Радуга в ночи
Шрифт:
Если бы дочка рассказала родителям причину ссор с мужем, ей бы и отец, и мать дали дельный совет. Но она не осознавала, что причина ссор в том, что она, будучи взрослой женщиной, постоянно ходит за советом к своим стареющим родителям. А дома не постаралась стать полноправной хозяйкой. И конечно не постаралась увидеть в муже хорошее. Муж, не получив уважения, признания нашел себе другие развлечения. Там, где его ценят, где он чувствует себя настоящим мужчиной. А Ульяна, как ребенок, искала защиты в родительском доме, имея уже своих детей. Дети, когда родители ссорились, находили себе развлечения, чтобы не скучать. Степа учился на отлично. В школу пошел с шести лет. Его не нужно было заставлять учиться. Его переводили через класс. Это был мальчик гений. Гордость школы. А Дуня еще была мала. Но самостоятельная. Привыкла к самостоятельности. Когда Степа был в школе, трудилась по дому, мела полы в избе, помогала маме. Не унывала, лазила в чужой сад с деревенскими детишками, воровать яблоки, груши. Никто не ругался. В каждом дворе были и яблоки, и груши, но чужие вкуснее, лучше. Маму Дуня любила, хотя и была любимицей отца. Не отходила от матери не на шаг. Старалась делать все, что скажет мама.
Однажды Григорий уехал по делам в город. Мать напекла пирогов, хотела отнести своим родителям. Дуня почему-то решила, что мама ее бросает. Они со Степой останутся одни в пустом доме, закатила истерику. Слышно было далеко. Соседи знали, что Григория нет дома. Мама не уходи. Я буду послушной. Все что скажешь я буду делать, не оставляй меня. Ульяна пыталась объяснить дочке, что идет в гости, скоро вернется. Пойдем со мной. Но та ее не слушала. Мать в сердцах оттолкнула девочку, та, потеряв равновесие, упала, разбив себе губу. Рана была глубокой, кровь хлынула, заливая лицо и платье. От вида крови Дуня заголосила еще громче. Женщина растерялась. Что скажет муж? Детей в их доме не били, только объясняли. Если не слушались, наказывали, не пускали гулять, в целях воспитания. Ульяна побежала запрягать лошадь, ехать в больницу. К счастью в селе открыли и школу, и больницу. Приложив к ране чистую тряпку, усадила дочку в телегу, стегнула лошадь. Как вдруг у ворот появилась встревоженная Матрена. Здравствуй Ульяна. Что у вас стряслось. Дуня, ты чего голосишь на все село? Увидев рваную рану, быстро сменила Улю, садись с дочкой. Как ты кстати Мотря. Каким ветром ты здесь? А Гриши нет, он уехал в город. Будет же мне. Не уберегла дочку, причитала, взволнованная женщина. А Мотря гнала лошадь к направлению больницы.
Дуня испугалась, в больнице все белое. Добрая женщина в белом халате, промыла, обработала рану. Скоро подойдет доктор, а я пока сделаю укол девочке. Дуне уже делали уколы, она знала-это больно. Дала такого стрекача, что никто не успел опомниться. Она бежала не глядя куда, споткнулась, упала. Кровь снова пошла из губы. Но страх перед уколом был сильнее. На дороге стоял большей камень, с расщелиной. Перепуганная девочка протиснулась в нее и затихла. Она слышала, как ее звали, но не откликалась. На ноги подняли всех, исчезла Дуня. А Дуня от страха забылась глубоким сном. Нашла ее собака. Прибилась к больнице, охраняла ночью территорию. Ее подкармливали. Так и прижилась. Собака залилась громким лаем. Дуню, спящую с трудом вытащили из узкой расщелины. Губу разнесло, лицо опухло. Рану конечно зашили. Но на всю жизнь над губой остался небольшой шрам.
Мотря, попросила Ульяна, забери на время Дуню к себе, а то приедет Гриша, убьет меня. Ты же знаешь, она папина любимица. Конечно заберу, у меня в селе есть кой какие дела. Управлюсь, заеду заберу. Пусть пока поспит. Дуня так ослабла от пережитого, мирно спала на лежанке.
