Расплата
Шрифт:
– Девке? – опешил Левин. – Вы только что называли её Кариночкой… Ладно, это не важно. Идёмте, я вас доведу…
– Давно бы так! – буркнула женщина и уцепилась за его предплечье.
Но стоило им сделать пару шагов, как возле выхода в зал показалась стройная женщина в синем платье.
– Ах, Виолетта Вениаминовна, какая встреча!
– воскликнула Рузанова.
И скороговоркой бросила Олегу:
– Иди к жене, дальше я сама.
Он только головой покачал – ну и стерва! Не удивительно, что Николай сноху терпеть не мог – эта женщина махровая эгоистка! Страшно представить, что было бы с холдингом, если бы Романович додумался дать ей хоть толику власти! Как хорошо, что его Кариша и близко не такая!
«Чёрт, Карина! Тёща говорила, что она кого-то там встретила… И говорила, что это какой-то «он»…»
Не раздумывая ни секунды, Левин развернулся в обратном направлении и на одном дыхании пролетел до конца коридора. Навстречу ему попались двое – мужчина и женщина. Но Карины не было видно – ни рядом с кем-то, ни одной.
Может быть, она ещё в туалете? Но времени прошло достаточно, тем более что, по словам Екатерины, она оставила девушку в коридоре…
Вернулась в зал? Но мимо него она не проходила, он бы её точно не пропустил.
Пометавшись взглядом, Олег заметил, что коридор имеет ответвление. И устремился туда.
«Знакомый… Откуда здесь у неё могут быть знакомые?! Моя малышка так беззащитна и наивна, а тут полный дом хищников, привыкших брать всё, что нравится, - сердце пропустило удар и застучало с утроенной скоростью. – Чёртова баба!
– в адрес тёщи. – Мало того, что притащила чистую, неопытную девочку в змеиное логово, так она ещё её там одну бросила! Если с Кари что-то случится, если с её головы хоть волос упадёт…»
Не помня себя от страха, он проскочил поворот и увидел, что коридор расширяется, образуя что-то вроде площадки, одна из стен которой состоит из французских окон*. За которыми угадывается балкон или терраса.
И на этом балконе явно кто-то находится. Судя по теням – двое.
Левин медленно двинулся к двери и остановился, как вкопанный, потому что до него донеслись голоса.
– Как ты могла?! Я всё для тебя, а ты? – мужской голос.
– Отстань, я же сказала – между нами всё кончено! – голос Карины. – Как ты вообще здесь оказался? Впрочем, не хочу этого знать. Просто уходи, не мешай мне! Скройся из глаз и не смей меня преследовать!
Олег рвано вздохнул и замер, не зная, как поступить дальше: ворваться на балкон и прогнать незнакомца. Или постоять…
Где? Прямо посреди эркера? Но стоит собеседникам повернуть голову, и они его увидят.
Взгляд Левина уткнулся в стоящие у стен большие кадки с растениями.
«Если встать за этой бадьёй, то меня с балкона будет не видно. И я не только смогу услышать всё до слова, но и успею вмешаться, если навязчивый поклонник посмеет Кари угрожать».
Левин скользнул за ближайший куст.
– Хочешь, мы с тобой распишемся?! – скулил неизвестный мужчина. – Да, дети против мачехи, но они уже взрослые, они должны меня понять!
– Долго же ты собирался, - фыркнула Карина. – Но нет – поезд ушёл!
– У тебя другой? – взвыл мужчина. – Так быстро нашла мне замену? А говорила, что любишь, что я твой не только первый, но и навсегда единственный!
«Что?
– Олег подумал, что у него слуховые галлюцинации. – Что этот самоубийца несёт?!»
– Ты и был – первым и единственным, - ответила девушка. – Долгое время я слепо верила и ждала, что ты вот-вот сделаешь мне предложение. Но нет – «мальчики против, мальчики не поймут»! А кто поймёт меня?
– Кариночка, ты бесконечно мне дорога, - залепетал мужчина. – Но я не мог пойти против сыновей! Тогда не мог – они только-только похоронили мать, и не поняли бы, если бы я сразу же привёл в дом мачеху. Тем более что мы с женой являлись совладельцами бизнеса, и после её смерти мальчикам достались доли и в магазине, и в мойках с заправками! Я должен был считаться с их мнением! И просил тебя подождать пару лет, а потом…
– Ещё ждать?! Я и так свои лучшие годы провела в роли твоей любовницы. А через несколько лет мне стукнет тридцать – и до сих пор ни мужа, ни ребёнка!
– Но Кариночка, чтобы мальчики обо мне подумали, если бы узнали, что я не один год изменял с тобой их матери? И что её инфаркт – прямое следствие нашей связи? Если бы Лидия тогда не явилась домой в неурочное время, то… Знаешь, сколько мне пришлось заплатить врачам и любопытным соседям, чтобы наша с тобой тайна не стала достоянием гласности?
– Ладно, это уже меня не интересует, - холодно произнесла Карина. – Мы расстались – смирись!
– Но почему? Ещё два месяца назад между нами горели искры! Вспомни, какая сладкая была у нас ночь! Карина, вернись! – взвыл мужчина и, судя по сместившемуся силуэту, упал перед девушкой на колени. – Я всё осознал и больше не держусь за бизнес! Зачем мне он, если не будет тебя? Я отдам сыновьям все заправки и мойки, и дети перестанут нам мешать!
– Ты с ума сошёл? – взвизгнула та. – Всё отдашь, а жить на что собираешься? Ещё и с женой? И вообще – в зеркало давно смотрел? Ты же старый, плешивый и толстый! Единственно, почему я была с тобой – твои деньги. Понял? Я никогда тебя не любила, придурок! Найди себе какую-нибудь клушу, под стать твоей дуре-жене, а я девушка дорогая. Штучная! Не для такого как ты, мама ягодку растила. Отстань и исчезни!
Хлопнула дверь, Олег прилип спиной к стене. Карина разъярённой фурией пролетела мимо и скрылась за поворотом коридора.
С балкона донеслись сдержанные мужские всхлипы. А Левин, как стоял, опершись о стену, так и стёк по ней вниз, сев прямо на пол.
И со стоном накрыл руками лицо.
Кари… Его Кари…
«Боже, какой же я идиот!»
От потрясения Левин несколько минут не мог вернуть способность к аналитическому мышлению**.
Просто сидел, бездумно глядя в пустоту, не понимая, во что верить. И как жить дальше.
В голове не укладывалось – Кариша, его нежная Кари… любовница со стажем?!
Причём, не его любовница. Вернее, не только его.
Если бы он не стал свидетелем разговора, то никогда бы не поверил, что Карина могла так поступить! Он ведь рассмотрел этого Казанову, когда тот, горестно вздыхая и что-то бормоча себе под нос, прошёл мимо кадки в сторону коридора.
Мужику явно больше пятидесяти! При этом он хоть и одет дорого, но одежда сидит на нём, как на корове седло. То есть, во-первых, смокинг явно взят напрокат или приобретён по случаю, а не пошит у хорошего портного по меркам заказчика. И, во-вторых, мужик явно привык к другой одежде – попроще и поудобнее в носке. А тут – запонки, кушак, бабочка и наверняка новые, неразношенные туфли.