Чтение онлайн

– Пойдём быстрее, наши жены, наверное, не знают покоя и переживают, – засуетился Мурис и быстро зашагал в город. За ним потянулись и все остальные. Когда они приблизились к воротам, стража спросила: «Что случилось?!» На этих воинах была броня, что делал Бал, а в руках – оружие, выкованное Хивином. Стражники обычно стояли вшестером, вдобавок четыре лучника на стене. Однако, сегодня стражей вполовину меньше. Хивин рассказал страже, что ребята нашли лагерь браконьеров и едва убежали. Сержант внимательно выслушал и попросил всегда рассказывать о подобном, после чего отправил пилюлю с посланием через метательную машину, что выстреливала точно в улавливатель на крыше здания стражи в самом городе.

Уже подходя к дому, взрослые и дети встретили своих жён и матерей. Женщины, взяв оружие, уже собирались идти за своей семьёй, но увидев приближение родных, всё побросали и ринулись навстречу, обнимая всех. Успокоившись и зайдя в дом Бала и Аниры, Мурис и Хивин начали рассказывать о своих злоключениях, после чего решили разойтись восвояси и хорошенько выспаться после всех событий.

Проснувшись рано утром, Самэль инстинктивно бросился в семейную кладовую и около получаса поедал припасы. Мать Самэля, Инда, встав с постели, пошла узнать, что там за шорох в кладовой? Но, увидев сына, она лишь улыбнулась и попросила выйти в гостиную для разговора с отцом. В гостиной мальчик увидел его, обхватившего лицо руками, а сам Самэль сел на своё место возле печи. Мать, последовав за сыном, тоже присела, начав разговор:

– Сынок, мы удержали один секрет от тебя, прости если сможешь…

– Мам, о чём ты говоришь?

– Сынок, мой дорогой, мы взяли тебя в младенчестве от одной женщины, когда только переезжали с фермы…

Самэль просто молчал во время всего разговора и слушал свою мать, которая его воспитала как родного.

– Когда твой отец приехал в город, то взял в аренду ферму на оставшиеся со службы у повелителя Анила деньги. Я тогда в тех краях частенько собирала травы для своей лавки. Иногда твой отец выходил на поляну в подлеске, где я гуляла, и мы мило беседовали, понравившись друг другу. Через два года мы поняли, что не можем иметь детей и сильно огорчились, но любовь не давала нам расстаться. Ещё позднее, когда Хивин накопил денег, да и с помощью уже успевшими обжиться Балом и Мурисом мы приобрели дом, как будто давно заброшенный. Главное, – он стоял рядом с домами друзей, и это нас подогревало, потому что вместе легче. И как-то в очередной раз, собирая травы, я отошла от своего места, углубившись в лес, а осознав это, уже хотела вернуться, но заблудилась. После двух часов моих блужданий из лесной тени появилась высокая женщина со свёртком в руках. Она начала говорить с тихим хрипом в голосе:

– Не бойся меня, человек! Я вижу в тебе чистую доброту и хочу попросить тебя взять это дитя и вырастить из него хорошего человека, – промолвила она, запинаясь на слове «человек». – Я покажу тебе путь к вашему городу, только забери его, прошу тебя. Ребёнку может грозить опасность, если он останется со мной!

Отдав тебя, она показала мне дорогу и моментально скрылась в тенях леса. А я, вернувшись и показав тебя твоему отцу, начала плакать от радости. Он в то же время немного сопротивлялся, потому что мы ничего не знали о тебе, но всё же отец согласился оставить тебя у нас и одарить нашим теплом и любовью.

После рассказа у матери потекли слёзы.

– Всё хорошо, мам, я не обижаюсь на вас! Ведь вы меня любили, растили и кормили. Мне очень интересно, кто я и откуда, но я останусь с вами до своего взросления. Когда подрасту, я обязательно буду искать свои корни, – сказав это, Самэль уже собирался идти к друзьям, но отец остановил сына. Спросил, знает ли он, что случилось там, в лесу.

– Я почувствовал ярость и прилив сил из-за смерти Опуша, а потом как будто начал во что-то оборачиваться… Я видел, что было вокруг, но не мог сопротивляться.