Дуня ехала в другое село гостить у тети и дядьки Ивана. Второго мужа Мотри, так же как первого, звали Иван. Своих детей у них не было.
Иван любил девочку, когда Мотря за проказы, наказывала, заступался. Да разве можно бить ребенка? Она еще мала, возмущался муж. Если ей дать волю, она и хату разберет, шумела Мотря. Дуня понимала, что сделала шкоду, никогда не жаловалась маме и домой не торопилась. Ей у тети было весело. Иван ее баловал, приносил леденцы. Она стремглав бежала на улицу, к поджидающим ее детям, угощать их конфетами.
Но Дуня не только озорничала, она помогала своей тетке Матрене. Мела в избе полы, бегала в курятник собирать яйца, и дядьки успевала помочь, носила дрова. Дров на зиму нужно много, зимы холодные. Да и топят каждый день печь, все нужно готовить на печи. Мотря была довольна. Гришина дочка, вся в нашу породу!
Дуня любила с тетей ходить в лес, собирали ягоды, грибы, лечебные травы. Пели песни. Дуня горланила в лесу во весь голос. Мотря всегда прорубала тропинки в лесу, чтобы не зарастали. Никто ее об этом не просил. Любила лес, сердцем чувствовала его. Подсаживала молодые деревца. Вязала вязанки. Как ежик, несла огромную вязанку на спине домой. Зарабатывать умела. Варила самогонку, продавала, а также дрова и все, что росло в огороде. Приходят соседи, просят, Мотря дай чеснока, яиц. Говорила: «Купите, раз ленивые. Огород есть, а посадить лень. Лентяи!» Те не обижались, покупали. Жадной Мотря не была, но не любила ленивых и хитрых. Всегда была хлебосольной, если видела, что нужно помочь, помогала. Мотрю все уважали, в сплетнях не замешана, если нужно выскажет, но не скандалит. Дурная баба, чего с ней говорить, говорила Мотря, орет ничего не понимает, и уходила махнув рукой. Обескураживая любительниц поскандалить. А вот люди у Мотри были всегда, все с ней хотели иметь дело. Работала Мотря на бойне. Забивала скот. Откуда у нее такая сила? Удивлялся Иван. Он был очень высокий, как богатырь, и очень добрый, работал на маслобойне. Трудились они в кооперативе.
Мужья Мотины и первый Иван и второй любили и уважали жену. Такая маленькая, если что не по ней может отлупить мужа. Их это только забавляло, не сердились.
Мотря жила в избе родителей первого мужа. Родители сразу приняли настрадавшуюся девушку, жалели ее. Никогда не обмолвились о случившемся. Когда их сын, Иван погиб на фронте, отец не пережил горя. И сын, и единственная внучка покинули этот свет. Он слег и вскорости скончался. Остались в доме женщины, одинокая мать и Мотря. Жили дружно. Невестка полюбила свекровь, которая заменила ей мать. Старая женщина больше отдыхала, выходила погреться на солнышке, а Мотря управлялась по хозяйству.
Через время, свекровь сама настояла, выходи Мотя замуж. Сватается к тебе хороший мужик, не упусти его. Моего сына уже не вернешь, а ты молодая, здоровая женщина. Тебе детишек нужно рожать, да и управляться одной по хозяйству нелегко. Будет и у меня сын, а тебе муж. Посмотри, сколько вдов осталось после войны. Любая готова выйти замуж, только кто позовет-сказала мудрая женщина. И Мотря решилась выйти замуж за Ивана. Крошечная, еще молодая женщина, особой красотой не блистала, но привлекала к себе мужчин. Что-то исходило от нее такое, что притягивало к ней противоположный пол. Боевая, деловая женщина, на пустые разговоры время не тратила. С порога спрашивала: «По делу или как? Если по делу, тогда заходи.» Любительницы мыть чужие кости, Мотрю боялись, обходили стороной.
Иван был спокойный, добряк-великан. В жене души не чаял, мать уважал, сразу стал называть ее мама, чем растрогал старую женщину. Но вот водилась за ним слабость. Выпьет с мужиками, и ложится на перекресток, где ходят груженные телеги. Седоки частенько дремали. Село стояло на пути к другим селам и деревням. В сторону города проходила мощенная дорога. Вот в таком месте, на дороге, раскинув руки и ноги спал ее муж. Мотря об этом не знала. Пока ей не рассказал сосед.
