Чтение онлайн

– Да мне на вокзал надо.
– В голосе Хлястика слышалась неуверенность.
– И курить у тебя нету.

Данилка знал, зачем Хлястику надо на вокзал.

– "Владивосток - Москва" еще не скоро. А курить я тебе принесу, пообещал Данилка.

– Чеши, - милостиво разрешил Хлястик.
– Ты мне нравишься, отрок!

Данилка смотался домой, поюлил перед матерью (если бы она знала, с кем сидит ее сын на крыше!), вытянул из отцовского стола две папиросы. На крыльце он потоптался - может, леший с ними, с книгами! А то еще этот бандит возьмет да и набьет морду ни за что ни про что. Может, воспользоваться случаем и не возвращаться на крышу? Но он тут же устыдился своего предательства друзей-книг. Данилка бежал к сараю, и его не покидала мысль, что на крыше никого уже нет и книги - тю-тю! Но Хлястик оказался на месте и читал "Робинзона Крузо".

– Здорово!
– встретил он Данилку совсем не грозным взглядом.
– Буря какая! Ты море видал?

– Не-е, - охотно сознался Данилка, зная, что и Хлястик не видел. Да и где было видеть море - оно отсюда за тысячи верст!

– Вот бы посмотреть! Хоть бы глазком! А?
– сказал Хлястик, и Данилка увидел, что лицо его совсем не хулиганское, а просто мальчишеское, с веснушками на носу, с голубыми глазами и щербатым ртом.

Хлястик закурил папиросу, выпустил дым носом, предложил курнуть Данилке, и тот не посмел отказаться, но, затянувшись, закашлялся трудно и надолго.

– Не привыкай, - по-взрослому наставительно сказал Хлястик.
– Отрава.

Они читали в тот день долго. Хлястик время от времени отрывался от книги, глядел на Данилку ясными глазами и восторженно восклицал:

– Во здорово! На всем острове один - и не боялся.

– Здорово!
– охотно соглашался Данилка, снова - уже в который раз! переживая приключения Робинзона.

Сунулись было на крышу дружки Данилки. Увидев Хлястика, остолбенели.

– А ну, брысь отседа!
– процедил сквозь зубы Хлястик.

Мальчишки горохом сыпанули вниз. Яшка-адъютант было замешкался - не от храбрости, от удивления.

– Кому сказано!
– взъярился Хлястик, и голос его опять сорвался на фальцет.
– А то мордой об дорогу - все конопушки растеряешь.

Яшку-адъютанта как ветром сдуло. Данилка видел, как пацаны лупили от сарая, озираясь на бегу. Потом их онемевшие головы торчали, как тыквы, на соседских крышах - пацаны ждали, чем все это кончится. Они были уверены, что Данилка влип.

А Данилка и Хлястик читали, потом лежали и глазели в небо. Хлястик курил, а Данилка рассказывал про дальние моря, о которых вычитал, про тропические острова и страны, про корабли под парусами и знаменитых капитанов. Хлястик слушал, а потом заявил, что как только подшибет хорошую деньгу, так укатит на море - там, сказывают, не жизнь, а малина: тепло, светло и мухи не кусают.

– Сколько часов?
– вдруг спохватился он. Засобирался.
– Пассажирский, поди, пришел! Книжку я возьму с собой.

У Данилки екнуло сердце. Накрылась-таки книжечка! Он что-то начал мычать, что попадет ему за казенную книгу.

– Да ты не дрейфь, я принесу, - успокоил его Хлястик и поклялся: Одесса-мама, Ростов-папа, век свободы не видать!

В подтверждение слов провел себе по горлу ребром ладошки.

Но на другой день Хлястик не появился, и Данилка уныло придумывал, как теперь оправдаться перед библиотекаршей.

На третий день, едва Данилка забрался на крышу, как явился Хлястик с книгой. Она была обернута газеткой.

– Чин чинарем!
– весело подмигнул он.
– Все листики целы. Я вчера приходил, тебя не было.

Данилку мать после обеда посылала в другой конец станции к тетке полоть огород.

– Я в дом не пошел, чтоб матку твою не пугать.
– Хлястик усмехнулся.
– Они все, как меня завидят, так кудахчут, как наседки перед коршуном. Прочитал я "Робинзона". Интересно. Есть у тебя еще такая?

– Могу принести хоть какую!
– прихвастнул на радостях Данилка. Хочешь вот, "Гулливер в Лилипутии" читать будем?

– Это про чо?

– Тоже про путешествия. Как Гулливер к карликам попал.

– Давай, - согласился Хлястик.
– Сегодня можем долго сидеть. Я вчера дамочку "наколол" - чистая работа, как в аптеке на углу. На курорт, поди, к морю спешила. Пожрать вот захватил, и курево есть. Карманы набил - штаны сползают.

Он вывалил из карманов пряники, горка получилась внушительная.

– Любишь?
– подмигнул он.
– Я люблю, страсть!

Данилка тоже любил пряники, особенно медовые, какие принес Хлястик. Но он знал, что вчера Хлястик обчистил какую-то женщину и эти пряники куплены на ворованные деньги.

– Ты зачем воруешь?

– Не твое дело - не суйся!
– окрысился Хлястик.

Данилка притих, а сам решил, что больше связываться с Хлястиком не будет.

– Шамай, шамай, - примирительно угощал Хлястик.
– Я шамать люблю, чтоб до поту.

Поколебавшись, Данилка не устоял перед соблазном и тоже начал уписывать за обе щеки.

Они сидели на крыше весь день.

– Голова заболела, - сказал к вечеру Хлястик и отодвинул книгу.
– Как это ты терпишь, втянулся?

– Ага.

Хлястик закурил, пустил в небо дымок.

– Сделаю "наколочку" посолиднее и рвану на море. Хочешь, вместе рванем? Будем шамать мороженое и шоколад. "Корочки" купим шикарные, лаковые, крик последней моды.

Данилка посмотрел на босые ноги Хлястика - расчесанные, в ссадинах, с присохшей грязью.

– А то тут так и не увидишь ничего. "И жизнь пройдет, как Трезорские острова", - с грустинкой сказал Хлястик.

– Азорские, - поправил Данилка.

– Какие?
– подозрительно переспросил Хлястик.

– Азорские.

Хлястик вдруг рассвирепел, сорвался на фальцет:

– Шибко грамотный, да! А по по не хо?

– Чего?
– не понял Данилка, но на всякий случай отодвинулся.

– А по портрету не хочешь?
– расшифровал Хлястик.

Данилка прикусил язык. Хлястик недовольно шмыгал носом.

– Вон у Яшки Трезор. Я думал, оттуда название.

У Яшки-адъютанта был рыжий лохматый песик Трезор. Данилка осторожно, чтобы Хлястик снова не взорвался, объяснил, что в Атлантическом океане есть острова - Азорские.

– Вот бы махнуть туда! А!
– загорелся Хлястик.
– Махнем? Без напарника по "железке" мотаться туго. Я знаю, я в Испанию бегал. Милиция в Омске сняла.

Данилка замялся. Хоть он и мечтал о дальних странах и морях-океанах, но бежать из дому не собирался. Хлястик усмехнулся и вдруг спросил: