Чтение онлайн

Перевод: Руслан Насрутдинов

(в соавторстве с Доном Харрисом)

Дверь библиотеки с грохотом распахнулась, и внутрь ворвался студёный ветер. Он, словно стаю чаек, поднял в воздух брошюры, лежавшие на стойке библиотекаря, и разметал их по полу.

Терранс Колман оторвал взгляд от монитора, когда миссис Паркер со звучным хлопком закрыла дверь. Та уже второй раз за день открывалась сама собой, и миссис Паркер вновь была вынуждена, пыхтя от раздражения, наклоняться, чтобы подобрать разбросанные брошюры.

Терранс остался на месте: помогать женщине не входило в его планы. Как он сам считал, сферой его ответственности была секция научно-популярной литературы Бродбентской общественной библиотеки, и, кроме того, на сей счёт имелись вполне недвусмысленные должностные инструкции. Он вел реестр книг по своей тематике, отслеживал их состояние и, если в том была необходимость, заказывал новые. Художественная литература, детские книги, компакт-диски, а также хозяйственные вопросы библиотеки в его компетенцию не входили. По его мнению, такие действия, как закрытие двери и приведение в порядок разбросанных брошюр, несомненно, попадали в категорию «хозяйственных вопросов».

Кроме усеянного стикерами монитора, на рабочем столе Терранса размещались обильно погрызенная шариковая ручка, блокнот и надкусанный сэндвич с ветчиной. Ни фотографии любимой, ни какой-либо безделицы «на удачу» не было.

Терранс набрал на клавиатуре: «“История червячного редуктора с двумя выходными валами” Б. М. Траскота, бакалавра технических наук, бакалавра естественных наук». Библиотеке требовался дополнительный экземпляр, ведь имевшийся ранее украли или просто забыли вернуть.

Шумная группа детей, занимавшаяся в кружке чтения и почти ежедневно заканчивающая занятия в 15:40, пронеслась по проходу мимо того места, где сидел Терранс. Как правило, дети пытались отпустить в его адрес какую-нибудь колкость. Мишенью насмешек неизменно служила его фамилия — Колман [В Великобритании фирма «Колман» — известный производитель горчицы. — Прим. пер.], — красовавшаяся на пластиковой табличке, стоявшей на его столе, но, возможно, причиной была и его внешность: копна рыжих с проседью волос, что торчали в разные стороны и напоминали видавшую виды швабру.

— Гор-чи-ца Колмана! Гор-чи-ца Колмана! — обычно повторяли они.

Однако сегодня девочка, лет двенадцати-тринадцати, подошла вплотную к его столу и прошептала:

— Терранс Колман не режет горчицу! [ «Резать горчицу» (cut the mustard) — идиома в английском языке, означающая «быть компетентным, соответствовать задаче». — Прим. ред.]

Он поднял на неё глаза, и она ответила странной проницательной улыбкой, которая словно бы говорила о том, что её обладательнице известно о его самых сокровенных тайнах. У девочки были светлые волосы, собранные в жёсткий пучок, и ясные голубые глаза — для своих лет она была эталоном красоты.

— Прости, что? — замялся мужчина.

— Терранс Колман не режет горчицу! — повторила она, но теперь эти слова были произнесены высоким, визгливым голосом, а её школьные товарищи заливисто смеялись, зубоскалили и всячески выказывали одобрение удачной шутке.

— Не режет горчицу! — вторили дети. — Не режет горчицу!

Они так и шли к выходу из библиотеки, вновь и вновь произнося эту фразу, пока не закрыли за собой дверь. Уже на пороге девочка с голубыми глазами остановилась, обернулась в сторону Терранса, и её лицо озарила улыбка — в эту секунду задул пронизывающий до костей ветер, всколыхнувший ей юбку. Девочка скрылась в проёме двери, и на пол посыпалась очередная порция брошюр.

Терранс оцепенел, уставившись в монитор компьютера. Мужчина давно привык к тому, что его каждый день дразнят, хотя это все ещё заставляло его чувствовать свою полную никчёмность на работе, где находиться было тягостнее, чем дома, наедине с собой, где не было даже рыбок, которые нуждались бы в заботе. Тем не менее сегодняшняя девочка вывела его из себя даже больше, чем кто-либо за долгое-долгое время, и он никак не мог понять, в чем состояла причина.

