Чтение онлайн

Я надеялся, что это случится этим вечером. Было приятно выдавать желаемое за действительное. При этом всё, чего я ожидал, если повезёт, это просто увидеть её. Если бы на небе сошлись звёзды, то я надеялся ещё на шанс рассказать ей о своих чувствах, как бы чертовски страшно это не было. Но о том, что я окажусь в ней, глупо было даже мечтать.

Но вот мы здесь, и это превзошло все мои надежды.

Она склонилась и поцеловала меня так томно, что мне пришлось сдержать извержение. Но потом она поднялась и скользнула обратно, и мои глаза закатились в самую заднюю часть головы, это точно. Я схватил её за зад, и, крепко держа, перекатил нас так, чтобы теперь я был сверху. Её губы, её удивительные, манящие губы открылись, возможно, чтобы возмутиться из-за смены позиции, но как бы я ни любил спорить с этой женщиной, вместо этого я поцеловал её. Поцеловал её, потому что потребность сделать это ощущалась всем моим существом, проникая глубже в сами атомы и молекулы. У неё ещё будет масса времени, чтобы оседлать меня. Я с радостью позволю ей делать из меня что угодно. Но сейчас, в наш первый раз, я хочу, чтобы это длилось дольше минуты.

Я медленно вытягивал себя из неё, почти полностью; она тихо всхлипывала от расстройства. Я вошел в нее обратно, и так снова и снова, в ровном темпе, заставляя её извиваться и тяжело дышать, шепча мое имя таким голосом, который, я молил, кроме меня, больше никто и никогда не услышит. Это один из самых потрясающих звуков, что я имел удовольствие слышать. Это была хриплая вокализация двух слогов, против которых я так долго бунтовал. Но теперь, когда они исходили от неё, всё было по-другому. Когда наши тела соединялись в самом прекрасном танце, который я когда-либо танцевал, я никогда не был более рад называться этим именем.

Я не знал, как много времени ей нужно, чтобы кончить во второй раз. Совсем мало, подумал я смутно, когда её тело напряглось, а затем стало сокращаться внутри вокруг меня, и тогда я благодарно отпустил себя в свободное падение. Состояние, которое я могу объяснить только как самую чертовски обалденную le petit mort (прим. маленькая смерть). И вся моя жизнь была полностью сосредоточена на этой одной женщине и на том, какие чувства она вызывала во мне.

Глава 50

Эльза

Спальню отеля заливало ярким солнечным светом, рядом звонил телефон, и, вроде, кто-то ещё стучался в дверь. Я чувствовала себя разбитой и абсолютно измотанной, но потом близость тёплого обнажённого тела напомнила мне о часах, проведённых за самым умопомрачительным сексом моей жизни.

Кристиан действительно был здесь.

В номер снова вернулась тишина, и в эти нежные, туманные мгновения я просто рассматривала его. Он был такой обворожительный, пока спал, немного напоминая мальчишку: тёмные ресницы оставляли тень на его щеках, со лба спадали взлохмаченные волосы, а из груди вытекало ровное, протяжное дыхание.

В моей же груди всё сжалось. Впервые за долгое время я не чувствовала себя свободной – потому что, такая концепция являлась несбыточной мечтой для королевской особы, обязанной своему долгу и стране. Но я была довольная. Нет, не просто довольна – счастлива.

Я смахнула пряди каштановых волос с его глаз, отчего он заворочался, но не проснулся, а лишь придвинулся ко мне ещё ближе. Всё моё внимание было приковано к его обнажённой, вздымающейся и опускающейся груди.

Где-то неподалёку снова зазвонил телефон, возобновились толчки в дверь, нарушившие спокойствие момента.

— Ваше Высочество? — стук стал яростнее. — Ваше Высочество!

Кристиан резко вскочил, ощупывая всё вокруг себя, будто проспал и должен куда-то срочно собираться, и я не могла не заметить, как низко промялись простыни под его тазом.

Боже мооооой, я сойду с ума от его тела. А также: ещё, пожалуйста.

Его голос хрипел.

— Который час?

Час для занятия сексом.

— Ни малейшего представления.

— Что за придурок стучится к тебе в такую рань?

— Все шансы, — сказала я с усмешкой, — что это шпионка матери.

Он прорычал и перекатился так, чтобы обнять меня. Я вернулась к нему в тёплую кровать, улыбаясь как идиотка.

— Привет.

Он тоже улыбался.

— Привет.

Наши губы соединились в нежном, умиротворённом поцелуе, и пока всё прочее отступило на второй план, до меня дошла одна потрясающая вещь: всё было по-настоящему.

Бум-бум, бум-бум-бум.

— Ваше Высочество!

Кристиан отстранился, потеревшись носом об мой.

— Тебе стоит ответить.

Никогда бы не подумала, что такое возможно, но его утренний голос был в десять раз сексуальнее его обычного голоса, а акцент – намного заметнее в стадии пробуждения.

Наружу выбрался недовольный вздох. Сейчас я не желала иметь дело с кем-либо кроме Кристиана.

Он поцеловал моё плечо.

— Пойди выясни, что надо этой шпионке. Чем раньше ты это сделаешь, тем скорее мы избавимся от неё.

Блин, ведь он прав! И как же бесит, что мне придётся вылезти из тёплой, уютной постели с аппетитным голым мужчиной, чтобы заверить шестидесятилетнюю женщину, что я не испарилась. Я нехотя сползла с кровати и накинула халат, всё это время прекрасно осознавая, что жаркие глаза Кристиана были прикованы ко мне. Я откинула волосы назад и сказала:

— Если ты и дальше будешь так смотреть на меня, я не смогу ответить на стук в дверь.

Он порочно улыбнулся.

И в это мгновение послышался скрежет ключей по металлу, заставивший меня стремглав нестись к двери. Она открылась ровно тогда, как я достала до засова, вынудив меня отпрыгнуть назад и крепче затянуть халат. В дверном проёме стояла не только консьерж отеля и Грета, но и Мэтт с приклеенным к уху мобильником.

В голове тут же пронеслось напоминание о бранче с Мэттом. А также причина, почему я в Париже.

— У тебя всё хорошо? — воскликнул он одновременно с тем, как консьерж, запинаясь, тараторил:

— Ваше Высочество, пожалуйста, простите моё опрометчивое вторжение, но когда долгое время никто не мог дозвониться до вас, мы должны были проверить, что с вами!

И Грета, заламывая руки, вопила:

— Я всё утро так волновалась, Ваше Высочество! Вы не отвечали не телефон!

Бранч был запланирован на одиннадцать. Как же долго мы спали?

Я туже завязала халат и понимающе улыбнулась взбудораженной толпе.

— Благодарю вас за беспокойство. Я просто проспала.

Консьерж быстро откланялся. Только ни Мэтт, ни Грета не посчитали нужным последовать ему примеру. Личный секретарь моей матери продолжала заламывать руки, будто беспокоясь о том, что я исчезну прямо у неё на глазах, а Мэтт выглядел тревожнее, чем когда-либо. На его лбу проявились складки беспокойства, а нежная кожа под глазами стала темновато-фиолетового цвета. Он переступил через порог, засовывая свой телефон в карман.

Было ясно без слов, что он не был рад находиться здесь. Если бы понадобилось подобрать более точное описание, то я бы настояла на "откровенно несчастный".