– Ваш зверёк жив, только немного ранен, сейчас он лежит в сарае у хисс. Мальчик был рад тому, что услышал и, получив разрешение уйти, пошёл за друзьями. Оказалось, что они уже поджидали его за порогом. Рамол и Тир всё слышали и не решались войти. Самэль обнял их и навёл на мысль, что пора проведать раненого друга. Придя к ферме и зайдя в сарай, ребята подбежали к лежащему в соломе румулю и начали его обнимать и гладить, попутно прикармливая яблоками из корзины, приготовленной специально для этой встречи хиссами.

Ребята, повалявшись со своим Опушем в сене, подумав и поговорив между собой, решили, что животное лучше больше не призывать. Они боялись за него, а жить зверьку в родной стае, которая водилась в лесах у города, всё же не так опасно. Мальчики грустно смотрели на Опуша, а он на них и, возможно, зверёк понимал, что больше не встретит своих друзей. Попрощавшись с Опушем, ребята решили пройтись по улицам своего города, дабы развеяться и сжечь палочки, которыми они призывали румуля. Это можно было сделать в кузнице у Бала.

– В кого я обернулся? Я так и не спросил у вас. И, простите, что напугал! – внезапно прервал молчание Самэль.

– С чего это ты просишь прощения, ты не мог это контролировать, ведь так? Так что не переживай! – поддержал Тир.

Самэль заметно повеселел и ещё раз обнял друзей.

– Ты был большим, с чёрной шерстью, без единого пятна другого цвета, голубые глаза, острые зубы и когти! – выпучив глаза, рассказал Рамол.

– Вы знаете, кто это был? – спросил Самэль.

– Не-е-е, отец не говорит, хотя я бы хотел знать. Очень страшный для врагов, но очень ловкий и красивый для друзей, – с интересом продолжил Рамол.

– Попробую у отца выпытать, он наверняка знает, – задумался Самэль.

Миновав стражу, которая была оплотом защиты и помощи, ребята вошли в город. В этом городе ковалось особой фомы оружие. Изготавливались мечи, раздваивающиеся на острие. Между концов наносилось напыление, что после касания с плотью давало медленный упадок сил у врага. Боевые щиты походили на полумесяцы с металлическими вставками. Такой щит хоть и был тяжеловат, но некоторые воины могли носить его довольно долго. Шлемы стража меняла, как и броню, лишь на время холодов. Это было менее защищённое, но с хорошей меховой подкладкой снаряжение. Напыление для мечей – новинка от матери Самэля, ранее воины туда капали немного яда, который действовал довольно болезненно на организм врага.

Пройдя дальше по вымощенной плитами дороге, ребята увидели площадь с проходами в разные стороны. Почти возле входа стояли палатки торговцев, спрятанные в тени городских стен, а свернув налево, в первый проход, начинался район с домами, где первые этажи занимали крытые лавки с вещами, драгоценностями, предметами быта. Дальше тянется улица, только уже с мастерскими. Там стояли плотницкая мастерская, кузня, оружейный склад. Огибая площадь полукругом, улица заканчивалась подъёмом в крепость. Также, как и вторая улица, в которой стояла таверна «Слепой эльф». Из таверны шёл проход на второй этаж гостиной. Дальше ютились тканная мастерская, библиотека и лавка со снадобьями и зельями. Здешняя хозяйка частенько конфликтовала с Индой-травницей, матерью Самэля. Если свернуть направо после входа на площадь, то мы пройдём по длинным улочкам с обычными жилыми домами, которые оканчиваются также возле входа в замок и несколькими каменными зданиями с садиками на заднем дворе и выходом на стены.

Ребята собирались пройтись и посмотреть, не готово ли их новое снаряжение, что обещал им Бал месяц назад. А ещё хотели заглянуть в лавку с зельями, ведь им очень нравились разноцветные жидкости в разукрашенных скляночках. Подойдя к лавке, ребята стали разглядывать, что появилось нового, а что разобрали жители и гости города. Хозяйки лавки долго не было, чтобы отогнать группу молодых людей от витрины. Вдруг деревянная дверь открылась и оттуда выбежал какой-то парень в свободных одеждах и, сильно торопясь и никого не замечая, бросился прочь.