— Вы всё ещё здесь? Разве рабочий день не до четырёх? — неожиданно раздался за его спиной низкий голос. Терранс медленно обернулся и увидел мужчину в чёрной тёплой куртке, который смотрел прямо на него. Прежде чем ответить, он бросил взгляд на клавиатуру.

— Что вам надо, инспектор Райли? Пришли посмотреть, чем я занимаюсь, ведь так?

— Как вам подобная мысль пришла в голову, господин Колман? — парировал мужчина, вставая на цыпочки, что для офицера полиции было крайне несвойственно и выглядело комично.

— Работаете в библиотеке, в окружении подростков, бывший школьный учитель, — есть ли что-то, о чем мне следует волноваться? Я, например, вижу, что мне не стоит переживать по поводу вашего чувства стиля в одежде. Нет-нет, я всегда твержу, что даю вам определённый кредит доверия. Да, именно кредит доверия.

— Если желаете знать, инспектор, то я жду информацию по новой книге «К слову о рептилиях». Я — заведующий научно-популярным отделом, как вы хорошо осведомлены, и у меня есть запрос от читателя.

— О рептилиях? Вы имеете в виду змей? Водите знакомство со змеями — верно ведь, господин Колман? Считаете себя кем-то вроде змеи, так? Меня никогда не покидала мысль, что вы всегда ходили по какой-то скользкой дорожке.

Терранс глубоко втянул воздух и закрыл глаза. Как я хочу, чтобы он от меня отвязался.

— Вы меня неверно интерпретируете, инспектор, — заявил он.

Терпение мужчины было на исходе.

— Я не больше похож на змею, чем любой другой одинокий мужчина средних лет. Домыслы рождаются оттого, что я живу сам по себе и предпочитаю одиночество.

— Если бы я только мог в это поверить, господин Колман. Однако присяжные поверили, ведь поверили же, а этого вам оказалось вполне достаточно.

Сквозь узкие окна библиотеки полились нежданные лучи солнца, подсвечивая пылинки, кружившиеся возле стола Терранса. Странно было наблюдать, как они медленно двигались в направлении выключенного монитора и, соприкасаясь с его поверхностью, словно бы втягивались в его черноту, подобно рою крохотных светлячков, влетающему в непроницаемый тоннель. Но вскоре солнце зашло за облака, и их больше не было видно. Терранс провёл подушечками пальцев по монитору — на нем не было и следа пыли.

— Я вынужден вас покинуть, господин Колман, — подытожил инспектор Райли. — Сегодня моя жена готовит на ужин сосиски с пюре, а я просто обожаю сдабривать это дело горчицей, поэтому смело можно сказать, что этим вечером я буду уплетать вашего однофамильца. Ведите себя прилично, господин Колман. Ни к кому не приставайте.

Похлопав Терранса по плечу, он вышел. Колман настолько разволновался, что ударил кулаком по столу, сломав карандаш, который держал в руке. Почему? Почему я? Я никогда не причинял им вреда — никому из них! Кто-то даже называл меня дядей Террансом. А кто-то и возвращался за добавкой.

Когда он покинул библиотеку, снаружи уже стемнело. Он шёл по главной улице в направлении остановки, чтобы успеть на 57-й автобус, который ехал прямиком до дома. От сильных порывов встречного ветра полы плаща трепыхались из стороны в сторону; вдобавок было так холодно, что пришлось покрепче стянуть на груди отвороты верхней одежды. Он всем нутром чувствовал, что ветер пытается задуть его обратно в библиотеку.

По меньшей мере дюжина людей дожидалась автобуса на остановке, и он занял место в конце этой очереди. Терранс стоял, дрожа всем телом и переступая с ноги на ногу, чтобы хоть немного согреться, закрыв рукой от ветра левое ухо и продолжая держать отвороты плаща вместе. Утренний прогноз погоды сулил прохладный день, однако ни слова не говорилось о шквальном ветре. Вечно эти метеорологи ошибаются со своими предсказаниями.