Чтение онлайн

– Это не будет проблемой.
– Обещаю ему я.

Его одобрительное хмыканье раздается в глубине горла, когда он протягивает мне руку.

– Значит, перемирие?

Я вкладываю свою руку в его руку, которая намного больше, и наблюдаю, как она обхватывает мою, заключая меня в ловушку. Что-то дрожит в моих пальцах от нашего соприкосновения, такого сильного, какого мы еще никогда не испытывали.

Словно электрический ток пробегает по моей руке и расходится по всему телу.

Одного прикосновения достаточно, чтобы запустить все внутренние сигналы тревоги в моем теле.

Он пожимает мою руку, крепко и по-собственнически сжимая ее в своей хватке.

Я с трудом сглатываю, глядя на очаровательно лукавую улыбку на его лице, и надеюсь, что не согласилась на сделку, которая в итоге окажется такой же катастрофической, как та, что заключила Ариэль с Урсулой.

Одно я знаю точно - мне нужно максимально укрепить свою защиту, если я хочу выжить, проводя столько времени рядом с ним.

– Перемирие, Макли.

8

?

?

Занятие с Рисом начинается на следующее утро с мучительной тренировки в неурочный час.

Еще нет и шести утра, когда Рис бежит трусцой, чтобы присоединиться ко мне в центре поля. Он выглядит как олицетворение только что выстиранного в сушилке белья.

В его глазах еще сохранились остатки сна, волосы растрепаны и взъерошены, на щеке отпечаталась часть подушки, а одежда очаровательно помята.

Его крупное тело легко движется ко мне, но он выглядит как человек, только что вставший с постели.

Интересно, спал ли он в ней один?

Я отбрасываю эту бесполезную мысль в сторону, когда он подходит ко мне и начинает перечислять план на сегодня.

– Ты пытаешься меня убить.
– Я говорю ему со стоном.

– Я никогда не говорил, что это будет легко.

Очевидно, это не так. Следующий час состоит из упражнений на самоубийство, берпи, ловкость, отжимания, игры один на один, в которых он побеждает меня практически без усилий, и еще около дюжины других упражнений.

Я вымотана, но сердце бьется, и адреналин бурлит во мне. Как бы больно это ни было, мне это нравится. Это заставляет меня чувствовать себя сильной.

Как будто я могу сделать все.

Когда мы заканчиваем, я падаю на землю, обессиленная.

– Что ты делаешь?
– спрашивает Рис, стоя надо мной.
– Ты не закончила.

– Что?

– Пятнадцать раз пробежишься по трибунам, а потом закончишь.

– Ты шутишь.
– Возражаю я, но беру себя в руки и встаю.

– Мы работаем над силой, выносливостью и ловкостью, а для всех этих трех качеств нужны сильные ноги. На твоем месте я бы смирился с идеей бега на трибунах.

– У меня и так сильные ноги.
– Говорю я, слегка надувшись, но только потому, что мои ноги чувствуют себя так, будто они могут просто отвалиться, если я попытаюсь двигаться в темпе быстрее, чем 0,5 мили в час прямо сейчас.

– Я чертовски в курсе.
– Отвечает он, в его голосе отчетливо слышится напряжение.
– Я смотрел на них, представляя, как они обвиваются вокруг моего лица, пока я бы ел тебя, большее количество раз, чем я могу сосчитать.
– Добавляет он, и я краснею.
– Но они недостаточно крепкие.

– Ты сказал, что не будешь флиртовать.
– Я говорю, мой тон обвинительный.

– Я сказал, что сведу это к минимуму. К тому же, я не флиртовал.

– Тогда как ты это называешь?

– Что называю?

– То, что ты только что сказал, Макли.
– Раздражение просачивается в мой голос.

– Я не могу вспомнить, что я сказал. Ты можешь мне напомнить?
– Говорит он, глядя на меня дразнящим и похотливым взглядом.

Еще один вызов с его стороны.

Я судорожно сглатываю, пытаясь скрыть реакцию, прежде чем ответить ему. Наконец, я решаю просто выпалить.

– Как ты называешь то, что ты фактически говоришь мне, что хочешь, чтобы я села тебе на лицо?

Его стон - болезненный и такой низкий в его горле, что он прорывается через его грудь в воздух вокруг нас.

– Правдой.
– Он хмыкнул.

– Тогда солги.

– В наших отношениях есть место только для одного лжеца.

– В наших дружеских отношениях. Если что.

– В наших скоро-будут-отношениях.
– Он парирует.

Мы постепенно приближались друг к другу, перебрасываясь колкостями, пока я не осознаю, что нас разделяет всего несколько сантиметров.

Между нами возникает напряжение, которое бьет током, возвращая энергию в мои ноги и одновременно лишая их всякой функции.

– Беги к трибунам, пока я не разложил тебя на одной из них и не съел на завтрак.
– Он угрожает мне, его тон граничит с жестокостью.

Уже не в первый раз я обнаруживаю, что убегаю от него. Я приступаю к заданию и начинаю отсчитывать сеты, пока мои легкие горят, а ноги молят о пощаде.

Когда до конца трибун остается шесть забегов, я слышу звонок своего телефона и останавливаюсь, чтобы посмотреть, кто это.

Это Картер.

Черт, я только что поняла, что так и не перезвонила ему на днях.

Учитывая разницу во времени, по его времени сейчас чуть за полночь. Поздно, но примерно в то время, когда он обычно предпочитает звонить.

Не я.

Я уже несколько раз говорила ему, что хотела бы, чтобы он звонил днем, а не будил меня по утрам.

Особенно это раздражает, когда у меня длинные дни занятий и тренировок, и это еще без дополнительных занятий.

Хотя я еще не говорила ему об этом.

Я уже собираюсь ответить, как вдруг резкий голос обрывает мои мысли.

– Не отвечай.

Я поднимаю глаза и вижу Риса, нависшего надо мной с напряженным выражением лица.

– Почему?

– Ты не отвечаешь на личные звонки во время моей тренировки.

– Почему нет?

– Потому что я так сказал.
– Он отвечает, его тон категоричен.

Я собираюсь возразить, но останавливаюсь и думаю о командной тренировке с тренером Фолкнер. Я бы не стала прерывать тренировку, чтобы ответить на звонок, особенно личный, если бы это была ее тренировка.

Он заслуживает такого же уважения.