Чтение онлайн

В глазах Кантрула вспыхнуло удивление, а затем его смуглые щеки покраснели от вспыхнувшего в нем гнева. Инстинктивно он потянулся к рукоятке своего короткого меча. Руки Форса оставались на коленях. Ножны на его поясе были пусты, и он не мог принять вызов, который мог бросить ему любой степняк.

— Наши пики движутся, когда захотят и куда захотят, чужеземец. Если они пожелают очистить гнездо живущих-в-грязи-паразитов…

Арскейн не шевельнулся, но его нераспухший глаз спокойно смерил взглядом Верховного Вождя с самообладанием, которым Форс восхитился. Кантрул хотел ответа — предпочтительно резкого. Когда же этого не случилось, он повернулся к Форсу и резко спросил:

— Ты говоришь, что Зверолюди выступили в поход?

— Нет, — поправил его Форс. — Я говорю, что впервые за все время они бесстрашно покидают норы своих городов и бродят по открытым землям. И они — хитроумные бойцы, наделенные силой, которую мы еще до конца не оценили. Они не люди, как мы, даже если отцы отцов их отцов и были нашей породы. Так что их может быть больше, чем нас… Или меньше. Откуда мне знать? Но это правда — и мы можем утверждать это, мы, жители Эйри, многие поколения воевавшие с ними, когда отправлялись в их города за добычей: они — враги человечества. Мой отец погиб от их клыков. Я сам был захвачен ими. Они — обычные враги, от которых можно отмахнуться без опаски, степняк.

— Вспомни, есть еще одно обстоятельство, — Мерфи нарушил воцарившуюся на короткое время тишину. — Когда эти двое во время бегства направились в Землю Взрыва, то стая этих тварей последовала туда за ними, вынюхивая их след. И если мы беспечно двинемся в поход на юг, то позади себя мы можем обнаружить врага, так же, как и спереди — и оказаться в ловушке меж двух огней…

Пальцы Кантрула простукивали боевой ритм на своем поясе, резкая складка пробороздила лоб меж тонких бровей.

— Мы вышлем разведчиков.

— Правильно. Ты — вождь и опытен в военных делах. Ты отдашь необходимые приказы. Прости меня… я постарел. И порою ведение Анналов уводит человека от жизни. Человек совершает столько ошибок… иногда похоже на то, что он никогда не научится…

— На войне он учится или погибает! Очевидно, что Древние не научились или не смогли научиться… что ж, они сгинули, разве не так? А мы живем… и племя наше сильное. Мне кажется, вы слишком уж беспокоитесь, вы оба… и ты тоже, Фанье. Подготовившись, мы поскачем, и нет ничего, что…

Но тут его слова потонули в таком громовом раскате, что казалось, будто гроза разразилась прямо над шатром, в котором они стояли. И сквозь рев послышались крики мужчин и еще более пронзительные вопли перепуганных женщин и детей.

Находившиеся внутри шатра тут же бросились к выходу, расталкивая друг друга локтями. Степняки проталкивались наружу, когда Арскейн оттащил Форса назад. Пока они колебались, они увидели лошадей, в панике несущихся по центральной улице лагеря, огибая костры так близко от шатров, что те валились под их копытами. А позади лагеря, по всему горизонту стояла колеблющаяся стена золотисто го света.

Арскейн обхватил запястье Форса с такой силой, что чуть не сломал ему кость, когда потащил горца обратно в шатер.

— Это пожар! Огонь, пожирающий траву прерий! — Ему пришлось выкрикивать эти слова, чтобы Форс расслышал их сквозь шум снаружи. — Наш шанс…

Но Форс и так уже все понял. Он вырвался из объятий друга и бросился к длинному столу в поисках оружия. Он схватил маленькое копье — единственное оружие, которое он обнаружил. Арскейн взял пестик из каменной ступки, а форс тем временем острием копья разрезал дальнюю стену шатра.

Оказавшись снаружи, они бросились бежать, петляя среди шатров, присоединившись к другим бегущим людям в сумрачном свете. В этом потревоженном муравейнике, который сейчас напоминал лагерь, было до смешного легко скрыться, никем не замеченным. Но небо позади лагеря с каждой минутой становилось все ярче и ярче, и они уже знали, что им необходимо побыстрее выбраться из лагеря.

— Он охватывает нас в кольцо. — Форс указал на призрачность дневного света. На востоке и западе пожар образовывал гигантскую открытую пасть, готовую проглотить лагерь. Только немногие теперь бежали, и порядок после первоначальной суматохи начал восстанавливаться.

Они обогнули последний шатер и оказались на открытой местности, выискивая заросли кустов или деревьев, где можно было укрыться. И тут Форс уловил блеск чего-то, что заставило его резко остановиться. Желтый отблеск, прямо перед ними, там, где его не должно было быть… отражение… но чего? Спустя мгновение Арскейн подтвердил его подозрение.

— Это огненное кольцо!

Когда языки пламени лизнули небосвод впереди, начали действовать охотничьи инстинкты Форса.

— Вниз по склону! — выкрикнул он через плечо.

Он увидел тропу, утоптанную бесчисленными копытами, копытами лошадей, которых вели на водопой. Там, внизу, была вода!

И они бросились вниз по склону.

Сменившийся ветер погнал им прямо в лицо дым, и они, ослепшие от этого, обнаружили ручей, только свалившись прямо в него. Но они не были одни в его глубинах, волна кроликов и других маленьких мохнатых созданий, визжавших и метавшихся, выплеснулась из высокой травы и текла вдоль края воды. Они жалобно кричали в страхе и ужасе, пока не погрузились в воду, перекрыв поток своими телами.

Посредине ручья дым был не так густ. Зрение Форса приспособилось к темноте, и он взял руководство на себя направившись вниз по течению, подальше от высоко вздымавшегося пламени. Суматошный шум лагеря степняков исчез, когда река сделала поворот, и лагерь заслонила стена ив.

Через кусты с треском ломился олень, потом появился второй, третий — затем еще четыре. Русло реки углубилось. Нога Форса соскользнула с камня, и его голова оказалась под водой. На мгновение его охватила паника, но потом к нему вернулось искусство пловца, приобретенное им во время купаний в горных озерах, и он с легкостью поплыл. Рядом барахтался Арскейн.

Вот так они добрались до середины озера, заканчивавшегося прямой линией плотины. Форс моргнул, протер глаза, не веря: над линией берега поднимались круглые кочки — хижины бобров! Он отпрянул в сторону: рядом барахталось огромное тело существа, забравшегося на вершину одного из этих домиков. Очень мокрая и очень сердитая дикая кошка прижималась там к земле.

Форс оглянулся назад. Голова Арскейна подпрыгивала вверх и вниз как поплавок на поверхности воды — у рослого южанина возникли проблемы, и горец повернул назад. Спустя несколько минут они оба цеплялись за грубый край ближайшего домика.