Чтение онлайн

– Тебе-то откуда знать? На моей памяти никто никогда не встречался с таким случаем до Тес, - небрежно продолжал Алфан. – Или я чего-то не знаю?

Далее Фаннар перешёл вдруг на испанский. И Тес занервничала, причём не на шутку. Порой Алфан кидал на узницу быстрые взоры и при этом каждый раз ухмылялся. О чём они говорят, и что всё это могло значить? Девушка переводила взгляд с одного на другого, непроизвольно вцепившись в одеяло.

– Мне кажется, ты злоупотребляешь моим гостеприимством, Фаннар. Надеюсь, что завтра тебя уже здесь не будет.

Тес с ужасом умоляюще посмотрела на пожилого мужчину.

– Я не оставлю Тес тебе на растерзание.

– С ней всё будет так, как и должно быть, - проговорил Алфан. – Ты же не хочешь, чтобы я выставил тебя силой?

– О, Алфи, не стоит так со мной разговаривать. Я не покину тебя, пока не буду в абсолютной уверенности, что Тес ничего не угрожает.

– Какого чёрта ты лезешь в это? Ведь никогда не вмешивался, когда я расправлялся с людьми. К чему такая забота о Тес? – юноша разозлился.

– Не веди себя так с ней. Она напугана до смерти. Если не собираешься убивать её, тогда будь поснисходительней. И хватит причинять ей боль – это низко, Алфи. Тес и так нелегко, мягко говоря.

– Обещаю, что с этого момента буду с ней нежен.

От его тона Тес сделалось ещё более не по себе, а от последующей фразы сердце замерло.

– Оставь нас.

Нет. Нет. Только не это.

– Ну, уж нет, Алфи.

– Не беспокойся, я же пообещал вести себя хорошо, - при этом он улыбнулся пленнице, вся краска сошла с её лица, девушку затрясло.

– Алфан, лучше успокойся и смирись с мыслью, что тебе придётся отпустить Тес со мной.

– С ума сошёл! – рассмеялся юноша. – Слишком ценный трофей, чтобы я по собственной воле отказался от него. И уж тем более отдал в твои руки.

– Я уважаю людей, в отличие от тебя и Себастьяна, и многих субвитов. И позабочусь о ней достойным образом. Но я не позволю тебе сделать с Тес что-нибудь противоестественное. Мы не убиваем людей, а сотворить из человека субвита – это вообще против всяких правил, это повлечёт за собой твою неминуемую погибель.

– Противоестественное?! – воскликнул Алфан. – Очнись, Фаннар, Тес рождена, чтобы умереть. Она – жертва! И это факт. Что-то до сего момента тебя не останавливала жалость к людям, когда ты получал свой допинг в виде крови избранных. Так что не жалоби меня, Фаннар. Я поступлю с ней так, как захочу, и ни ты, ни какой-то там Себастьян не смогут мне в этом помешать.

Тес уткнулась в колени, не веря своим ушам, глазам и всему происходящему. Ей вдруг стало всё равно. Она ощутила свою обречённость с такой силой, что будущее перестало её интересовать. В данный момент девушка жаждала одного – не слышать и не видеть всего, что происходит вокруг. Пленница даже не сразу поняла, что голоса вдруг прекратились и в комнате стихло, но Тес так и не подняла головы, чтобы убедиться - оставили её наконец в покое или нет.

Прошло бог весть сколько времени, а девушка неподвижно сидела, уткнувшись в колени и обняв себя руками. Мысли относительно неё, Алфана, Фаннара, Себастьяна, Кристиана закончились. Тес пыталась припомнить слова песни группы «Ледяной восход» под названием «Боль», которые невольно терзали её память, - как раз то, что нужно – но те разрозненно всплывали в сознании и никак не хотели складываться в строки. Из куплета она вспомнила лишь следующее:

Ты смотришь на мир, понимая, что слеп…

А что же дальше и до этого?

Припев звучал так:

Нет крови, есть боль –

Она тянется вдоль

Всего твоего пути.

Ты падаешь в мрак,

Не думая так…

Последняя строка была безвозвратно утеряна в лабиринтах памяти, и Тес очень усердно пыталась её припомнить, как и оставшиеся слова этой песни. Сестра ведь знала наизусть всё творчество группы своего брата…

– А как же они находят свои жертвы? – бесцветным голосом поинтересовалась пленница, не имея представления, зачем, и будучи в полной уверенности, что её кто-то слышит.

