Чтение онлайн

– Позвать Леха?
– спросил Игорь. Все понимали, что надо позвать Леха. Он костер с одной с одной спички зажжет, сумеет.

Лех вдалеке постукивал топором.

Сеня молчал. Васька понял его. Васька сказал:

– Зажигай сам.

– Дай-ка бумаги, - велел Сеня Галине.
– Сучья совсем сырые после дождя. И кто этот дождь выдумал?

Галина протянула два листка, вырвала из тетради.

– От сердца отрываю.

Сеня погладил на голове ежик. Прищурился. Вздохнул. Чиркнул.

Спичка зашипела...

Зажглась!

Вспыхнула бумага. Нехотя загорелась сырая береста. Все опустились на корточки и стали дуть.

И наконец поползли среди сучьев желтые языки огня.

– Уф!
– сказал Васька. Выпрямился и потер ладонью закопченный нос.

И тут услышали, как Лех кричит издалека:

– Ой-ой! Рогатина-страхилатина! Помогите!

11. Рогатина-страхилатина

Игорь первый метнулся в чащу. Так рванул, что сачок свистнул в воздухе.

Таня схватила сумку и помчалась следом.

– Мама!- сказала Галина и зажала уши. Второй раз она сказала "мама" уже на бегу.

Васька вытянулся, как струнка, и задрожал. Не испугался Васька. Только почувствовал, будто воздух стал холодным, как в октябре. Стали громадными черные березы и ели, широко-широко раздвинулась поляна, небо поднялось на страшную высоту, и сразу глянули с него десятки новых звезд.

Тревога! Выхватил Васька палочки.

– Стой!
– приказал Сеня.
– Останься, следи за костром. Пойду, посмотрю.

И широкими шагами двинулся туда, где только что орал Лех.

А тревоги никакой не было. Лех тащил навстречу тяжелый лосиный рог. Большущий, широкий, как лопата. Отдуваясь, Лех похвастался:

– Лось весной сбросил, а я нашел. Видали находочку!

– Нашел, ну и тащи, - рассердилась Таня.
– Заорал, будто его волки жрут.

– Тащи! Он застрял.

– Брось тогда, завтра притащим.

– Я тоже застрял.

– Лучше бы ты в городе застрял, - вздохнул Сеня.
– Не вынесу я. Васильков! Ты почему бросил костер?

– Ой, - испугался Игорь.
– Я забыл. Я думал, Лех рогатого жука нашел. Кричит: "Рогатина"...

– Значит, жук виноват?
– сказал Сеня.
– Ну-ну...

– Васька где?
– забеспокоилась Таня.

– Остался. Караулит костер.

– Эх, вы...
– прохрипел застрявший Лех.
– Он там один, а вы... Он же первый раз один... Помрет со страха... И никакого костра...

– Пошли. Быстро, - скомандовал Сеня, вытаскивая Леха из развилки двойного березового ствола.

Затрещали ветки. Васька шел навстречу.

– Костер горит?

Васька тихо сказал:

– Горит.

12. Когда барабанщик плачет

Солнце пробило еловую крышу и разбудило командира. Васька лежал рядом, под одним одеялом.

Сеня пошевелил его локтем:

– Просыпайся, барабанщик, бей подъем.

Васька поднялся сразу.

– Ты что невеселый?? Не выспался?

– Выспался, - глядя в землю, сказал Васька.
– Я давно не сплю.

Он ушел на другой край поляны и начал барабанить, стоя спиной к шалашу.

Лех вылез на солнце. Медленно стал подкрадываться к Ваське, чтобы пощекотать травинкой ему шею. Вот подскочит барабанщик!

И подкрался. Не слышал Васька.

– Братцы!
– завопил Лех.
– А палочек-то нет! У него сучочки березовые! Я говорил, потеряет!

Васька быстро обернулся. Бросил в траву два березовых сучка. И вдруг побежал в лесную глубину сквозь путаницу веток...

Его нашли у старой сосны. Он тихо плакал, прижавшись к смолистому стволу. Сеня взял его за плечо. Оно было мокрым от росы.

– Хватит, Васька, - сказал Сеня.

– Ладно, - всхлипнул Васька, но все еще плакал.

– Эх...
– прошертпл Сеня.
– Беда мне с вами.
– И он добавил очень тихо, так, что слышал только Васька: - Перестань. Ты же барабанщик.

Слезы снова прорвались у Васьки.

– Какой... барабанщик... если... без палочек...

Игорь, Таня, Галина, Лех стояли позади. Стояли в двух шагах и не знали, как скверно сейчас их командиру. Наверно, никогда он не научится быть настоящим вожатым, если не умеет даже успокоить плачущего октябренка. И напрасно говорила ему Светка Левакова, та, что ушла со вторым звеном к Чертовым Камням: "Ты родился, чтобы стать вожатым, Сенечка".

Ей хорошо, этой Светке Леваковой: у нее в группе одни семиклассники, не то что этот детский сад...

– Снегирев!
– сказал Сеня.
– Ты в походе! Ну-ка повернись. Смирно!

Он повернулся. Он стоял прямо, сдвинув вместе вымокшие в росе тапочки и опустив руки. На штанах и рубашке капли смолы и чешуйки коры - прижимался к стволу. На щеке тоже чешуйка - золотистая, как веснушка, только побольше. Слезинки скатываются по щеке и огибают смолистый кусочек коры, не трогают.

– Где же палочки?

– Сго... рели, - всхлипнул Васька.

– Да перестань ты, - вдруг принялась утешать его Таня.
– Ну, сгорели. Помирать теперь, что ли? Ты же не нарочно.

Васька поднял влажные глаза.

– Нарочно.

13. Что было вечером

– Все тогда убежали, - прошептал Васька, - а костер совсем перестал гореть.

Он вытер кулаком глаза и поднял лицо.

– Ну, почти совсем... Только дым, а огня нету. Один маленький огонек остался. А ветки не горят, все сырые...

Ветки не хотели гореть. Они только шипели, как рассерженные змеи, и ждали, когда умрет последний желтый язычок огня. И не было больше спичек. И времени, чтобы думать, тоже не было. Васька кинулся животом в мокрую траву и дул, дул так, что в глазах затанцевали зеленые пауки. Пока он дул, огонь держался. Но Васька уже обессилел. Он задохнулся от дыма.

Васька вскочил. Не были слышны голосов! Что там за беда? Что случилось с Лехом? А может... там уж... и живых нет...

Если бы мог Васька разорваться, чтобы и у костра остаться и помчаться туда, на помощь!

Но тут и без разрывания не сберечь огонь. Не отстоять одному костер. Помощь нужна.

Поднял Васька палочки. И увидел, что совсем сжался огонек, погаснет вот-вот.

Ударить он не успел. Отдал палочки огоньку, потому что наступала ночь, а он, Васька, должен был как угодно сохранить костер.