодится, а я давно приняла решение. Для меня все просто, пока я всего лишь рабыня.

А хозяевам нужно поговорить наедине. Они давно не встречались наяву — захотят ли расстаться еще на несколько дней? Боюсь, что да. Ведь теперь никто не помешает им встречаться при желании.

Эльф Шашлык

Спокойно… Спокойно. Нельзя бежать. Нельзя подчиниться ужасу и перестать думать. Это — смерть. Забыть хотя бы на несколько минут, не думать о кошмаре… Нет. Невозможно. Боль исчезла, но память жива. Только никак не поверить в реальность происходящего, несмотря на покрывающую тело кровь — и так легче. Я вижу небо — и я не могу признать существование полной боли темноты, которую только что покинул. Так же не бывает… Но было. Неверие — защитная реакция разума? Должно быть так.

Но необходимо собраться. Времени для страха будет еще более чем достаточно.

Я подписал договор. Я знаю, он был настоящим… Но мне неизвестна его истинная суть. Клятва могла лгать — теперь мне трудно поверить в то, что эльфийская кровь этой… этой твари все еще имеет силу. Говорят, полудемоны могут перерождаться полностью — и я был бы безумцем, не поверив в это сейчас. Эльфы не любят крови. Мы можем убивать и убиваем, но для нас ненавистны раны, свои и чужие. Она не эльфийка. Уши значения не имеют. Проклятие… Не стоило думать об этом. Память обожгла почти физической болью.

Договор… Я не знаю, что было написано в нем. Узнаю при нарушении — такие вещи всегда ощущаются безошибочно. Но нарушение легко может привести к моей смерти. И все же существует вероятность того, что его содержание было передано мне верно. Ведь иначе воплотился бы в жизнь более удобный вариант — убить меня или бросить израненным, не тащить с собой. И, даже если это не так, и я ошибаюсь, бежать мне некуда. Призрачный, теневой шанс связан с темными… И они действительно кровожадные твари — и я стану подобным созданием, если выживу. И я хочу этого — лучше быть живой темной тварью, чем мертвым святым. Никто ведь не гарантировал мне жизнь после смерти.

И все равно сильнейшее желание одно — бежать. Вскочить на ноги и нестись прочь, скрыться в лесу, избежать ужаса — что бы быть рано или поздно найденным сородичами и лишиться разума. Нет. Нельзя. Ради самого ценного — ради собственной жизни — можно стерпеть любую боль. Нужно.

Где я и что именно произошло — непонятно. И самому это не выяснить. Единственный путь к жизни, быть может, иллюзорный требует терпения и силы воли. Что ж — это у меня есть. Остальное отбросить. Мне не поможет даже ум, решение предельно просто… Жить.

И глупо надеяться на успешный побег — краем глаза легко разглядеть замершую совсем рядом служанку, уже не похожую на таковую… Убийца? Телохранитель? Я же не воин, хоть и хорошо подготовлен. Но она так похожа на лучших бойцов, что едва ли слабее их и даст мне победить. Я не воин, но я видел их. И даже если мое впечатление — ошибка, что это меняет?

Я осторожно прикрыл глаза, по-прежнему глядя на мир, но сквозь ресницы. Почему-то казалось, что так безопаснее — глупость. Какая разница? Я повернул голову — и только тогда заметил сидящую на поваленном стволе полукровку. Идиллическая картинка — светло — голубые локоны рассыпались по плечам, белая блузка, изящная поза и спокойное лицо. Никаких следов моей крови — словно и не было ничего. Да. И покрытый подсохшей алой жидкостью клинок на светлой траве… Только бы она не двигалась с места. Не подходила ко мне… Я не выдержу.

Она шевельнулась и произнесла несколько слов на незнакомом, шипяще — протяжном языке. Служанка отозвалась, не меняя позы. Только бы они говорили не обо мне… Демоница подняла на ноги и подошла к лежащему на траве клинку, взяла его в руки и сделала первый шаг в мою сторону…

Церелис

— Хорошо… А чем были плохи те серебристые грибы? На вид вполне аппетитные… — Поинтересовалась я, на несколько секунд перестав целеустремленно опустошать пятое по счету блюдо с едой, стоящее передо мной на столе. Отец перенес меня домой — временно, потому что мне хотелось немного погулять по вражеским землям, занимаясь славными деяниями во имя темного государства.

