Чтение онлайн

– Да говори уже! – вспыхнул Платон.

– Я хотел бы отправиться на Буян. – выдавил богатырь.

– А что, отличная идея! Черномор нам не враг. Какая разница, где реабилитироваться? – поддержал Платон.

– Вы меня отпускаете? – недоверчиво переспросил Тихон.

Платон взял его руку и сказал:

– Слушай, ты не в плену. У тебя свой жизненный путь. Просто знай, что именно тут тебя любят и ждут. – сказал Платон и глаза его наполнились слезой. Домовой отвернулся.

– Я обязательно вернусь! – отреагировал Тихон на сантименты Платона.

– Я не сомневаюсь.

– Волослав… – неуверенно спросил богатырь, так как ему казалось, что Волослав в этом доме главней. Богатырь сам и не заметил, как несмотря на неприязнь, стал беспокоиться о его мнении, а вот Платон заметил. По мнению домового это было хорошо. Только преодолев неприязнь им получится прийти к взаимопониманию.

– Я замолвлю словцо. – убедил Платон и они вместе зашли в комнату, где Полина разговаривала по телефону.

Девушка оправдывалась перед кем-то:

– Да, я приболела... Нет-нет, пожалуйста не ставь пропуск, да кто их вообще проверяет? Ну Касиус, ну пожаааалуйста!

В трубке кто-то вздохнул и сказал то, что Полину вполне устроило.

– Спасибо, я знала, что на тебя можно положиться, Кас! Я твоя должница. – нежно сказала девушка и отключила вызов.

Девушка повернулась и посмотрела на богатыря с домовым. Кожа была болезненно бледная. Глаза красные, а веки слегка преопущены. Платон оказался прав. Ангина, хоть и вовремя замеченная, даёт берёт своё.

– Может мне в больницу? – жалобно спросила девушка.

– Считай, что ты в больнице. – тепло сказал домовой.

– Ну может мне антибиотик принять? – резонно спросила девушка.

– Ты его уже принимаешь. – заверил Платон.

Девушка обернулась на банку с грязно зелёной жидкостью.

– Нет. Это противная трава. – скривилась Полина.

– Это феш долгожителей. От любой простудной заразы лечит. На основе этой как ты выразилась противной травы делают самые дорогие в мире препараты. Ты получаешь отвар в чистом виде, доведённый до совершенства. Завтра уже будешь бодра как обычно.

Полина недоверчиво посмотрела на банку.

– А почему не использовать ту чёрную жижу, что Волослав дал Кириллу?

Домовой раздражённо мотнул головой.

– Слишком серьёзный препарат. Его используют при ранениях. Обычный мы истратили, а тот, что делает Волослав, он делает для себя. Очень концентрированный. Только такие как мы можем его использовать. Человеку нельзя, опухоль ещё вылезет. Лечи потом опухоль. Тьфу... – проворчал домовой, развернулся и собирался выйти из комнаты.

– А они разве лечатся? – спросила девушка слабым голосом.

– Всё лечится, вон деда твоего по кускам двадцать лет собирали и ничего, живёт, ещё и здоровое потомство дал. – высокомерно фыркнул домовой, давая понять, что он тут всезнающий профессионал.

– Двадцать лет? А сколько ему лет? – озадачилась Полина.

– Лет девяносто, наверное. – не подумав отмахнулся Платон, чем озадачил девушку ещё сильней. Только она хотела задать вопрос Платон вспыхнул, обращаясь к богатырю: – Кстати, я знаю кто сопроводит тебя до Буяна.

Домовой сунул руку в стену и достал оттуда смартфон. Платон набрал номер и позвонил:

– Костя, дело есть. Только ты справишься. Что значит «почему только я справлюсь?», потому что я тебя попросил! Жду к обеду! – голосом начальника скомандовал домовой.

Несмотря на возмущённые слова ничего не понимающего Кости доносящиеся из трубки домовой уверенно отбил звонок.

– Всё, завтра или после завтра будешь на Буяне. – вздохнул Платон, обращаясь к Тихону, опустил голову и зашёл в стену.

Спустя секунду высунул лицо и рявкнул на Полину:

– А ну допивай!

Девушка послушно схватилась за банку и плотно к ней присосалась.

Тихон злорадно улыбнулся. Вчера она его таскала, пихала, командовала, помыкала им как хотела, а сегодня командуют ею. Ухмылка богатыря не осталась незамеченной. Чёрные ресницы девушки сузились в хитром прищуре. Не допив глоток, не убрав банку от губ она вызывающе подмигнула богатырю. Нет она не симпатизировала богатырю, просто ей хотелось проверить его реакцию. Полина отлично читала людей, очень часто манипулировала ими в своих корыстных целях. Так в детстве она манипулировала Кириллом, чтобы отбирать у него конфеты. А в подростковом возрасте случилась обратная ситуация. Как-то Полина не влезла в джинсы и приняла волевое решение отказаться от конфет. Но так как запас конфет всегда пополнялся, искушение было слишком велико. Девушка начала скармливать брату всё что было.

Девушка полностью угадала реакцию молодого богатыря. Тихон, никогда не видевший девичьих заигрываний, растерялся. Первую секунду он не мог понять почему его пожирают взглядом. Вторую секунду ему стало не уютно. А на третью стойкость богатыря с сильнейшим в истории ударом дала трещину. Пробубнив: «Выздоравливай», он вышел. Нет, скорей выбежал из комнаты. Оставшись в одиночестве, девушка на секунду захохотала, но хохот прервал дискомфорт в горле, и она страдальчески осеклась.

***

К обеду возле поместья припарковалась легковая иномарка в кузове синего цвета. Платон приготовил обед. Но прикоснуться к нему не дал,

– Не трогать! Пока не приехал Костик. – рычал Платон.

Услышав двигатель иномарки, домовой, хоть он и стал немного крупней, как попрыгунчик запрыгнул на подоконник. Внимательно посмотрел на выходящего старого друга. Внезапно Платон замер и выпучил глаза. Шерсть дрогнула. Домовой начал задыхаться. (Были ли у него лёгкие было известно только ведьмам, которые готовят зелья из домовых).

– Как же это... почему сейчас? Зачем он её привёз? Я не готов... совсем не готов... – взявшись за голову прошипел домовой и провалился в подоконник.

Тихон и Полина тупо уставились на то место, где только что пропал домовой.

– Чего это он? – спросила Полина.

В ответ Тихон беспомощно пожал плечами. Им ничего не оставалось как идти и встретить дедушку Костю. Не прошло и минуты как он оказался на крыльце.

Ребята его встретили. Тихон, услышав, что Косте девяносто лет представлял его сухим стариком. Однако перед ним оказался жилистый розовощёкий мужчина с мощными руками как у самого богатыря Фёдора. Тихон в начале даже протёр глаза, чтобы убедиться, что это не его наставник. Но нет лицом он вообще не походил на Фёдора. Хоть на вид ему было лет пятьдесят или шестьдесят, назвать его стариком язык не поднимался. Через плечо была накинута сумка.