Чтение онлайн

— Я не беспокоюсь.

— Не думаю, что у меня есть переломы, но твоя машина находится где-то в поле. Мне удалось выбраться, прежде чем она взорвалась и разлетелась на мелкие кусочки. — Он хотел опереться на стол, но мгновенная боль заставила резко выпрямиться. — Похоже, я вывихнул плечо.

— Болит?

— Еще как!

— Это хорошо, каждый должен нести свой крест. Ты выбрал свой сам, не всегда же будет везти. — Она подняла подбородок — верный признак того, что сейчас перейдет в наступление. — Это ты кувыркался с какой-то безмозглой шлюхой. И в порыве страсти забыл мобильник. Она звонила. Звонила сюда! — Хелена прошла мимо него. — Тебе не уйти от объяснений и покупки мне новой машины, но я могу подождать. Сейчас я занята. А от тебя несет.

Он слышал, как хлопнула входная дверь.

Он был с ней согласен.

Наверху, в ванной, он провел целый час, используя все баночки Хелены, которые пахли приятно, но не слишком женственно. Он безжалостно втирал жидкий антисептик в раны на лице, и они опять начали кровоточить, перепачкав полотенце. Он хотел, чтобы Хелена видела, как ему плохо. Он хотел, чтобы она извинилась. Первой.

Переодевшись в другой костюм и чистую рубашку, он почувствовал себя лучше. Собрав грязное белье, он бросил его в корзину, но потом передумал, вытащил и отнес в спальню, где разложил его посередине комнаты так, чтобы пятна крови смотрелись поживописнее. Этого ему показалось мало, и он спустился вниз, где написал записку, что поехал в больницу «Уэстерн» сделать рентген плеча. Записку он оставил на журнальном столике в гостиной.

Ему действительно надо было в больницу, но, судя по пробкам на улице, на такси он мог ехать полдня. Он уже собрался уходить, но увидел на серванте пачку фотографий, вложенных в старый конверт, покрытый пылью. Рядом лежала официальная бумага: благодарность королевы за мужество, проявленное Робби. Похоже, эти бумаги кто-то смотрел. Нахмурившись, он засунул их в карман пиджака, решив переложить в надежное место.

Он торопливо вышел из дома и направился на Грейт-вестерн-роуд, чтобы поймать такси. У него был час, чтобы добраться до отделения травматологии, влезть без очереди, выправить плечо и промыть раны на лице. Затем он вернется в участок и займется расследованием, а память будет прокручивать пожелтевшие от времени воспоминания о двух маленьких мальчиках и снеговике.

Хелена зашла за угол, села на заднее сиденье такси и расплакалась, прижав руку к губам, чтобы приглушить рыдания. Вдруг он и правда сильно пострадал? А какое ей до этого дело? Тупой эгоистичный мерзавец! Тогда почему она плачет? Она не знала. Она высморкалась, вытерла слезы и стала набирать на мобильнике номер участка, стараясь вспомнить две последние цифры. Она дозвонилась, уже подъехав к галерее, и попросила передать, чтобы с ней связался инспектор Андерсон. Громко хлопнув дверью, она сразу прошла к себе, вызвав недоуменный взгляд Фионы, которая заносила в каталог последние поступления из Голландии.

Хелена бездумно вскрывала конверты из большой пачки, скопившейся на столе. Она рвала и тут же выбрасывала рекламные предложения и объявления, а попадавшиеся счета аккуратно складывала на столе. Наконец зазвонил телефон. Она взяла трубку.

— Алло?

— Хелена?

— Это ты, Колин? — Чувствуя, что не в силах больше сдерживаться, она разрыдалась.

— Хелена, что с тобой?

Она взяла себя в руки.

— Извини. Я видела, в каком он состоянии. Я просто в шоке!

— Да, но ты-то в порядке? Наверняка это было нелегко.

В его голосе звучало участие. Он все понимает! Его внимание опять вызвало слезы.

— Хелена?

— Извини, Колин. Я просто чувствую себя совершенно разбитой. Больше ничего.

— Он и правда ужасно выглядит. За ним ездил полицейский. Судя по состоянию машины, ему здорово повезло, что он успел выбраться. — Колин помолчал. — Я не сильно утешил, да? — Он был в каком-то шумном месте, и она представила, как он стоит, прикрывая ухо рукой.

— Он заезжал в больницу, прежде чем приехать домой?

— Вряд ли. Он мог специально заявиться в таком виде, чтобы ты все увидела сама. Ты не знаешь, где он сейчас?

— Не исключено, что еще дома и зализывает раны, — ответила Хелена.

— Здесь психолог бьет копытом; в каком бы Алан ни был состоянии, он нужен нам здесь. Если пресса что-нибудь об этом пронюхает…

— Мерзавец! — сказала Хелена и стукнула карандашом по конверту. — Моей машине, как я понимаю, конец?

— Боюсь, что да.

Прежде чем задать следующий вопрос, Хелена задумалась, насколько далеко простирается двадцатилетняя верность Андерсона ее мужу.

— А где это случилось?

Андерсон молчал.

— Я хочу знать, где это случилось.

— На дороге вдоль побережья, у Калзинского замка.

— Хэдз-оф-Эр-роуд?

— Да. Думаю, он выбрал ее, чтобы не остановила полиция. Ни один трезвый человек не поедет по этой дороге домой. Там и в лучшие времена — сплошные аварии. И, прежде чем ты спросишь, скажу сразу — я не знаю, с кем он там был.

Теперь они молчали оба.

— Не волнуйся, Колин. Я не хочу знать подробностей.

В понедельник к шести часам вечера в комнате регистрации происшествий было оживленнее, чем на центральном вокзале Глазго в часы пик. Колин Андерсон, взявшись за голову, в третий раз пытался прочитать написанное на экране, но так ничего и не понял. Ему нужно было поспать.

Вингейт похлопал его по плечу.

— Тебя жена к телефону.

— Чья жена?

— Твоя.

Андерсон покачал головой:

— Скажи, что меня нет.

— Я уже говорил так в обед.

— Тогда — что не нашел меня.

Вингейт ушел, бормоча в трубку какие-то банальности. Андерсон удостоверился, что его мобильник отключен, и принялся стучать по клавиатуре. Читать бессмысленно. Чтобы взбодриться, нужно действовать.

— Я готов, инспектор Андерсон, — сказал ему Баттен на ухо. — Как шеф? Выглядит он не очень.

— Авария. Лучше не спрашивать. — Андерсон решил, что Макалпин разберется с этим сам. Когда тот вернулся из травматологии с подвязанной рукой и накачанный анаболиками, то выглядел вполне спокойным, хотя лицо было изукрашено, как после двух раундов с Майком Тайсоном. Он даже улыбался, пытаясь скрыть пустое пространство между зубами.

Андерсон тихонько постучал в дверь кабинета шефа.

— Алан?

— Да.

— Все собрались.

— Иду.

Андерсон взглянул на упаковки болеутоляющих таблеток, на стаканы из-под кофе, на отчеты и сводки, завалившие стол старшего инспектора, и понял, что Макалпин зря времени не терял и изучил информацию об Арлин. Он почувствовал запах алкоголя, но не понял его происхождения — может быть, раствором были обработаны раны, а может, Макалпин снимал напряжение.