Чтение онлайн

Рис. 2.102. Медаль на первое путешествие Петра I no Европе. Взято из [760], с. 139.

Рис. 2.103. Петр I в дорожном костюме в свите великого посольства. Гравированный портрет Оттенса. Взято из [960], с. 175.

Рис. 2.104. Портрет Петра I, нарисованный неизвестным голландским художником во время пребывания царя в Саардаме. Императорская публичная библиотека. Взято из [960], с. 147.

Рис. 2.105. Петр I (Исаакий) в одежде голландского рабочего в Саардаме. Гравированный портрет Маркуса. Взято из [960], с. 157.

Посольство прибыло в Амстердам в середине августа и осталось там до середины мая 1698 г., хотя переговоры были кончены уже в ноябре 1697 г. В январе 1698 г. Петр поехал в Англию… и оставался там три с половиной месяца, РАБОТАЯ ПРЕИМУЩЕСТВЕННО НА ВЕРФИ в Дептфорде… На европейских наблюдателей Петр произвел впечатление… заинтересованного преимущественно ремеслами (рис. 2.106 — Авт.), прикладными знаниями и всевозможными диковинками…

Рис. 2.106. Петр I (Исаакий)

— каменщик. Горельеф Макса Гиллера. Взято из [960], с. 23.

Его изображают человеком крайне вспыльчивым и нервным, быстро меняющим настроение и планы и НЕ УМЕЮЩИМ ВЛАДЕТЬ СОБОЙ В МИНУТЫ ГНЕВА, ОСОБЕННО ПОД ВЛИЯНИЕМ ВИНА… Петр… спешил покинуть Вену для Венеции, где надеялся изучить строение галер. Известие о стрелецком бунте вызвало его в Россию…

Прямо с дороги, НЕ ПОВИДАВШИСЬ С СЕМЬЕЙ, Петр проехал к Анне Моне, потом на свой Преображенский двор. НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО, 26 августа 1698 г., он собственноручно начал стричь бороды у первых сановников государства. Стрельцы были уже разбиты Шейным под Воскресенским монастырем, и зачинщики бунта наказаны (рис. 2.107 — Авт.). Петр ВОЗОБНОВИЛ СЛЕДСТВИЕ О БУНТЕ… заставил постричься Софью и ее сестру Марфу. Этим же моментом Петр воспользовался, чтобы насильственно постричь свою жену… Брат царя, Иоанн, умер еще в 1696 г.; НИКАКИЕ СВЯЗИ СО СТАРЫМ НЕ СДЕРЖИВАЮТ БОЛЬШЕ ПЕТРА… ПИРЫ И ПОПОЙКИ сменяются казнями, в которых царь сам играет иногда роль палача; с конца сентября по конец октября 1698 г. было казнено более тысячи стрельцов. В феврале 1699 г. опять казнили стрельцов сотнями. МОСКОВСКОЕ СТРЕЛЕЦКОЕ ВОЙСКО ПРЕКРАТИЛО СВОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ. Указ 20 декабря 1699 г. о новом летосчислении формально провел черту между старым и новым временем. 11 ноября 1699 г. был заключен между Петром и Августом ТАЙНЫЙ ДОГОВОР, которым Петр обязывался вступить в Ингрию и Карелию тотчас по заключении мира с Турцией, не позже апреля 1700 г.; Лифляндию и Эстляндию, согласно плану Паткуля, Август предоставлял себе…

„ПО РАСПУЩЕНИИ СТРЕЛЬЦОВ НИКАКОЙ ПЕХОТЫ СИЕ ГОСУДАРСТВО НЕ ИМЕЛО“. 17 ноября 1699 г. был объявлен набор новых 27 полков, разделенных на 3 дивизии… Петр направил свои войска к Нарве… Только к концу сентября войска собрались у Нарвы… Ночью с 17 на 18 ноября русские узнали, что Карл XII приближается к Нарве.

Петр уехал из лагеря, оставив командование принцу де Круа, незнакомому с солдатами и неизвестному им, — и восьмитысячная армия Карла XII, усталая и голодная, разбила без всякого труда сорокатысячное войско Петра…

Все помыслы Петра устремлены теперь на то, чтобы… укрепиться на Балтийском море. За восемь лет он набирает около 200 000 солдат и… доводит численность армии с 40 до 100 тысяч.

Рис. 2.107. Медаль на уничтожение стрельцов. Взято из [960], с. 187.

Стоимость этой армии обходится ему в 1709 г. почти вдвое дороже, чем в 1701 г.: 1 810 000 рублей вместо 982 000. За первые 6 лет войны УПЛАЧЕНО БЫЛО, сверх того, СУБСИДИЙ КОРОЛЮ ПОЛЬСКОМУ ОКОЛО ПОЛУТОРА МИЛЛИОНОВ. Если прибавить сюда расходы на флот, на артиллерию, на содержание дипломатов, то общий расход, вызванный войной, окажется 2,3 млн. в 1701 г., 2,7 млн. в 1706 г. и 3,2 млн. в 1710 г. Уже первая из этих цифр была слишком велика в сравнении с теми средствами, которые до Петра доставлялись государству населением (около 1,5 млн.)…

