Ракушка на память
Шрифт:
– Откуда ты знаешь, что я хочу отношений?
– спросила Кэтрин, не поднимая головы.
– Знаю и всё, - немногословно отрезал Эдвард, сканируя девушку как металлодетектор.
Внезапно он передвинулся на середину дивана, обхватил девушку за талию и посадил к себе на колени, кладя руки на голые бедра. Кэтрин вздрогнула и закрыла глаза, впитывая тепло больших и сильных рук, которые массировали ее загорелую кожу, то сдавливая, то лаская снова. Но лицо Эдварда резко контрастировало с его действиями - он был обеспокоен и задумчив, пытаясь понять незнакомку, которая, в свою очередь, пыталась понять себя.
– Все равно эти несколько дней, пока мы разбираемся с браконьерами, тебе следует быть рядом со мной, - произнес Эдвард, перекидывая ногу Кэтрин через свои бедра так, чтобы она оседлала его.
– Нам следует убедиться, что они больше не причинят никому... вреда.
Кэтрин резко втянула воздух, почувствовав всю уязвленность своего положения. Так было сложнее думать и мыслить трезво - был ли это его план, никто так и не узнает. Эдвард водил по бедрам вверх до трусиков и обратно к коленям. Хотела ли она его? Да, безусловно. Хотела ли она сбежать домой? Да, и это было честно. Хотела ли она с ним отношений? Сложно сказать. Все слишком быстро произошло, не успела Кэтрин отойти от восхитительного секса с ним, как реальность ударила ее наотмашь по щекам. Хотела парня? Заказывала? Получай и распишись. Гарантии нет, возврат товара невозможен.
– Ты прав, - тяжело выдохнув, признала Кэтрин.
– Что-то мне подсказывает, что я не смогу вернуться домой «без хвоста».
В конце концов, перспектива бороться в одиночку с обезумевшими браконьерами, потерявшими большой кусок зеленого пирога - мало приятного. У Кэтрин было мало возможностей узнать, кто эти люди и защитить себя от них. Вероятно, они работали в банде, а это усугубляло ситуацию. Что бы ни происходило между ней и Эдвардом, одно точно оставалось неизменным - ей стоит какое-то время находиться рядом с тем, кто мог себе позволить быть ей на эти несколько дней опорой и защитой. Кэтрин глубоко вдохнула и поняла, что находится за чьей-то уверенной и твердой спиной приятно. Это кажется таким естественным и правильным, что сама девушка ужасалась от своих ощущений и неконтролируемых эмоций.
Кэтрин подняла взгляд и посмотрела на Эдварда, который сидел, все так же нахмурившись. Зеленые глаза остекленели, расфокусировано рассматривая вид за окном, а руки неосознанно продолжали поглаживать бедра девушки. Кэтрин разглядывала его мужественные черты лица, в которых не было ни капли женственности, чувственные губы с манящей розовой кожей, пробивающуюся щетину и густые русые волосы с выгоревшими прядями, переплетающимися в сексуальном беспорядке. Мускулистое и сильное тело было обтянуто костюмом
– именно «обтянуто», потому что казалось, что ткань вот-вот треснет под натиском мужской природы. Объект разглядываний внезапно повернулся и посмотрел на девушку, а затем впился в нее поцелуем, увеличивая давление пальцев на коже бедер.
Кэтрин не смогла не ответить на поцелуй, открывая губы и впуская эту тяжелую энергию желания.
– Ты теперь нормально говоришь, без этих «инаковость», «дева», - оторвавшись от поцелуя, сказала Кэтрин.
Это так глупо, но от волнения она спрашивала совсем не то, что хотела. А откуда волнение? Эдвард наклонил и голову и удивленно посмотрел на девушку, говоря этим взглядом: «Ты от волнения спрашиваешь странные вещи, но я отвечу».
– Я волновался тогда, - проникнув ладонью под трусики Кэтрин, ответил он.
– Просто не все нормально реагируют на жабры и перепонки. А если тебе эта девушка нравится, то это вдвойне волнительно. Но я работаю над этим.
