Чтение онлайн

— Она просто у меня ночевала. Мы были в разных комнатах. Она спала в моей любимой футболке…

— Футболка любимая, потому что она в ней спала? — подколол друга Макс, не очень весело усмехнувшись.

— Блин, ты меня сбил! — возмущенно заорал Гот. Казалось, стой он сейчас рядом с Максом, последний обязательно бы оглох. — Нет! — упрямо сказал Гот, потерев подбородок, на котором появлялась легкая щетина. — Потом, утром, она такая растрепанная была, а потом… этот… — Гот многозначительно опустил взгляд куда-то вниз, и Макс стал думать о том, что же имел в виду друг, говоря «этот» таким тоном? Кота что ли завел? Опять же, когда успел? — все испортил!? В первый раз!?

— Кто испортил то? — непонимающе спросил Максим, вглядываясь в экран ноутбука.

— Ну, неважно короче. — промямлил Гот. Он решил не говорить, что именно ему помешало, а то, вдруг Макс решит, что у него с этим проблемы и будет над ним издеваться!? Нет уж, увольте. Макс же, видя, что друг уже не хочет об этом говорить, решил поделиться свой проблемой. А именно об их отношениях с Аней.

— Представляешь, меня Аня кинула…

— Что? — смятение Гота моментально ушло, когда он услышал слова друга. Напеваясь вчера, Гот был уверен, что Макс и Аня помирятся в их, не озвученном конфликте, а оно вон как вышло.

— Ну, не то, чтобы «кинула»… Сказала, чтобы я разобрался в себе, а потом сказал ей о своих выводах…

— Подожди, подожди! — перебил друга Гот, силясь понять возникшую ситуацию. — Как она обосновала свое решение? Что сказала?

— Она, сказала, что хочет большего, но, а что я могу? — Макс снова возмущался, и это забавило Гота. Конечно, внешне он никак не выдавал свои эмоции, боясь разозлить друга. С одной стороны ему хотело его треснуть, с другой он мог понять Макса как мужчина. — Я покатался по городу, подумал и… понял.

— Что понял? Что любишь ее? — насмешливо протянул Гот, ехидно улыбаясь.

— Я… не знаю. — обреченно выдохнул Макс, а его друг лишь покачал головой, выражая свое неодобрение.

— Тогда ты ничего не понял! — просто сказал он. — Ты ощущаешь к ней страсть, желание. Она тебе нравится, но этого мало для нее!

— С каких это пор, ты у нас заделался женским психологом? — немного резко спросил Макс, злясь на друга. Он надеялся получить от него совет, а на самом деле получил лекцию на тему: «Женщина всегда права!». Но Гот лишь снова усмехнулся. Макс всегда действовал на эмоциях, хоть и скрывал это от окружающих. Лишь приближенные как Гот знали, что Максим жуткий холерик и собственник, в чем месяц назад убедились многие герои этого романа, как впрочем, и читатель. Но, не смотря на это, такие сильные эмоции Макс проявлял только к тем, кто был ему дорог. И к ним не причислялась Марина, поэтому он никак не отреагировал на ее признания в любви другому парню. То есть брату Даши.

— Я вообще-то хочу тебе сказать, что женщинам нужны эти чувства. И нам, между прочим, тоже. Понимаешь, для Ани было… оскорбительно принадлежать тебе, когда ты не принадлежал ей. Вот и все.

— То есть ты хочешь сказать, что признайся я ей в любви, мы бы не поссорились?

— Нет. — упрямо ответил Гот, вновь сбивая с толку Макса. А тот, прищурившись, посмотрел на друга, думая, где же тот мог узнать такие ценные данные. — Потому что, если бы ты ей сказал, ты бы ей соврал. А обман — это еще хуже!

— Почему бы я ей соврал? — Макс совершенно запутался во всем, что говорил друг. А по его теории выходило: не признавайся — тебя кинут, признавайся кинут вдвойне. Где логика? Именно последний вопрос Макс произнес вслух.

