Радужный мост судьбы
Шрифт:
– Кшыся, - позвал мужчина, - ну-ка, поди сюда.
Не прошло и пары секунд, как над ним зависла очень крупная летучая мышь.
– Чего надо? – невнятно прочавкала летунья, дожевывая сорванное по пути яблоко.
– Найди её, очень интересная особа, - метаморф мотнул головой в сторону сбежавшей девчонки.
– Горит, что ли? – мышь затрепыхалась в воздухе.
– Всё равно светлячок оставит видимый след, сам потом и найдёшь.
– Кшыся! – в голосе мужчины прорезались угрожающие нотки.
– Вот всегда так, - печально вздохнула мышь.
– Чуть что – Кшыся, а оно мне это надо? Я-то тут причём, нашли ищейку. Пользуются моей добротой все, кому не лень.
Дальше спорить она не осмелилась, и, невнятно бурча ругательства, бесшумно унеслась по мерцающему в темноте следу.
Ровена пронеслась до самой замковой стены и остановилась только там, тяжело переводя дыхание и прислушиваясь. За ней никто не бежал. Встряхнув кистями, она провела руками по рубашке и волосам, высушивая их очередным заклинанием. От сердца отлегло, а то она всерьёз испугалась незнакомца, сумевшего так мастерски к ней подкрасться. В листьях что-то мелькнуло, потом вверху пронеслась тёмная тень.
– Фу-ты, - девчонка вздохнула с облегчением. Ночных птиц в окрестностях хватало.
Натянув на себя платье и плащ, она нырнула обратно в лаз. Шиповник кололся немилосердно, но обращать внимание на такую мелочь Ровена не собиралась. Слуги уже вышли во двор, ночную тишину прорезало нестройное пение, хотя и негромкое, вдруг проснутся господа, и тогда наказания за нарушение покоя не замедлят долго ждать.
Пробормотав заклинание отведения глаз, девушка скользнула в заднюю дверь и тут же повернула в коридор, ведущий к башне.
Старая замковая башня служила складом для всяческих вещей, как совершенно необходимых в хозяйстве, так и уже вышедших за ненадобностью из обихода. В подвале хранились рулоны сукна и шерсти, на первом этаже стояли ящики с мылом и щёлоком для стирки, второй этаж оказался завален старой рухлядью, которую выбросить не поднималась рука – сломанной мебелью, дырявыми тюфяками, щербатой посудой. Круглую комнату на третьем этаже, единственное помещение, в котором были окна, отдали Ровене, размещать её вместе с господами граф не собирался. А так вроде бы и благодеяние оказал, взяв к себе, и с глаз убрал, чтобы не мозолила своим видом и не напоминала некоторые моменты жизни.
Потратив несколько дней на то, чтобы отмыть комнату от въевшейся в стены грязи, девушка обнаружила старинные узоры, которыми она была разрисована. Постель Ровена соорудила себе сама, пошарив в хламе, сваленном этажом ниже. Она выросла в маленьком поместье, и неплохо умела владеть и молотком, и пилой. Собрать одну кровать из двух оказалось возможным делом, хотя на это ушёл целый день. Небольшой стол около окна, старое кресло, на котором нужно было только заменить прожженную обивку, и этажерка составляли всю мебель. Нишу с развешанными платьями закрыла штора, скроенная из нескольких, и радующая разноцветными лоскутами глаза. Из дома, который когда-то был родным, удалось захватить немножко посуды и шкатулку с украшениями. В первый же день её драгоценности, которых и так было мало, попыталась позаимствовать Аделина. Шкатулка метко плюнула на протянутую руку огнём, и чуть сама не оказалась в камине, но хозяйка успела её вытащить. Больше на вещи никто не зарился, но и новыми одаривать не собирался. Столовалась девчонка вместе со слугами или в своей комнатке, граф не желал видеть незаконнорождённую особу за своим столом.
Закрыв за собой дверь и заложив щеколду, Ровена облегчённо перевела дух. Наверху в углу что-то тихо зашелестело. На балке под самым потолком сидела большущая летучая мышь. Именно сидела, заложив лапку на лапку, а не висела, как ей было положено.