И, посчитав, что дал и так слишком развернутый ответ, Эдвард провел пальцем по чувствительным складочкам Кэтрин, скользя по нежной коже и проникая в тугой жар.
– Черт, - выгнулась Кэтрин, вцепившись рукой в плечо Эдварда. Она застонала, откинула голову назад и бессознательно задвигала бедрами, тяжело выдыхая горячий воздух. Это неправильно так было реагировать на незнакомого мужчину - такого не бывает. Кэтрин задерживала дыхание под умелыми ласками Эдварда, голова превратилась в сахарную вату, отказываясь трезво и рационально мыслить.
Эдвард уткнулся в шею девушки и поцеловал бархатную кожу, все сильнее двигая пальцем и стимулируя точку джи, пока стоны Кэтрин не стали отражаться от стен офиса. В какой-то момент девушка почувствовала накатывающую волну удовольствия - и забилась в сильных руках Эдварда, который накрыл ее губы в страстном поцелуе, поглощая наслаждение Кэтрин.
Она все еще прибывала в полубессознательном состоянии, в тумане. В голове стучала кровь, а тело отказывалось двигаться, когда Эдварда поднял девушку и стянул с нее трусики, откидывая ненужный лоскут ткани в сторону. Кэтрин, затуманенными глазами посмотрела вниз и снова оседлала колени Эдварда, обнимая его и проводя языком по верхней розовой губе парня.
– Кэтрин, чертовка, - прошептал Эдвард, отбрасывая в сторону ремень, расстегивая ширинку и выпуская свой толстый и горячий член.
Кэтрин опустила руку и обхватила напряженную твердость, проводя по ярко-розовой нежной головке, на кончике которой выступила капелька смазки. Кончиком указательного пальца она сняла эту каплю с головки и поднесла ко рту, слизывая солоноватую жидкость и смотря на реакцию Эдварда. Он слегка прогнулся в пояснице и прошипел сквозь зубы:
– Господи, пожалуйста, сделай уже что-нибудь, Кэтрин, мое терпение не бесконечно.
Девушка привстала на колени над пахом Эдварда, направила рукой его член в себя и резко села на него, от чего они оба издали крик удовольствия. Кэтрин поняла, это было на грани - боль граничила с наслаждением, слишком остро, слишком твердо и слишком много. Подождав несколько секунд и привыкнув к размерам, Кэтрин начала двигаться назад-вперед, сперва медленно, а затем ускоряясь. Упругая головка билась прямо в ту самую точку наслаждения, каждый раз взрываясь волнами экстаза в теле девушки. Руки Эдварда впились в бедра Кэтрин, ускоряя ритм движений.
– Я скоро, - простонала Кэтрин, все более сбивчиво покачиваясь на члене Эдварда, который стал невыносимым твердым и, казалось, увеличился в размерах.
И тут Эдвард сильно ударил в Кэтрин бедрами, заставляя девушку запрокинуть голову и наполнить воздух его именем. Это был удар всевластия, казалось, весь мир на какой-то момент померк во всепоглощающей невесомости.
– Да... Эдвард... да... боже, - вырывалось изо рта девушки, которая вцепилась пальцами в плечи Эдварда и сжала в кулаках рубашку. Эдвард сделал последние пару движений и издал хриплый стон освобождения.
– Ты пульсируешь... это так сладко, - прошептала девушка, кладя голову на плечо Эдварда и принимая последние слабые движения парня с горячими струями жидкости.
В таком положении они еще просидели полчаса. Никто не произнес ни слова, не сделал ни вскрика, ни громкого вздоха. Эти двое, казалось, думали каждый о своем, но одновременно не выпускали друг друга из объятий. Через какое-то время Кэтрин задремала, а Эдвард не хотел двигаться, чтобы не спугнуть момент единения. Эта была самая непредсказуемая девушка в его жизни, и он едва ли понимал ее мотивы и предсказывал ее следующие шаги, но сейчас он был самым счастливым русалом во всем мировом океане.