Расстрельная команда
Шрифт:
– Кушать хочешь?! – ядовито-ласково произнес демонический голос. – Так пойдем! На очереди у нас ланч.
Слизь трансформировалась в подобие человеческой фигуры и с размаху пнула ногой «вершителя», как футбольный мяч. Он кубарем прокатился по темному тоннелю и вывалился в гигантский зал без окон, до потолка заваленный бесчисленным множеством прямоугольных бумажек.
– Ваучеры! – прошипел тот же голос. – Сколько народу ты обманул с их помощью!!! А теперь ты будешь их хавать. Все! Это и есть твой ланч!!!
Бабайс против собственной воли сгреб обеими руками кипу ваучеров и запихал себе в рот…
Отвратительный «ланч» затянулся надолго. Бабайс давился, хрипел, рыгал, но воспротивиться приказу не мог и продолжал усердно «хавать». Живот у него раздулся до невообразимых размеров и пульсировал болью, как гниющий зуб. Изрезанный бумагой рот превратился в кровавое месиво. Из глаз ручьями текли слезы, а вокруг в воздухе расселись бесы и надрывались от хохота. Судя по всему, муки «вершителя» доставляли им чрезвычайное удовольствие. Наконец, спустя час, бумага закончилась.
– Вот и чудненько, – удовлетворенно прокаркал старший демон. – Ты слегка размялся, подкрепился. Пора переходить к основной части нашей программы.
– То есть как?!! – испуганно просипел Бабайс. – Разве я недостаточно наказан?!
– Ну и болван! – хором заорали черти. – Конечно же нет! Это была лишь крохотная прелюдия, чтобы ты немного акклиматизировался. А в дальнейшем, по грехам твоим, тебя ожидает куда более жестокая участь. На, полюбуйся!!!
На ближайшей стене появилось что-то вроде экрана. Голова Бабайса самопроизвольно повернулась в ту сторону. Зажужжал невидимый кинопроектор. Он взглянул на экран и страшно, пронзительно завизжал. Там показывали такое… такое… Просто слов не хватает описать! По сравнению с «основной программой» предыдущие издевательства были не более чем детской щекоткой. «Вершитель» почувствовал, что сходит с ума от ужаса. Он заверещал еще сильнее, задергался, как рыба на удочке и… проснулся. Некоторое время Бабайс неподвижно лежал на спине, хватая воздух широко открытым ртом. Сердце лихорадочно колотилось в груди. Тело сотрясалось в зверском ознобе. По заросшему рыжей щетиной лицу струился холодный, едкий пот. Потом, малость опомнившись, «вершитель» суетливо ощупал себя. Ни малейших следов обугленности и ТАМ все в порядке. Нет никакого рубильника!!!
– Сон. Всего-навсего сон! – облегченно прошептал он запекшимися губами.
Минут через пять Бабайс окончательно очухался, утер ладонью мокрое лицо, шумно вздохнул и надменно усмехнулся: «На редкость глупый сон! Неправдоподобный! Возьмем хотя бы эпизод с арестом и расстрелом. Вот так вот, как там, на самом деле быть не могло! Взяли власть в свои руки, а меня арестовали спустя несколько дней. Ха-ха! Бред!!! Фигуру подобного масштаба берут сразу, замораживают банковские счета, конфискуют имущество… Иначе бы меня тут же след простыл. Стал бы я сидеть дома и дожидаться визита расстрельной команды! Ка-а-ак же! Нашли идиота! Кроме того, если к власти пришли типы, не боящиеся тронуть МЕНЯ, они не будут действовать как те, во сне, – воровато, поспешно, бестолково… Они сначала допросят (и не один раз), вытянут всю информацию, заставят вернуть миллиарды долларов, спрятанные в офшорах, а уж потом начнут соображать, как именно со мной поступить. Может, даже и не казнят. Мало ли как там сложится?! Авось поживем еще!!!»
Вышеуказанные умозаключения успокоили Бабайса. Он снова усмехнулся, поднялся с постели, поменял испачканные подштанники, улегся обратно и попытался заснуть по новой. Но едва «вершитель» закрыл глаза, как увидел дьявольский киноэкран, на котором демонстрировались подробности «основной части программы». Бабайса в очередной раз затрясло, из груди вырвался отчаянный вопль. Подштанники опять оказались испорчены. «Нервы полностью расшатались, – решил он. – Надо показаться врачу. Пускай выпишет успокоительное!»
Бабайс посмотрел на часы. Через сорок минут прозвучит сигнал и появится охранник. Тогда он, не откладывая дела в долгий ящик, попросит отвести его в санчасть. Охранник вряд ли откажет.
Это вам не Матросская Тишина и не Бутырки. У обитателей лефортовских одиночек есть определенные привилегии!.. Бабайс поморщился от неприятного запаха (третьей смены исподнего у него не было), поудобнее устроился на нарах и начал дожидаться сигнала «Подъем»…