Чтение онлайн

Пока таращили глаза и смеялись, Сулейман зарулил на стоянку, заехав дальше остальных машин. К нему навстречу уже шел красивый турок.

– Познакомьтесь. Это хозяин ресторана *Горная речка* господин Ибрагим. По- английски он понимает, но говорит слабо. Чуть лучше знает русский язык. Уверенно говорит по-немецки. Но лучше всего он знает турецкий.

Ибрагим поздоровался со всеми. Ребятам пожал руку, а девушек поцеловал в щеку. Андрей, пожимая ему руку, на немецком языке поинтересовался, когда будет готов барашек и составит ли герр Ибрагим им компанию. Герр Ибрагим ответил, что он к ним обязательно подойдет. Но сначала снабдит их всем необходимым для рыбной ловли. Имран и Радж смотрели на Андрея с уважением, а девчата от изумления открыли рты. Андрей им перевел все, что сказал Ибрагим. Вера спросила у Андрея, знает ли он еще иностранные языки, сколько всего и какие:

– Я могу разговаривать еще на шестидесяти трех языках, но с переводчиками, - совершенно серьезно заявил Андрей.

Сначала никто ничего не понял, но, когда дошло, смеялись долго.

Ибрагим показал в сторону большого мангала, где на вертеле, на открытом огне жарился молодой барашек. Рядом стоял молодой паренек, который ручкой вращал барашка, не давая ему подгореть.

Ибрагим повел своих гостей дальше до плотины, где начинался соседний участок. Прямо возле воды стоял большой стол с топчанами и навесом. Чуть в стороне разместилась подставка и в ней торчали десять удочек. Крючки привязаны крупные для такой рыбы. Рядом лежала наживка, похожая на мякиш серого хлеба. Рядом со столом площадка вдоль речки с выходом к воде. Вдоль воды тянулась бетонная стенка, высотой сорок сантиметров. Стояли три пластмассовых ведра с водой, для пойманной рыбы. Сулейман притащил ящик со спиртным. Подошел Ибрагим. Андрей налил в восемь стаканов виски. Имран спросил у турок, кто они по вере. Если мусульмане, то им пить днем запрещено. Ибрагим ответил, что к ним приезжают утром хорошие люди и днем уезжают. Их надо встретить и проводить. Поэтому они вынуждены пить под навесом. Аллах сверху не видит, что там под навесом делается. Все засмеялись и дружно выпили за хорошую рыбалку, но пили все под навесом. Сулейман раздал всем по палке с крючком, которую они называли удочкой. Показал, как правильно насаживать приманку.

Практически поплавок не нужен. Рыбу в этих водоемах не кормили. Форели по две-три сразу кидались на наживку. Андрей посчитал, что за каждый заброс он обязательно вытащит рыбку. Но форель быстрее съедала наживку, чем ее успевали подсечь. Среди рыбаков и рыбачек только и слышались охи и ахи по поводу съеденной приманки. Первым форель подсек Имран. Но пока он маневрировал удочкой, рыбка с крючка сорвалась и если бы не парапет, то она спокойно могла упасть в воду.

Никто не обращал на других внимания. Цепляли наживку на крючок, кидали его в воду, в темпе тащили пустой крючок обратно, цепляли наживку на крючок. Кидали его в воду. Андрей посчитал, что если все делать правильно, то одна форель ловится на восемь - десять забросов. Но это, если все делать правильно. Но через час потихоньку приспособились. Девчата визжали от восторга, когда вытаскивали рыбку и просили Сулеймана снять ее с крючка и забросить в ведро. Они попытались заставить Сулеймана цеплять наживку себе на крючок. Но Андрей пригрозил прекратить рыбалку. Ребята остаются, а девушек Сулейман увозит в отель. На этом весь бунт на корабле себя исчерпал и задушен в зародыше. Даже рыбу снимать стали с крючка сами. Только вскрикивали, когда рыбка билась и не давалась в руки. Паренек забрал пойманную рыбу. Пригласил всех посмотреть, как ее будут жарить. Попросили временно рыбалку прекратить, в связи с тем, что пришло время попробовать качество прожаренного барашка.

Ибрагим пригласил дорогих гостей показать, какой кусочек каждый хочет попробовать. На семь тарелок отрезал самые лучшие куски. Решили перед мясом выпить виски, а рыбу запивать шампанским. После мяса про рыбалку забыли. Девчата пошли побродить по окрестностям, а ребята сели в стороне от всех и под воздействием выпитого и съеденного решили поговорить о своих делах.