— Бедняжка… Тебя совсем лишили нормального питания. Убивать их сразу определенно не стоило.

Что касается грибов — я перенес тебя в лес, принадлежащий одному из так называемых вольных эльфийских кланов. Помнишь, чем они отличаются от обычных? — Я принялась вспоминать, не прерывая процесс поглощения пищи. Наконец-то сколько угодно нормальной, великолепно приготовленной еды..! А эльфы… Да что-то вспоминается…

— От обычных эльфов они отличаются рядом расхождений в религиозных ритуалах, про которые я ничего не помню, и разведением новых видов флоры. Кажется, у них в лесах все растения, грибы и так далее уникальны… Мне нельзя есть уникальные растения? — Договорив, я вернулась к опустошению блюда.

— Уникальность упомянутых растений, грибов — особенно грибов — и так далее заключается в том, что все они, так или иначе, воздействуют на разум, и, при длительном употреблении, на тело. Это делает эльфов из вольных кланов весьма любопытной добычей, но употреблять их мясо желательно в ограниченных количествах. А употреблять то, что в этих лесах растет, можно только предварительно проверив на тех, чей разум не представляет ценности… — Я задумалась. Посмотреть на последствия употребления было бы любопытно, но и Нэйле, и Флеан, и даже Шашлык нужны мне разумными. Проверять на себе я тем более не стану — совсем не хочется сходить с ума. Ммм…. Отец, возможно, одолжит мне кого-нибудь? Судя по эмоциям — одолжит, и он ожидал именно такого поворота событий.

— Ясно… А у тебя нет никого, на ком я могла бы поэкспериментировать? — Я знаю, что есть, но я не знаю кто это — и мне интересно.

— Ты ведь знаешь, что есть. — Отец улыбнулся.

— Но я не знаю, кто… — Я задумчиво облизала ложку. Вкусный соус… А у врагов подобные жесты почему-то считаются некультурными. Видимо из-за того, что языки у них не слишком красивые, и гордиться ими не стоит.

— Демоны, конечно — проверять лучше на них, если ты все же решишь попробовать какой-нибудь гриб или траву. — Ну, жевать траву я едва ли стану, она меня интересует только в качестве приправы. Какие демоны, мне было ясно — преступники. В своде законов много пунктов, нарушение которых карается пытками и смертью. А из трупов делают фарш для животных — на большее соплеменники в нормальных условиях не годятся… В ненормальных, конечно, в пищу пойдет кто угодно.

— А сколько их? — Возможно, расход материала будет большим…

— Семеро. Молодые, и, конечно, лишенные возможности навредить тебе. Им повезло — заслужат быструю смерть, если ты будешь довольна. — Да, если я буду довольна, им действительно повезет — в каждом подразделении стражей есть хотя бы один специалист по пыткам, и весьма компетентный. Наше государство прекрасно организовано — еще ни один бунт не ушел дальше критики в адрес правительства. Не удивлюсь, кстати, если мои подопытные были виновны именно в этом. В таком случае они уже имеют проблемы с разумом… Критиковать отца, технодемонов или кого-то из высокопоставленных демонов очень глупо.

— В чем они виновны? — Я пододвинула к себе следующее блюдо. Еда… И как можно было меня этого лишать?! Хуже могла быть только разлука с отцом, без возможности встречаться даже во сне.

— Трое — критика текущего устройства темного государства. Им не нравилось то, что многие пункты, для представителя союзных рас означающие только штраф или рабство, для демона значат смертную казнь. Они, видимо, совсем забыли о том, что наша психика устроена иначе, и другие меры часто неэффективны. Потом нападение на стража — эту пришлось сначала спасать от смерти, даже стражи низших подразделений прекрасные бойцы. Внутренние враги сейчас были бы опаснее внешних, нельзя дать им возможность появиться… Двое — беспорядки в общественных местах, на самом деле, конечно, просто потенциально неблагонадежные элементы. И один — нелегальное вступление в товарно — денежные отношения. Неразумно пытаться подрывать экономику. — Сообщил отец. Хм, а он определенно давно подготовил все для такого варианта событий, эмоции его выдают. Отец, конечно, мог бы закрыться, но зачем? Ему нечего от меня скрывать.