— Какой ты тугодум!? Короче, она дала тебе время. Время чтобы ты разобрался в себе. Чтобы понял, что к ней не равнодушен! А если бы ты сказал ей о своих, якобы, чувствах, только чтобы не ссориться, то ты бы потерял ее навсегда. Не все женщины прощают обман, особенно, такие как Аня.

— Тогда, почему бы я ей соврал?

— Потому что ты еще сам не знаешь, любишь ли ее или нет. Вот и все.

— Как не знаю… — промямлил Макс себе под нос, от чего Гот выдал вопросительное: «А?». Но Макс промолчал.

— Короче, сейчас, побыв далеко от нее, не имея возможности к ней прикоснуться, поговорить с ней, ты начнешь скучать за ней, а потом и в любви признаешься и замуж позовешь… Женская хитрость!

— Вот уж эти женщины…

— Да! А что с твоей женушкой?

— О, это вообще финиш! — воскликнул Макс, пожалуй, громче, чем нужно. — Пришел сегодня домой, а она пьяная, голая сидит на полу и что-то бормочет. Я поднял ее, на кровать положил. Ну и она вроде успокоилась. Не знаю, что с ней творится.

— Ко мне брат сегодня приходил. Сказал, что отец позвал на «семейный ужин» с Дашей.

— С Дашей? — удивленно вскинул брови Макс. Он знал, какие это ужины. Был пару раз, когда Готу поддержка нужна была. — Думаешь, она согласится?

— Надеюсь. — хмыкнул Гот.

Они еще немного поговорили о работе, пока не спавший всю ночь Макс не захотел баиньки. Он решил не тревожить Марину, поэтому лег прямо на диване в своем кабинете. Как ни странно, но неудобный диван для сна, не помешал парню моментально заснуть и видеть прекрасные сны, в которых была Аня. Он решил вернуть ее, во что бы, то не стало.

Когда человек получает большую радость, после нее остается приятное послевкусие, от которого хочется улыбаться. Улыбаться, смеяться так, чтобы вновь почувствовать себя счастливым. Просыпаясь сегодня утром, Слава был безумно счастлив. Теперь он мог с легкостью сказать, что у него есть девушка. И та, которая на одну ночь или на месяц. Та, с которой он, возможно, хотел бы провести всю жизнь.

Поднимаясь с кровати — он думал об Оле. Умываясь — снова о ней. Даже завтракая, он не переставал улыбаться, вспоминая вчерашний вечер. И их поцелуй…

Хлопотавшая в это время перед плитой Наталья Владимировна очень удивлялась отрешению сына, который уставившись в одну точку, тыкал вилкой в пустую тарелку.

— Что-то случилось? — осторожно спросила она, снимая фартук и вешая его на крючок.

— Что? — переспросил Слава, опуская взгляд на пустую тарелку. — Ой! — произнес он и оставил вилку в покое.

— Что-то случилось? — снова повторила Наталья Владимировна, садясь на стул рядом с сыном.

— Нет, с чего ты взяла?

— Просто ты такой задумчивый сидишь, может у тебя что-то случилось? — мать Славы была очень осторожна, поэтому говорила спокойно, чтобы не спугнуть сына. Все же опыт работы — 20 лет в школе, не могли не развить у нее профессиональные навыки общения с молодежью.

— Все в порядке, мам! — улыбнувшись, отмахнулся Слава и, встав из-за стола, быстро помыл свою тарелку и вышел. Правда, у самого входа взглянув на удивленную мать, сказал. — Все просто отлично!

Ничего больше не сказав и не став слушать ответ Натальи Владимировны, которая хотела вновь что-то спросить, Слава направился в свою комнату. Он хотел позвонить ей. Услышать ее голос. Вчера он разговаривал с ней, потому что его голос немного охрип, и узнать в нем Славу было трудно. А сейчас, когда она наверняка сможет догадаться, он мог лишь только ей писать. Но и этого было достаточно, чтобы почувствовать себя вновь счастливым.