Мотря побежала на дорогу, увидала спящего мужа прямо на перекрестке. Будила, просила, не действует. Увидав куст, сломала хлыст, и с размаху хлестнула мужа. Тот вскочил, как ошпаренный. Погнала его домой. Сбежались бабы, мужики поглядеть на это представление. Хохотали держась за животы. Жизнь в селах нелегкая, но переживая трудности, народ умел веселиться. Крошечная, босоногая женщина гонит здорового мужика, а тот только подпрыгивает, уворачивается от ударов, и орет. Мотря, ты что сдурела! Больно ведь! Так отучила жена мужа спать на дороге.
Но случилось через время еще одно происшествие. Иван работал на маслобойне, трудился честно, увидал, что мужики через забор передают с маслобойни флягу с маслом, воруют. Хотел доложить начальству. Они пригрозили его убить. Поздно вечером, собравшись, пошли к дому Ивана. Сосед увидел, предупредил Мотрю, что те не успокоятся пока не убьют твоего мужика. Мотря наказала мужу не выходить, меня они не тронут, взяла вилы и пошла им навстречу. Мужиков, матерых было пять человек. Куда идете молодцы? Крикнула Мотря, наставив на них вилы. Пятеро идете бить одного. Трусы! Уйди Мотря от греха, вперед вышел Матвей, вороватый мужик, мы тебе зла не сделаем. Дай нам Ивана. Подходите, одного я точно возьму на вилы. Кто первый? В селе все знали о силе этой маленькой женщины. На вилы как-то не хочется. Тем более нрав у Мотри такой, слова с делом не расходятся. Мужики потоптались и повернули обратно. Но не успокоились. Увидав, что Иван не доложил начальству, они решили отомстить Матрене. Поздним вечером, ждали ее на дороге, когда та возвращалась с бойни домой. Били сильно. Накинув тряпку на голову, чтобы не узнала, но она успела увидать двоих. Это были те же мужики, что шли убивать ее мужа. Били зверски, пока женщина не лишилась сознания. Кто-то пнул беззащитное тело ногой. По делом. Не будешь лезть в наши дела, как заноза. Смачно выругался, сплюнув.
Иван не дождавшись Мотрю, почуяв неладное, пошел ей на встречу. В свете луны, увидел лежащее на дороге, растерзанное тело жены. Внутри все похолодело. Убили! Но Мотря была жива. Отлежавшись, залечила ссадины и синяки, быстро поднялась. Все время, пока Мотря лежала, Дуня и свекровь ухаживали за ней.
Мотря никогда и никому не спускала, а здесь кто-то посягнул на ее жизнь. Время спустя Матвею, который бил ее ногами и теряющую сознание, пнул ногой, спалила хату, никто из домочадцев не сгорел, все живы, здоровы. Огонь не переметнулся на другие постройки, не было ветра. Мотря выбрала именно такую ночь. Она по очереди отомстила каждому. Догадывались все, что это дело рук Матрены. Но не пойман не вор. Приходили к ней домой, просили прощения, ты Мотря не держи на нас зла. Пьяные были, она соглашалась с ними, кивала головой. Но каждый ее обидчик получил по заслугам. Рано оставшись без матери. Защиты ей ждать было не от кого. Мотря привыкла за себя постоять сама. После случившегося, больше ни Ивана ни ее никто не смел тронуть. Ее зауважали еще больше. В селе с ней считались.
А Дуня гостила у тети, о доме не вспоминала, ей было хорошо, но когда увидала на пороге отца. Так обрадовалась, что расплакалась.
Мотря, ты что, ребенка обижала? Твою дочку обидишь, как же! Егоза. Проныра. Правда и мне помогает. Мала еще, а хватка наша, семейная. Дуня успокоилась, заулыбалась, ласкаясь к отцу. Откуда у тебя дочка шрам на губе? Но Дуня ничего отцу не сказала. Маленькая, а ябедничать не любила
Где? Как не в чем не бывало, удивилась сестра. А, это, упала. Не моргнув глазом, ответила невозмутимая Мотря. Разве за ней усмотришь, носится как угорелая, на месте не сидит.