– Они им снятся, - то был голос Алфана. – Вернее будет сказать – вы являетесь им в сновидениях. И всегда, как предполагалось, лишь одному субвиту. В основном – самому старшему. Чей сон посетит жертва, тот её и обрабатывает.

Тес усмехнулась, но не подняла головы – у неё была апатия ко всему. Алфан продолжал:

– Ты являлась Кристиану несколько ночей подряд. Во сне он узнал о тебе всё – где ты живёшь, твоих друзей, родных и близких, твой образ жизни – словом – всё, с тобой связанное. Даже то, что ты тогда встречалась со своим бывшим, - собеседница резко посмотрела на говорящего, отметив, что они остались вдвоём, но ей уже было всё равно. – Егором, точно, забыл его имя… Да, они знали о тебе всё задолго до вашей встречи, и тому, чтобы ты оказалась в Германии в нужное время и нужном месте, тоже поспособствовали. Хотя это мелочи. И приехать в Петербург была не проблема. Стоит отметить, что всем жертвам было не больше двадцати, а ты оказалась поздним цветочком, Тес.
– Странно было слышать подобные слова от человека (ну, или кто он там есть) с таким юношеским лицом. – Возможно, поэтому и не влюбилась сразу в одного из них. Чёрт возьми, Тес! – завёлся Алфан и вмиг предстал перед девушкой. – Поверить не могу, что это произошло. Ты же заверяла меня, что никогда не влюбишься… да ещё в кого? В высокомерного себялюбивого выскочку. Он не достоин твоих чувств.

– Теперь это уже не важно, - вяло проговорила девушка.

– Он же погубил тебя этим, - протянул Алфан и погладил узницу по лицу, она смотрела на него стеклянными глазами с застывшими в них слезами, она всеми силами старалась не думать о Себастьяне и о том, что была всего лишь его заданием – работой. – Двадцать шесть, а всё ещё наивна и чиста, - взгляд недруга блуждал по лицу заключённой.

Тес снова уткнулась в колени, не желая видеть собеседника.

– Чёрт, я хотел забрать тебя с выставки ещё тогда, когда увидел сонную на лестнице. Ты так мило улыбалась мне, и выглядела весьма соблазнительно. Но эта тварь не позволила мне даже приблизиться к тебе.

Тес припомнила, как в тот вечер, после ухода Алфана, Себастьян… обнимал её… сердце непроизвольно сжалось, а грудную клетку сдавило с такой силой, что стало больно дышать.

– Тес, это был очередной его манёвр. Он преподнёс себя героем. Никто не может устоять перед спасителями. Девочка моя, ему пятьсот лет, и на протяжении всех веков он только и делал, что соблазнял тебе подобных. Их мастерству может позавидовать любой актёр. Сыграть героя-освободителя от злодея, коим предстал я, - секундное дело… И потом он нам снова помешал.
– Тес догадалась, что рассказчик имел в виду случай, когда она после их встречи и последующего обморока обнаружила на Себастьяне порезанную рубашку. – Хотя если бы он не явился тогда, девочка моя, ты, наверно, была бы уже мертва.

Пусть говорит, что хочет… и делает тоже.

– Тогда мы немного повздорили с Себастьяном – из-за тебя, между прочим. Он никак не хотел делиться тобой, Тес. А ведь это несправедливо – у меня на тебя такие же права, как и у них…

Ах, вот о чём они говорили во дворе её дома!

– Нужно было увезти тебя тогда, как я и планировал, но что-то в тот момент меня остановило, даже не представляю – что. Тес, они понятия не имеют, что мне тоже снилась каждая из вас – убитая ими жертва. Так я и узнавал о них. Так я и узнал о тебе. И тогда – в лесу… - на удивление девушки, Алфан замолчал, а она почти перестала его слышать, размышляя о том, что Себастьян тогда, на выставке, всё-таки был ранен, и это была его кровь, просто раны затянулись... А случай с кофе: кипяток обжёг руку фотографа, но никаких следов не осталось. Всё встаёт на свои места – и недоговорённости, а иногда тот бред, который он нёс, а теперь оказывается, что это была вовсе не несуразица. Не мог же Себастьян сказать Тес, что должен покончить с ней, а она их пища или источник силы, точнее – не она, а её «ценная» кровь. К слову – последняя встреча с Кристианом…Тес побледнела – он ведь тоже хотел её убить и именно об этом и говорил в тот момент. Теперь узница это чётко осознавала. Но ему помешал Себастьян. Зачем? Сам хотел это сделать? Неужели он настолько жесток?