– Тьфу ты, пакость - выругалась магичка, прицельно отправляя в незваную гостью старенькую туфлю.
Мышь хлопнулась на пол, раскинув крылья, и театрально забилась в судорогах. Размером с крупную кошку, бархатистая, даже на глаз, с чёрными крыльями, покрытыми внутри серебристым кружевным узором. Длинные загнутые ресницы летуньи добили хозяйку комнаты, и девчонка наклонилась, чтобы рассмотреть интересное животное.
– Чего пялишься? – мышь приоткрыла один глаз.
– Нахалка, так нельзя с гостями обращаться.
– Можно, - заверила Ровена, многозначительно покачивая второй туфлёй, - особенно с незваными.
– Подумаешь, - фыркнула мышь, - места жалко, что ли?
– Разговорчивая, - с восхищением протянула магичка.
– Ты кто?
Летунья поднялась на задние лапы, встряхнулась, хлопнув крыльями, и сложила передние лапочки на животе. Девчонка озадаченно нахмурилась, что-то не вязалось в облике гостьи с образом обычной летучей мыши. Ах, да, у обычных мышей мордочка приплюснутая, а у этой чуть вытянутая, да и лапок оказалось четыре, а не две. И всё это не считая очень-таки приличного размера.
– Кшисинда Двадцать Седьмая, - попыталась изобразить придворный реверанс ночная гостья.
– Можно, Кшыся, но это только после того, как ты меня угостишь чем-нибудь вкусным.
– Летучая мышь и разговаривает, - снова восхитилась Ровена, совершенно пропустив мимо ушей намёк на угощение.
– Вовсе не летучая мышь, а мышильда. Ты, что, о нас никогда не слышала? А ещё с магическим даром, - обиделась Кшыся, ловко запрыгивая на подоконник и раскидывая по нему крылья.
– Так угощать-то будешь или как?
– Наглая ты, - недовольно буркнула девушка.
– Ночь сейчас, спать пора. Если хочешь, то вот, - и она переставила на подоконник небольшую корзиночку с домашним печеньем.
– А чаю? – Кшыся лукаво захлопала ресницами.
– Вот я и умная, и красивая, и сладкое люблю. Мне что – подавиться теперь?
– Чая нет, есть компот.
На подоконник отправилась кружка с остывшим компотом. Ровена начала раздеваться, утром вставать рано и выспаться совсем не мешало. Гостья аппетитно хрустела слегка подсохшим печеньем, хлюпала холодным отваром и чего-то неразборчиво бурчала себе под нос.
Девушка повозилась в постели, потом ей надоело присматриваться к мышильде и, отвернувшись к стене, она уснула. Уже сквозь пелену сна почувствовала, что к ней пристраивается что-то тёплое и увесистое, но возражать сил не было.
В комнате всё стихло, затихли и пьяные вопли за окном, и тогда посередине пола закружился вихрь серого портала. Мужчина бесшумно шагнул из него, полюбовался на спящую девчонку и Кшысю, подглядывающую сквозь полуприкрытые ресницы, и огляделся. Незнакомка с озера не была служанкой, иначе зачем тогда предоставлять ей отдельную комнату. Но вот то, насколько это жилище выглядело убогим, заставило полночного гостя брезгливо поджать губы. С пальцев сорвалось сканирующее облачко, мгновенно окутавшее Ровену. Кристиан вгляделся в знаки, возникшие в тёмной дымке, и второй раз недовольно дёрнул губами. По его мнению, так не должны были поступать с внучкой известного чародея, а тем более с обладательницей недюжинного и редкого дара, сходного с талантами самих метаморфов.
– Ты мне подходишь, - прошептал мужчина, невесомо проводя ладонью по разметавшимся волосам. – Говорят твой дед не сдерживал эмоций и чувств и всегда высказывал своё мнение в лицо, не считаясь со статусами. По крайней мере, скуки не предвидится.
Кшыся недовольно повернулась на бок, слегка ёжась от сурового взгляда хозяина, но девчонка ей понравилась, а значит можно было задержаться в этом жилище.
Наутро Ровена обнаружила у себя на лице крыло, небрежно откинутое мышильдой.