Чтение онлайн

Рис. 15. Способ использования лунок Обри в качестве компьютера для предсказания того, в какое время года случится затмение и в каких годах Луну можно будет увидеть в различных арках и направлениях Стоунхенджа

Для наглядности перейдем к современности и используем Стоунхендж для определения дат христианской Пасхи, еврейского Песаха и всех религиозных празднеств, высчитываемых по небесным светилам.

В день, когда Солнце восходит и заходит по линии 94—G и F—93, начинается весна. В последующие дни камень-метка, отвечающий за Луну, перекладывается из лунки в лунку вокруг кольца сарсенов (см. приложение). День, когда он достигает главной арки 30—1, является весенним полнолунием, в который празднуется Песах. Первое после него воскресенье – христианская Пасха.

Когда же пасхальная, она же весенняя, Луна может участвовать в затмении? Ответ таков: когда белый камень лежит в лунке 5 или 51. В этот год зимняя Луна встанет над камнем D или F, летняя Луна – по линиям, проходящим через большие стороны прямоугольника опорных камней, а весенняя Луна по линии 94—С.

В наши дни использовать лунки Обри не так занимательно, как может показаться на первый взгляд. Пасха связана с Песахом, а Песах берет свое начало в глубокой древности. На территории континентальной Европы с доисторических времен сохранилось немало преданий о страшных «весенних обрядах» с жертвоприношениями и ритуалом плодородия. Английское слово «Easter» (Пасха) происходит от «Eostre», так звали прагерманскую богиню весны.

В наши дни пасхальные яйца делают из шоколада, а в древности они служили символом новой жизни. Пасхальный кролик – американский вариант европейского пасхального зайца. Зайцы рождаются с открытыми глазами, поэтому в древние времена их считали связанными с Луной – «открытыми глазами глядит на небо». Наша традиция надевать на Пасху что-то новое восходит к древнему обычаю: прагерманские племена зажигали костры в этот особый день, чтобы ознаменовать смерть зимы.

Рождество заменило языческий праздник середины зимы. Этот праздник отмечен закатом Солнца в проеме большого трилита – если хранители Стоунхенджа следовали европейскому обычаю разжигать большие костры, чтобы обозначить поворотную точку движения Солнца. Огни на рождественской елке – отголосок той языческой церемонии. Лунное затмение в Рождество случается, когда черный или белый камень лежит в лунке Обри 56, и так далее.

От каменного века в Европе нас отделяют всего-навсего 150 поколений. С доисторических времен у нас осталось множество обычаев, суеверий, а может быть, и черт характера. Слегка пугает, но совсем не удивляет то, что Стоунхендж запускали, чтобы предсказать наши современные «праздники, которые всегда с тобой».

Недавно я вдруг понял, что компьютер кольца Обри мог работать и с тремя, а не с шестью камнями. Зимние и летние затмения происходят, когда в лунке 56 или 28, то есть на оси, лежит камень любого цвета. Вообще, для прогноза достаточно всего одного камня, если в кольце отмечены 12 точек. Этот способ можно назвать «однокамневым».

Что ж, хватит об этом. Не стану углубляться в этот вопрос далее. Всякий, кому интересно, может воспользоваться рисунком, чтобы сделать свои прогнозы. Могу заверить, что их немало. Лунки Обри, используемые в качестве компьютера, сами по себе, в отрыве от всего комплекса, могли быть весьма полезным инструментом [34] .

Можно ли доказать, что лунки Обри использовались в качестве вычислительного устройства? Разумеется, нет. Не то что в ситуации с направлениями, указывающими на Солнце и Луну. Здесь не применить закон вероятности. Так же как и правило Бернулли.

Предположение о том, что лунки Обри служили своеобразным компьютером, является самой разумной из выдвинутых гипотез. На самом деле она единственная на сегодня.

В пользу этой гипотезы говорят следующие факты: число 56 – наименьшее, описывающее полное движение Луны с погрешностью меньше 3 дней, а лунные циклы подсказывают лишь один способ долгосрочного прогнозирования затмений, связанных с временами года [35] . Строителей Стоунхенджа, как и всех первобытных людей, вероятно, беспокоили затмения, а более всего, затмения Луны – свидетельством тому служат направления, проходящие через 16 пар точек и указывающие на важнейшие склонения Луны. Они были способны производить длительные и сложные вычисления и соответствующие им инженерные выкладки – свидетельством тому служит весь проект и сооружение Стоунхенджа. Для того чтобы вычислить 56-летний лунный цикл, людям каменного века потребовалась не одна сотня, а то и тысяча лет. Они наблюдали, обдумывали и отмечали прошедшие годы вехами.

