Чтение онлайн

– На вашем месте я не пыталась бы восстановить сумму на своем счете, сказала Чен, словно прочитав мои мысли.
– Это под силу лишь мне, но я, по словам Его Величества, буду несколько недель торчать на Парексе. Если, разумеется, вы не отмените своего спектакля, - обратилась она к Питеру. Иначе Смиту не избежать тюрьмы.

– Капитан?
– услышал я голос Питера.

Я отрицательно покачал головой. Все мы знали, что Чен непременно прибегнет к этому средству.

– Благодарю за предложение, мисс Чен, - сказал я.
– Полагаю, вам надо преподать урок, обещанный королем Питером. Свои дела с "Трансшипминт" я как-нибудь улажу сам.

Она сжала челюсти и процедила:

– Пеняйте на себя! Я проведу на Парексе несколько недель, вы - в тюрьме десять лет. Посмотрим, кто из нас посмеется последним.
– Она сделала нетерпеливый жест.
– Если ваши угрозы исчерпаны, приступайте к делу. Я тороплюсь назад в Пространство. Смита ждет обвинение в растрате, вас вечный страх.

– Да, все кончено, - согласился Питер.
– Прощайте, мисс Чен.

Десятичасовое путешествие на Парекс прошло спокойно. Чен про вела это время в пассажирской каюте, за задраенным люком, а Джимми, Ронда и я - на своих рабочих местах. Один Билко отлучался в комнату отдыха и потом ворчал, что там невыносимо одиноко.

Получатели груза, оставленного нами на "Мире свободы", были не слишком довольны, что "Сергей Рок" прибыл с пустым трюмом. Чен, наверное, надеялась, что они подадут на меня иск, но деньги с ее карточки, а также уговоры Билко сделали свое дело, и ситуация не переросла в критическую. На карточке осталось, правда, всего шестьдесят тысяч нойе-марок - при том, что "Трансшипминт" должен был не позднее, чем через две недели, потребовать с меня все двести тысяч.

Мы пробыли на Парексе двадцать часов, отсыпаясь, заполняя трюмы новым грузом и оформляя небывалое количество бумаг. За это время Чен предприняла две попытки сбежать с планеты, однако оба транспорта были вынуждены вернуться обратно После безуспешных попыток найти себе лепешку для дальнейшего путешествия.

К моменту нашего старта слухи о злополучном пассажире успели приобрести устойчивый характер. Удаляясь в космос, я поймал себя на мысли, что она вряд ли будет допущена на борт космического корабля даже после истечения срока ссылки. Интереса к ее последующей судьбе я, впрочем, не испытывал. По-моему, тут нечему удивляться.

– Эй!
– услышал я голос Ронды.
– У тебя найдется свободная минутка?

Я хотел было ответить ей в том смысле, что скоро стараниями "Трансшипминт" свободного времени у меня будет хоть отбавляй, но сдержался.

– Конечно!
– сказал я, приглашая ее за стол в комнате отдыха.
– Ты здесь нечастая гостья.

– Это еще мягко сказано, - ответила она, выдвигая стул и присаживаясь. Я обратил внимание, что левую руку она держит за спиной, словно что-то от меня прячет.
– Просто захотелось поболтать.

– Пожалуйста. О чем?

Она указала на дисплей передо мной.

– Все ломаешь голову, как расплатиться с "Трансшипминт"?

– Пытаюсь. Но без толку. Добыть так много денег за столь короткий срок немыслимо.

– А ведь можно было. Помнишь, Чен предложила восстановить твой счет, если ты убедишь Питера снять с нее заклинание? Тогда лепешки перестали бы воротить от нее нос - не знаю только, есть ли у них нос.
– Она склонила голову набок.
– Должна тебе сказать, твой отказ сильно меня впечатлил. Джимми тоже был от тебя в восторге.

– Спасибо. Но я меньше всего пытался произвести на вас впечатление. Смысл состоял в том, чтобы хорошенько ее напугать, иначе она вместе со своими Чен-Меллисами донимала бы нас весь остаток жизни. А так у нас стало одной заботой меньше.

– Это в случае, если чувство самосохранения перевешивает у нее мстительность, - сказала рассудительная Ронда.
– А также если она не сообразила, что происходит в действительности.

– Это вряд ли, - ответил я.
– Она понятия не имеет об Инфракрасных, тем более - о том, как они взаимодействуют с молодыми лепешками.

Ронда поежилась.

– Это очень похоже на волшебство. Питер создает иллюзию, будто на нее прогневались все до одной лепешки в галактике, тогда как на самом деле все исчерпывается одной-единственной престарелой Инфракрасной, которую попросили подежурить возле Чен, на случай, если ей приспичит удрать с планеты. Это так хрупко!

– Тебе так кажется, потому что ты знаешь механику фокуса. Кроме того, тебе известно, что фокус может сработать только на такой планете, как Парекс, с одним-единственным космопортом, с которого не могут взлетать по несколько кораблей одновременно.
– Я пожал плечами.
– Если тебе мнится волшебство, то оно, скорее, в том, что Питеру удалось завербовать для такого дела хотя бы одну Инфракрасную старушку.

– Да, - пробормотала Ронда, - но все же как печально - сторожить в последние недели жизни мерзкую Чен, вместо того, чтобы внимать музыке "Мира свободы"...

– Не знаю...
– Я улыбнулся.
– Если бы ты догадывалась, что они сделали с Чен в последний день ее содержания в тюрьме! Между прочим, где ты в это время пропадала?

– Договаривалась со Сьюзен об условиях одной сделки, - ответила Ронда, хмурясь.
– А что они с ней сделали в последний день?

– Ничего особенного, - ответил я, тоже нахмурившись.
– Просто несколько раз проиграли у нее в камере один из любимых мотивчиков Инфракрасных. Если судить по моей собственной реакции на подобную музыку, она будет звучать у нее в голове несколько месяцев подряд... Кстати, о какой сделке ты говоришь?

– Какая жестокость!
– ахнула Ронда.
– Хотя и гениальная. Теперь у Старейшины, охраняющей Чен, будет что послушать и как отличить ее от других людей. Это ты придумал?

– Питер. Выкладывай про сделку.

– Ничего особенного. Помнишь, Сьюзен понравилось мое рукоделие? Вот я и продала ей все, что у меня накопилось: бисер, обручи, застежки, иголки, нитки, станочки, шаблоны, законченные вещицы.

– Поздравляю, - сказал я с некоторым разочарованием. После такого пространного предисловия я ожидал чего-то большего.
– К следующему концерту она сможет принарядиться.

– Надеюсь. Она сказала, что перепрограммирует одну из машин на изготовление бисера.

– Потрясающе!
– хмуро пробурчал я. В следующее мгновение я заметил, как у нее искрятся глаза; видимо, ей было трудно сохранять серьезное выражение лица.
– Ладно, выкладывай!

– Что выкладывать?
– Ей определенно хотелось потянуть еще.

– Главное. Она, небось, предложила тебе половину прибыли?

– Нет, что ты! На какую прибыль тут можно рассчитывать? Я настояла на оплате наличными.