Чтение онлайн

Печальны Вы. Вокруг Марианське Лазни,

Красиво. Но не Ваш Мариенбад.

Я знаю, как жилось Вам и служилось.

Мир изменился. Непривычно Вам.

Девчонка вот предельно обнажилась.

Спокойней, Гете, Вам не по годам.

Но прелести её туманят очи.

Представить Маргариту вот такой?

Впервые муж лишь первой брачной ночью

Был одарён подобной наготой.

Цилиндры где? Где жар корсетной стяжки?

Где книксены? Где лоск почтенных слов?

На стариках цветастые рубашки.

К тому ж, почти совсем без рукавов.

Но волшебство в лесу всё так же скрыто.

Всё так же солнце, и туман, и дождь.

И рядом с чешским, русским и ивритом

Преобладает Ваш любимый дойч.

Нацистам Мефистофель был не страшен.

Здесь наци для себя создали рай.

Как всюду, где прошли потомки Ваши,

Мариенбад стал тоже юденфрай.

На пряжках фраза – поклоненье Богу.

Над немцами, мол, длань Свою простёр.

Сожгли в Мариенбаде синагогу.

И книги Гейне бросили в костёр.

Иврит? Убиты местные евреи.

А русский в прошлом слышен был стократ.

Лечил подагру, сплин и гонорею

Приехав из Москвы аристократ.

Но возвращён иврит неудержимо.

Его израильтяне привезли.

Здесь летом проживаем нашу зиму

Курортники, жильцы Святой Земли.

Оптимистично в городе звучащий,

Утраченного русского возврат.

Израильтянин русскоговорящий

И новый русский (не аристократ).

Европе за грехи пророчат казни.

А я за Вас, сиятельного, рад.

Вам памятник стоит в Марианське Лазни,

Но окружает Вас Мариенбад.

Мы встретились в цветении зелёном.

Зенит пролил расплавленный металл.

Случайно ли? Нет, предопределённо.

О встрече этой я давно мечтал.

Но вот реальность отличить от сказки

При дивном свете не сумел я вдруг.

А как суметь? Существовали в связке

Они во мне самом? Или вокруг?

Источники вздыхают одиноко.

И колоннада – нет достойных слов.

Цветёт мариенбадское барокко

В ладонях тихо дремлющих лесов.

Мне дрозд продиктовал стихотворенье

И улетел довольный в ближний лес.

Была ли встреча, или наважденье?

Мне безразлично. Это дар небес.

14.08.2011 г.

Ранения целят Марианскьке Лазни..

Курорт вместил покой и суетливость.

Но здесь в раю одна несправедливость

Мне кажется особо безобразной.

Сжимает горло ярость – не обида.

Немецких ветеранов слишком много.

А где сияла в прошлом синагога.

Сейчас лишь камень со Звездой Давида.