Отчего же мы не нашли таких вех, свидетельств ведения календаря? Может быть, от того, что использовались древесина, кость и подобные им материалы, сохранности которых не способствует сырой британский климат. Также вполне возможно, что люди, ставившие метки, не желали, чтобы другие узнали секрет их метода. Диодор писал: «Цари и смотрители святилища (того самого «сферического храма») зовутся бореадами, и передается сей титул только по наследству». На этом основании можно предположить, что тот, кто пользовался метками, чтобы создать простой, но надежный инструмент для прогноза затмений, позаботился о том, чтобы защитить свою тайну, и спрятал или уничтожил эти самые метки. Также не следует упускать из виду, что информация о таких астрономических явлениях могла попросту запоминаться и в течение многих лет передаваться из уст в уста. Она стоила бы того, чтобы барды сохраняли ее в своих почти бесконечных балладах.

Я прекрасно понимаю, что все эти размышления относительно возможного использования лунок Обри в качестве компьютера находятся на уровне догадок. Мою теорию нельзя доказать даже с помощью компьютера. Единственная машина, которая помогла бы мне это доказать, – это машина времени. Но пока нет гипотезы получше, я принимаю свою, как самое убедительное решение загадки лунок Обри. Между делом следует заметить, что мысль, приведшую меня к этой гипотезе, подсказал мне Р.С. Ньюэлл, тот самый человек, который сорок с лишним лет назад внес наибольший вклад в повторное открытие лунок и наименование их в честь Обри.

Проделав некоторые вычисления, ставшие возможными благодаря элементарному передвижению камней по кольцу Обри, я снова попытался влезть в шкуру жрецов каменного века или членов семейства Бореадов. Если я научился с помощью данного кольца определять годы и опасные месяцы, то непременно захочу узнать и точные дни. Взглянув на карту Стоунхенджа, я задался вопросом: как можно отмечать числа месяца.

Лунный месяц, иными словами, промежуток между полнолуниями составляет 29,53 суток, поэтому сначала я подумал о кольце сарсенов, состоящем из 30 камней. Двигая помеченный камень по кругу, можно приближенно отслеживать числа месяца. Но как и в случае с использованием 19-летнего метонического цикла для фиксирования движения Луны, 30-дневный цикл Луны вскоре начал бы давать сбой. Через два-три месяца помеченный камень начал бы отставать на сутки. Следовательно, как и в предыдущем случае, требуется цикл более продолжительный. Правильный компьютер для исчисления чисел месяца должен поддерживать колебания в диапазоне от 29 до 30 суток.

И снова, наверное, в последний раз, Стоунхендж удивил меня, подсказав решение.

Что вы скажете о 30 лунках Y и 29 лунках Z? А о кольце голубых камней с, вероятно, 59 лунками?

Эти кольца могли служить для расчета чисел месяца. Скорее всего, их сооружение оставили напоследок, поскольку расчет чисел месяца в те времена был роскошью. Предсказать год возможного затмения труднее всего. Когда год известен, месяц можно вычислить, наблюдая за направлением восхода и заката полной Луны, а день спрогнозировать, отследив взаиморасположение Солнца и Луны. Отдельный компьютер для расчета дней в самом деле стал бы роскошью, хотя и весьма полезной. Перемещение помеченного камня по кольцу голубых камней ежеутренне и ежевечерне помогло бы отсчитать период в 29,5 дня, что очень близко к продолжительности лунного месяца.

Затмение видно из Стоунхенджа, только когда Луна встает точно перед закатом Солнца. Если Луна восходит задолго до этого, затмение может не произойти еще несколько ночей. Если же Луна восходит после заката Солнца, о затмении можно сказать «было, да сплыло». Тщательно отмечая смену интервалов между восходом Луны и закатом Солнца, легко предсказать время затмения с точностью до часа.

Эта догадка снизошла на меня во время моих ночных бдений в Стоунхендже летом 1964 г. Из своих расчетов я знал, что в одну из ночей должно произойти затмение. По мере приближения этой заветной ночи я невольно отмечал про себя, как сокращаются промежутки между восходом Луны и закатом Солнца, неизменно почти на час каждый день, что само по себе является достаточно надежным основанием для прогноза. Накануне затмения Луна взошла всего лишь за 15 минут до заката Солнца. Спустя 6 часов ночное светило начало входить в тень Земли.