Чтение онлайн

Уц Пятидесятый со скорбным лицом сообщил, что племя голодает. Некому ловить рыбу. Некому собирать плоды. Некому охотиться и приносить свежее мясо – все с утра до ночи заняты на строительных работах. Поэтому народ взывает к великому богу и покровителю Харру – пусть тот явит своё знаменитое милосердие и насытит всех алчущих и жаждущих. И немедленно, иначе будет поздно!

Шпокар был в затруднении. Конечно, можно было выгнать в шею дерзкого просителя, можно было на денёк-другой отменить строительные работы – но как это отразилось бы на авторитете Пог-Харра? Популярности ему такие меры явно бы не добавили!

Положение спас Бека.

– Как смеешь ты, ничтожный, беспокоить великого Харра такой мелочью? – завопил он. – Трепещи и моли о снисхождении, или ты и род твой будут прокляты во веки веков!

При этих словах Уц, естественно, мгновенно распростёрся на полу, но с глаз, вопреки ожиданию, не сгинул, а напротив, вопросительно и недоумённо уставился на Беку.

– Поясняю: с такой ерундой ко всемогущему богу соваться не следует, – уже обыкновенным голосом продолжал Бека. – Скромнее надо быть. Достаточно обратиться к его полномочному заместителю, например, ко мне, – поучительно закончил он.

– Уповаем на милость твою, высокочтимый Бека! – с воодушевлением пропищал воспрянувший духом Уц. – Не дай погибнуть! Память о добросердечии твоём вечно будет жить в наших сердцах!

– Ладно, ладно, не надо раболепствований! – снисходительно бросил Бека. – Приводи сюда весь народ, накормим, так и быть… Да, кстати, постарайся притащить какую-нибудь еду. Только смотри, чтоб живую! Свинью там или курицу… А то чуда не будет!

– Чудо! Чудо! Великий Харр явит чудо! – завопил Козл.

– Великий Бека по велению бога сейчас совершит чудо! – эхом разнеслось по дворцу. Все только и говорили, что о грядущем волшебном насыщении народа.

– Ты чего задумал, Бека? – озадаченно спросил барон Худ. – Что за дурацкие обещания? Если ты соврал, мы пропали!

– Успокойся, Шпокар, – хлопнул его по спине Робин, сразу смекнувший, что торгаш решил воспользоваться клеткой, – всё будет хорошо!

Через полчаса весь наличный состав карликов уже толпился возле дворца Пог-Харра. Смущённый Уц сокрушённо сознался, что ни курицы, ни утки ему найти не удалось – беззаботное население успело всё это благополучно слопать. Зато он держал двумя пальцами за хвостик крохотную рыбёшку, которую время от времени макал в горшок со свежей морской водой – надо полагать, чтобы рыбка не уснула.

– Вкусная! – пояснил он, машинально поднося её ко рту и ловко откусывая головку. Тут же, опомнившись, он торопливо сплюнул, а обезглавленный огрызок почтительно протянул Беке:

– Вот.

Глендавейн прыснула. Она давно была в курсе всего, ловко и как бы невзначай выпытав у торговца все сведения об имеющем место быть артефакте – впрочем, тексты заклинаний осторожный Бека предпочёл всё же сохранить в тайне.

Мошенник в замешательстве полез было пятернёй в затылок, но Робин, толкнув его локтем, шепнул:

– Не связывайся с рыбой, давай лучше василиска! Эти сожрут.

…Восторженный вздох пронёсся над толпой – и замер, когда циклопическая фигура животного, сделав шаг из клетки, нависла над людьми тяжёлой тучей. Василиск ошеломлённо вертел головой, с трудом приноравливаясь к изменившимся обстоятельствам. Глаза зверя загорелись, с нижней губы потекла тягучая слюна: за всё предыдущее время никто так и не удосужился его покормить.

Робин, холодея, понял, какую страшную ошибку они совершили: василиск таких размеров из добычи превратился в охотника.

– Всем назад! – закричал он, выпрастывая Истребитель и пытаясь достать им зверя – так, чтобы ненароком не попасть под его тяжёлую когтистую лапу. Василиск, с глухим ворчанием, похожим на раскаты грома, попытался накрыть его ладонью, но, к счастью, из-за размеров стал слишком неуклюж. Однако исход этой неравной схватки явно был предрешён. Когда бревнообразный палец зацепил-таки графа, тому показалось, что его лягнула гигантская жаба. Задыхаясь, он отлетел на добрых пять саженей. Меч, звякнув, закрутился на камнях – не так уж и далеко, но по другую сторону смертоносной лапы.

– Бека! – кашляя кровью, заорал граф из последних сил, – лезь в клетку и увеличивайся! Иначе мы его не…

Тут меркнущее сознание покинуло его, и последнее, что зафиксировал его взгляд, была громадная рука, сминающая василиска, как тряпичную куклу.

Звено восьмое

Робин пришёл в себя. Против ожидания, никаких серьёзных болей он не чувствовал. Только чуть-чуть ныла правая нога, ушибленная в схватке – а в то время ему показалось, что коленная чашечка раздробилась в пыль. Больше, вроде бы, ничего экстраординарного в организме не происходило.

Над ним колыхался серый тканый навес из грубого полотна, где-то рядом ритмично поскрипывало дерево. Граф повёл глазами и обнаружил, что лежит в палатке, а сама эта палатка каким-то непонятным образом покачивается и поскрипывает. Кроме него в палатке никого не было.

Он сел, прогоняя остатки головокружения, и откинул полог.

Палатка оказалась неуклюжим, но прочно сооружённым паланкином, который влекли на плечах полдюжины карликов. Влекли они его по узкой горной тропе. Сбоку проплывали пышные листья цеплявшихся за горный склон лиан. Впереди и сзади покачивались ещё два подобных паланкина – или, скорей, портшеза. В них восседали Бека и Глендавейн.

Увидев, что граф Айтер пришёл в себя, Бека зычно скомандовал привал и, соскочив на землю, подбежал к Робину.

– Слава всем богам, очнулся, наконец! – воскликнул он. – Скажи спасибо Глендавейн, она у нас, оказывается, здорово разбирается во врачевании. А то даже смотреть было страшно…

– Где василиск? – спросил Робин.

– Где ж ему быть? – удивился торговец. – Съели, конечно. Вполне приличная говядина, между прочим. Ну, они так говорят.

– Кто говорит?

– Да недомерки эти. Сам-то я не ел, естественно. Чёрт его знает, что будет, когда эта скотина начнёт оживать в желудке!

– Думаешь? А он не оживал ещё?

– Да пока нет… А вдруг как оживёт?

Робин попытался представить, чем бы мог закончиться такой эксперимент, и пожал плечами.

– Ладно. А где же наш божественный вождь-барон? И куда это мы направляемся?

Бека саркастически хмыкнул:

– Солнцеликий бог решил остаться со своим верным народом. Куда, говорит, мне ещё стремиться, на какой-такой Худ? Под каблук к мамочке? Шпокар то, Шпокар сё… Принеси, подай, обеспечь… Нет уж, увольте, говорит, надоело. А тут, говорит, я сам себе хозяин. Я, дескать, уже наметил пару неплохих реформ, надо только всё обдумать хорошенько. За пяток лет такую империю отгрохаю! Вы ещё обо мне услышите!.. – Бека усмехнулся. – Ну да Козл, я думаю, ему быстро мозги прочистит. Они ж теперь одной верёвочкой связаны…