Чтение онлайн

«Теперь все будет по-другому», – подумал дед Петро.

Через неделю его выписали домой.

Жена встретила мужа на пороге с улыбкой. А в доме по-прежнему было грязно. Раньше он не обращал на это внимания, а теперь заметил. В спальне стояли пакеты, принесенные когда-то с мусорки им самим.

«Вот поправлюсь и наведу здесь порядок… теперь все будет по-другому».

Кошки, исчезли из его жизни, вернее пропали они по вине жены, которая всегда грозилась расправой над ними, но дед Петро о них не вспоминал.

Я встретила его уже летом. Он был опрятно одет, чисто выбрит, а запах резкого одеколона разносился по всей улице. И голос его звучал по-другому, он был строгим и деликатным. Сперва мне показалось, что я общаюсь с двойником деда Петра или с его братом, но зная, что нет того и другого, я поверила в его перевоплощение.

И возле мусорных контейнеров я его больше не видела. Говорят, что он стал и правда другим.

Александр Семенович пил очень часто, но пьяницей он себя не считал.

В лет сорок он начал это гиблое дело, но потихоньку, по праздникам или после работы. Работал Александр Семенович слесарем. Закинет одну стопку вечерком и доволен. А его жена Варвара Егоровна – женщина нервная и требовательная, твердила:

– Ох, сопьешься, Александр! Ей богу сопьешься!

– Да что ты, Варя, такого быть не может, я вот выпил немножко и все, – отвечал он и думал: «Сейчас бы еще малеха выпить и больше не пить. Но завтра на работу, и придется ждать праздника, чтобы расслабиться по полной».

Праздник наступал и Александр Семенович радовался ему, как дитя. Теперь можно и выпить, никто не запретит и пофилософствовать от души с самим собой. И одна стопка следовала за другой.

– Хватит пить, Александр! – повышала голос Варвара Егоровна, когда его умное лицо становилось небрежно глупым и беззаботным, а строгая интеллигентная походка превращалась в угловатую и неуверенную.

И вся его худощавая фигура крадучись передвигалась по дому, боясь попасться на глаза своей непьющей жене. А когда она его обнаруживала, то громко и с укором кричала.

Когда Александр Семенович вышел на пенсию, пьянка стала продолжительнее и смачнее. Времени свободного было больше. В огороде управлялась жена, а сам Александр всю работу по дому не мог уже выполнять без бутылки. У него получалось это как-то невесело и долго, а выпив он оживал и, громко крякнув, брался за дело. В гараже у него всегда стояла заначка.

А однажды случилась неприятность. После недели питья, Александр Семенович заметил, что опорожнить мочевой пузырь ему удается с трудом, появились рези и боль. Он пожаловался жене и услышал:

– Я же тебе говорила, что допьешься.

– Похоже, я допился! – спокойно произнес он и сел на диван. А он вообще был всегда спокоен, не скандалил, не дрался, выпьет и ходит себе преспокойно по дому, словно тень, а потом засыпает где-нибудь.

Но сегодня он забеспокоился. Так страшно не было ему давно. Мочевой пузырь у него наполнялся, а сходить в туалет толком он не мог.

Промучился больной до трех часов ночи, а ночью сказал:

– Вызывай, Варвара, Скорую помощь, мочевой у меня заклинило.

– Допился! – громко произнесла она и вызвала врача на дом.

– Ох, хо-хо! – только и произнес муж.

Машина приехала через минут двадцать. За это время Александр Семенович несколько раз холодел, краснел, клялся, что в рот не возьмет спиртного, если останется жив. А мочевой пузырь, тем временем, все копился и становился больше. А Варвара думала, что давно бы вот так его переклинило, может быть он раньше бросил пить, ведь сколько он выпил – одному богу известно. Александр Семенович считал минуты и молился, чтобы его жизнь не оборвалась вот так, глупо и неприятно.

«И зачем я только пил… вот, если бы вернуться назад, то я ни за что бы не начал пить… где мои сорок лет», – думал больной.

Помощь ему оказали, он вздохнул с облегчением и сел не диван. Врач, мужчина степенный и важный, присев за стол в зале, сказал:

– Вы понимаете, Александр Семенович из-за чего у вас случился криз, вы человек взрослый и должны все понимать?

– Да, понимаю, – опустил глаза больной.

– Вот и хорошо! – обрадовался доктор такому пониманию. – Собирайтесь, поедете с нами.

– Нет, с вами я не поеду.

– То есть, как не поедете?

– Не поеду.

– Хорошо, от госпитализации вы отказываетесь, тогда распишитесь здесь, – показал доктор пальцем. – И вот вам список лекарств… и не злоупотребляйте соленым и острым, исключите всякие излишества, вы человек взрослый и умный.

– Я все понял, – основательно произнес больной.

– До свидания! Следуйте моим рекомендациям.

– Я все понял.

– До свидания! – сказала Варвара Егоровна и посмотрела на мужа, она давно не видела его таким покорным и воспитанным. Ведь от него, в последнее время, не дождешься слова приличного и доброго взгляда, а ходит, как в рот воды набравши, и лицо его вечно перекошено и недовольно. А тут – нате, интеллигент сраный.

Когда Скорая помощь уехала, Александра Семенович решил, что за свое здоровье надо браться окончательно и бесповоротно, а иначе конец. Он заварил себе семена укропа, тысячелистника, душицы и вышел на улицу. Свежий июльский ветерок был чистым и добрым.

«Как все-таки прекрасно жить на белом свете… и когда на тебя уже не давит мочевой пузырь, а лишь немножко потрясывает с похмелья – очень хорошо, – подумал он, глядя на раскидистую черемуху. – Нет, за себя надо взяться, ведь жизнь у меня одна и другой такой не дадут».

Из дому вышла жена, прилично одетая, напудренная.

– Я за лекарством, – громко и важно сказала она и направилась к воротам.

– Ох-хо-хо! – тихо произнес муж и пошел в дом. Александр Семенович подумал о том, чем он займется завтра, когда его перестанет трясти. Работы, конечно, очень много, но работу по душе найти очень трудно, ту, которую можно сделать без выпивки, таких работ днем с огнем не сыщешь. И чем же ему таким заняться?

Вскоре, вернулась жена и принесла кучу лекарств.