На первое время Петр мало заботится об этом и просто берет для своих целей из старых государственных учреждений — не только их свободные остатки, но даже и те их суммы, которые расходовались прежде на другое назначение; этим РАССТРАИВАЕТСЯ ПРАВИЛЬНЫЙ ХОД ГОСУДАРСТВЕННОЙ МАШИНЫ. И все-таки крупные статьи новых расходов не могли покрываться старыми средствами, и Петр для каждой из них принужден был создать особый государственный налог. Армия содержалась из главных доходов государства — таможенных и кабацких пошлин, сбор которых передан был в новое центральное учреждение, РАТУШУ. Для содержания новой кавалерии, набранной в 1701 г., понадобилось назначить новый налог („драгунские деньги“); точно так же — и на поддержание флота („корабельные“). Потом сюда присоединяется налог на содержание рабочих для постройки Петербурга, „рекрутные“, „подводные“; а когда все эти налоги становятся уже привычными и сливаются в общую сумму постоянных („окладных“), к ним присоединяются новые экстренные сборы („запросные“, „неокладные“). И этих прямых налогов, однако, скоро оказалось недостаточно… Рядом с ними придумывались поэтому другие источники дохода…

Тем большее значение имела ПОРЧА МОНЕТЫ. Перечеканка серебряной монеты в монету низшего достоинства, но прежней номинальной цены дала по 946 тыс. в первые 3 года (1701–3), по 313 тыс. — в следующие три; ОТСЮДА БЫЛИ ВЫПЛАЧЕНЫ ИНОСТРАННЫЕ СУБСИДИИ. Однако скоро весь металл был переделан в новую монету, а стоимость ее в обращении упала наполовину; таким образом, польза от порчи монеты была временная и сопровождалась огромным вредом, роняя стоимость всех вообще поступлений казны (вместе с упадком стоимости монеты)…

Платежные средства населения, и ресурсы казны сильно оскудели, а впереди предвиделось дальнейшее увеличение военных расходов. Из этого положения Петр нашел привычный уже для него исход: если средств не хватало на все, они должны были быть употреблены на самое главное, т. е. на военное дело…

Для приведения в известность платежей велено было собрать сведения из прежних финансовых учреждений. Результаты этих предварительных работ обнаружили, что государство переживает серьезный кризис. Перепись 1710 г. показала, что вследствие беспрерывных наборов и побегов от податей платежное население государства сильно уменьшилось: вместо 791 тыс. дворов, числившихся до переписи 1678 г., новая перепись насчитала только 637 тыс.; на всем севере России, несшем до Петра главную часть финансовой тягости, убыль достигала даже 40 %. Ввиду такого неожиданного факта правительство решилось ИГНОРИРОВАТЬ ЦИФРЫ НОВОЙ ПЕРЕПИСИ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ТЕХ МЕСТ, ГДЕ ОНИ ПОКАЗЫВАЛИ ПРИБЫЛЬ НАСЕЛЕНИЯ (на Юго-Востоке и в Сибири); по всем остальным местностям РЕШЕНО БЫЛО ВЗИМАТЬ ПОДАТИ СООБРАЗНО С СТАРЫМИ, ФИКТИВНЫМИ ЦИФРАМИ ПЛАТЕЛЬЩИКОВ. И при этом условии, однако, оказывалось, что платежи не покрывают расходов: первых оказывалось 3 млн. 134 тыс., последних — 3 милл 834 тыс. руб. Около 200 тыс. могло быть покрыто из соляного дохода; остальные полмиллиона составляли постоянный дефицит.

Во время рождественских съездов генералов Петра в 1709 и 1710 г. города России были окончательно распределены между 8 губернаторами. Так как содержание армии было главной целью при введении „губерний“, то дальнейший шаг этого нового устройства состоял в том, что на каждую губернию возложено было содержание определенных полков… Самым существенным недостатком такого устройства, введенного в действие с 1712 г., было то, что оно фактически упраздняло старые центральные учреждения (см. Приказы), но не заменяло их никакими другими. Губернии непосредственно сносились с армией и с высшими военными учреждениями, но над ними не было никакого высшего присутственного места, которое бы могло контролировать и соглашать их функционирование… Петр создал сенат. Губернии должны были назначить в сенат своих комиссаров „для спроса и принимания указов“… Все попытки сената организовать над губерниями такой же контроль, какой над приказами имела учрежденная в 1701 г. „Ближняя канцелярия“, кончились совершенной неудачей. Безответственность губернаторов являлась необходимым последствием того, что правительство само постоянно нарушало установленные в 1710–12 гг. порядки губернского хозяйства, брало у губернатора деньги не на те цели, на которые он должен был платить их по бюджету, свободно распоряжалось наличными губернскими суммами и требовало от губернаторов все новых и новых „приборов“, т. е. увеличения дохода, хотя бы ценой угнетения населения…

Назначать новые прямые налоги было почти бесполезно, так как и старые платились все хуже и хуже по мере ОБЕДНЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ. Перечеканка монеты, казенные монополии также не могли дать больше того, что уже дали. На смену губернской системе возникает сам собою вопрос о восстановлении центральных учреждений; хаос старых и новых налогов, „окладных“, „повсегодных“ и „запросных“, вызывает необходимость консолидации прямой подати; безуспешное взыскание налогов по фиктивным цифрам 1678 г. приводит к вопросу о новой переписи и об изменении податной единицы; наконец, злоупотребление системой казенных монополий выдвигает вопрос о пользе для государства свободной торговли и промышленности. Реформа вступает в свой третий и последний фазис:… теперь возникает сознательное… стремление воздвигнуть… новую государственную постройку…