Они снова начали анализировать создавшуюся ситуацию и высказывали самые невероятные варианты развития событий. Типа - а если так, а если не так. Пойдем сюда, а может все-таки туда. Радж остановил буйство фантазий. Предложил исходить из реальных фактов за этот прошедший год. Начали искать допущенные ошибки. Согласились, что основной ошибкой явилось то, что дважды в карман полезли к Гукам. Такие повторы делать никогда не надо. Но тут роковую роль сыграли личные отношения Андрея. Плюс огромная неосведомленность и неопытность в подобных вопросах. Войноровский выбран случайно. Кто мог предположить, что у Гуков и Войноровского окажутся родственные связи, которые не просматривались и не афишировались. Сделали вывод, что потенциальных клиентов надо прорабатывать тщательнее. Посоветовали Андрею быть осторожнее с родными Татьяны. Они сейчас не догадываются, но скоро поймут, что у Андрея много денег. Неизвестно, как каждый из них на это будет реагировать. Имрану и Раджу намного проще. Любое количество денег они объясняют капиталами семьи. У Андрея была попытка создать для прикрытия бизнес отцу. Но донецкие ребята сожрали все за три дня, да так, что пришлось уносить ноги. Создавать любой бизнес на Украине можно при наличии мощного прикрытия членов правительства или депутатов Верховной Рады. Или самому становиться депутатом.

Радж внимательно слушал эти рассуждения, а потом вдруг предложил:

– Тебе, Андре, депутатом становится нельзя. Тебя и твою биографию журналисты вывернут наизнанку. Ты говоришь, что с Татьяной у тебя все очень серьезно. А что мешает сделать депутатом отца или брата Татьяны? Как я слышал, высшее техническое образование у них есть. По происхождению они подходят. По возрасту тоже. В любой стране, чтобы протолкнуть своего человека в депутаты тратят от десяти до пятидесяти миллионов долларов. Иногда больше. За годы депутатства эти деньги возвращаются. Чтобы протолкнуть этого человека на второй срок затратить надо в два раза меньше, но прибылей идет в два раза больше. Давай подготовим и проведем одну акцию, чтобы набрать средства для проталкивания двух кандидатов. Если хоть один из них пройдет, то ты будешь на коне. Будет уже человек, который будет покровительствовать вашему бизнесу. Будет, к кому обратится за немедленной помощью.

– У нас это называется *заиметь крышу*. Мысль очень - очень деловая. Надо сначала породниться, а потом разговаривать на эту тему. На эти выборы мы уже опоздали. Списки утверждены. Выборы в октябре этого года. Больше месяца, как регистрация закончилась. Мы опоздали.

– Андре, мы говорим о перспективах. Кончаются одни выборы, приближаются другие. Ты еще должен прорекламировать своих кандидатов. Это требует времени. Надо показать какие они хорошие, какие справедливые и как они борються за интересы простого народа. Еще лучше найти партию, которая пройдет наверняка, и купить там проходное место. Договориться, сколько это будет стоить. Обходи стороной, как правые, так и левые партии. У моего отца четыре таких депутата. Они здорово помогают.

– А у нашей семьи только три, но мы на следующих выборах хотим прикупить еще парочку. Пакистан - особая страна. У нас своя демократия, которая не похожа на демократию в других странах.

– Смотри, Андре, как может хорошо получится. Ты с Татьяной получаешь доминиканское гражданство. Создаешь фирмы. Регистрируешь филиалы в Америке. Открываешь американские компании на Украине. У тебя один или два депутата, которые тебя оберегают. Не получится, то откроешь филиалы в других странах. Но лучше всего развивать отельный бизнес в Доминикане. Со своей службой безопасности. Твой Николай Петрович порвет там всех. Через год-два его будет знать все побережье. Он еще подберет себе человек десять помощников и к тебе никто не подойдет. Кому захочется стать самоубийцей? Три первоклассных отеля и три крупных казино. Больше ничего не надо. Это десятки миллионов долларов. Подумай. В этом случае можно не распыляться. Работать всеми силами в Доминикане. Думай. А вон девушки идут. Пора попробовать свеженькую жареную рыбу. А ты молодец. Даже в этих условиях все равно нам устроил праздник.

Всю рыбу, которую поймали, съесть не смогли, а поэтому приняли решение больше не ловить, а потихоньку двигать в отель. Рассчитались с Ибрагимом, который пригласил их приезжать еще. Доехали до отеля и рассчитались с Сулейманом. Он их заверял в вечной любви и готовности организовать им любое путешествие в пределах Турции. Предложил выбрать день и рано утром выехать в Стамбул. Обещали подумать. Все уставшие от такого активного отдыха, поплелись по направлению к вилле.

Андрей пошел на рецепшен, нашел там менеджера. На десять утра заказал такси на Кемер, по Кемеру и обратно. Нашел там, в фойе укромное место и позвонил Татьяне. Она в трубку даже поплакала, что совести у него нет. Он все дни не звонит, а она мучается, что с ним и все ли у него в порядке. Он ей разъяснил, что занят и почти все время находится в местах, где отсутствует связь. Попросил ее потерпеть еще немного, а потом они расставаться не будут. Он ей очень скоро надоест. Таня категорически заявила, что он этого не дождется и пусть даже не надеется. Она разрешила ему общаться с девушками, но помнить, что скоро она все его гульки на сторону, перекроет. Пообещала, что приедет его встречать с Никитиным. Второй, а она имела в виду Лемешко, вчера улетел в Доминикану. Она Андрея очень ждет.

Андрей по дороге успокоил себя, что это заключительный аккорд в его напряженной сексуальной жизни. Ему самому стало смешно и грустно. Он отчетливо понимал, что врет сам себе. Ну, не сможет он удержаться, если выпадет случай завалить кого-то в постель. Есть только один выход, если Татьяна будет все время рядом, приложит все усилия и будет кодировать его каждое утро. Физически и психологически. Тогда он сможет устоять.

А в его номере со всеми удобствами уже расположилась Вера. Самая миниатюрная, но и самая симпатичная. Она лежала на постели под простыней, и Андрей мог спорить, что на ней ничего нет. Так оно и оказалось. Чуть позже, она ему призналась:

– Я специально пошла к тебе в последний день потому, что пробуду возле тебя почти двое суток. До десяти часов утра послезавтра. До того времени, когда тебе будет нужно ехать в аэропорт. Говорить про любовь с тобой смешно, но я скажу, что ты мне очень нравишься. Я рада и одновременно печалюсь, что тебя встретила. Когда будем разбегаться, то я тебе дам свой номер мобильника. Будешь в Москве, то позвони. Обещаю, что смогу быть полезной. А сейчас давай начнем все сначала.

Целый вечер, а потом до полночи Вера терзала его, не зная усталости. Даже от ужина они отказались. Два раза выходили, падали в бассейн, немного плавали, плескались и уходили опять в спальню. О чем-то разговаривали. Она спрашивала, он отвечал. Впервые у него закралась мысль, что он этого делать не должен и все это надо заканчивать. Он лежал на Вере, обнимал ее, а сам думал о Татьяне. Утром спросил у Имрана и Раджа, что же лучше. Вариант первый - лежишь с любимой девушкой, а вспоминаешь других. Вариант второй - лежишь на другой, но при этом думаешь про свою любимую. Имран посоветовал всегда это совмещать. Все время не отпускать от себя далеко свою любимую, ложиться только с ней и о ней же думать. Радж уверил, что такое возможно только теоретически. Для любимой женщины оба варианта не подойдут.

Оба со смехом заявили, что после тех школ общения, которые им устраивает Андрей при каждом приезде, вариант, что они будут верны своим женам, не возможен даже теоретически.

– Ты нас развратил, но мы об этом не жалеем. Мы тебе даже благодарны.

Втроем начали разбирать варианты. Радж любит гранаты. Имран любит охоту. Андрей любит копченую осетрину. Татьяна любит Андрея. Все что-то или кого-то любят. Одинаково не любит никто. Кто-то обязательно должен подстраиваться под любовь другого. Возникает простой вопрос, а почему я должен все время подстраиваться под любовь другого? Пусть все остальные подстраиваются под меня. Ведь даже если мы все любим, что-то одно и то же, не спасает положение. Можно уверенно утверждать, что большинство людей эгоисты. Они любят и уважают только себя и считаются только со своим мнением. Ромео было шестнадцать лет, а Джульетте - четырнадцать. Другие чувства, другие восприятия. А многие хотят, что бы у них было тоже самое, в тридцать или сорок лет. Но без такого трагического конца. Но в любом варианте таких страстей им не испытать. Люди в своих страстях стали намного приземные. Отдельные всплески шекспировских страстей общую картину нынешних взаимоотношений все равно не меняют. Вот Маша Распутина, в одной из своих песен неплохо выразилась: