Чтение онлайн

Йоко отчетливо пошатнулась и я поторопился ее подхватить.

– Насколько понимаю, только что я удостоился чести лицезреть знаменитую биджудаму?

Ох... Да... Спасибо, пап, я в порядке... просто память нахлынула как-то резко, я увлеклась и немного потратилась...

Йоко... Ты уже большая девочка... Насколько бы нелепо это сейчас ни звучало.
– Девчонка резко отстранилась от меня и нахмурилась.
– Я знаю, ты не любишь, когда я об этом говорю, но и не сказать не могу. Давай условимся, что ты больше никогда... Слышишь, никогда! не будешь экспериментировать с непонятными тебе лично, из чужой памяти или еще какими-либо странными вещами в пределах трех часов пути от любого населенного пункта и при посторонних людях. И перед любым опытом ты будешь мне его описывать и просить разрешения. Иначе все это может кончиться очень плохо, для всех. Договорились?

Йоко подняла на меня глаза, наполненные слезами.

– Пап, прости.. Я больше не буду, правда...Ну хочешь, накажи меня, ударь, только, пожалуйста, почувствуй хоть что-нибудь... Разозлись... Только не прогоняй!!

Ледяные когти внутри разжались. Я улыбнулся и потрепал девчонку по голове.

– Я неправильно тебя назвал. Надо было - Глупое Солнышко. Хоть в каком-то кусочке из твоих закромов памяти сказано, что люди обычно думают перед тем, как что-то делать?

Слезы мгновенно высохли. Так умеют только женщины и дети. И оба они в одном лице стояли сейчас передо мной. К добру ли, к худу - кто разберет?..

– Ты знаешь, вот только сейчас обшарила всю память, куда дотянулась - нигде ничего подобного нет... особенно в твоей!

– И в кого ты такая язва? Уж точно не в мать с отцом...
– Я сокрушенно вздохнул, а девочка хихикнула.
– Ладно, забыли. Никто не пострадал... Но чтобы это было в последний раз! Ну что, дальше будешь слушать?
– Активно закивала разом на оба вопроса.
– Ну так вот. Неполноценный фуин-Разенган, который натолкнул биджу на идею биджудамы... Кстати, каламбурчик надо записать, Минато ухохочется, когда я наконец помру и мы встретимся... ну не дуйся, не собираюсь же я прям завтра на тот свет, там скучно - знаю... Так вот. Он должен собирать и выбрасывать... Что собирать? А может, ты мне скажешь? Смотри, - Вновь протянул ей нагинату, - обрати внимание на печати с обеих сторон лезвия. Если поймешь - разрешу больше не ходить на занятия к Ю.

Йоко радостно схватила оружие и начала водить пальцами по еле заметным паутинкам выступов. На лбу собрались морщинки.

– Не понимаю... Что-то новое?... Нет, очень знакомое... Но не понимаю... не помню... не знаю... Пап, ты сделал новые печати, так нечестно!

– Ну что ж, - грустно вздохнул, - экзамен ты не прошла, по-прежнему ходишь и учишься. Прежде всего - думать. Йоко, отучайся пользоваться не своим. В чужой памяти ты никогда не отыщещь ответов на все вопросы, поэтому было бы неплохо соображать самой. Если бы ты оглянулась вокруг - все поняла. Это печати 'хи'/огонь/ и 'казе'/воздух/. Я просто наконец довел до ума то, что собираюсь выпустить из своих рук в свободное плавание. Вписал кандзи в структуру печати так, что никакой аналитик в этой мешанине линий и точек в жизни не найдет значимый символ. Да, рисовать трудней... Но зато никто не сможет ничего понять и преподнести нам неприятный сюрприз. Как много свободного времени появляется, когда все считают тебя безнадежно больным и не беспокоят... Йоко, тебе случайно братик или сестричка не нужны? А то скоро снова припашут...
– Я глупо захихикал, но под строгим взглядом голубых глаз осекся.

– Может, хватит уже нести чушь?
– Покаянно опустил голову.
– Тогда почему злился, раз все так хорошо, как ты говоришь?

– Так вот в этом и проблема. Помнишь, ты, когда еще была...э-э-э... в общем, я сделал 'Солнечный ветер'? Это ведь было из чакры ветра и огня. Ну я и подумал, что смогу создать что-то подобное тут, только мощностью поменьше. А вот не выходит.

Девочка внезапно шагнула ближе ко мне и посмотрела прямо в глаза... почему-то виновато.

– Па-ап... ты наверное, сейчас очень сильно обидишься на меня... Но 'Солнечный ветер' делал не ты...

– А кто?
– Я недоуменно моргнул

– 'Солнечный ветер' делала я... И я забрала его с собой...
– Это моя... способность, возможность... не знаю, как правильно. А у тебя не хватает...
– Запнулась и пощелкала пальцами. Глянь-ка, и привычки некоторые у меня взяла. Лишь бы не начала курить...
– Не хватает... ну, чтобы смешать стихии..

– Кеккей-Генкая, который геном.
– Машинально подсказал я.

– О, точно, его самого! Так что у тебя ничего не выйдет... Ой, погоди, сюда Таюя-сан идет! Будет секунд через тридцать. Я пойду дальше тренироваться, наверное..

– Подожди... как ты умудрилась, ее ж не видно? И почему ты не хочешь с ней общаться?

– Не знаю, я просто чувствую. А общаться... Она меня не любит...

– С чего ты взяла?
– Неискренне возмутился я.

– Ну не надо, а? Нехорошо врать собственному ребенку.
– Мельком улыбнулась.
– Просто когда она смотрит на тебя, она такая... белая и светлая. А когда на меня, то сразу... желтая и кислая. Тут любой догадается.

– А я какой?
– Неподдельно заинтересовался. Она еще и сенсор, оказывается.

– А ты такой... красно-черный всегда. И теплый... когда не злишься. Тогда - колючий. А иногда... совсем-совсем никакой и тогда я тебя боюсь... Ладно, я пошла!
– резко оборвала разговор, как делают только хамы и дети. Ладно, позже выясню, которая из этих двоих - она. А пока...

Я поспешно уронил нагинату плашмя в траву и уселся рядом, стараясь прикрыть ее собственным телом так, чтобы со стороны было незаметно. Трава была густой и что-то из этой затеи вроде бы получалось. Дернул из поясной сумки лист бумаги, и в тот момент, когда из-за невысокого холма у начала полигона вынырнула Таюя, сделал вид, что читаю.

За спиной прошуршали шаги и на кипенно-белую страницу упала тень. Я чуть откинулся назад и повернул голову. Ю надо мной вопросительно изогнула бровь. Улыбнулся и пожал плечами. Она обвела взглядом полигон со сгоревшими, пожухшими и прибитыми ударной волной травинками и вновь посмотрела на меня. Поднял перебинтованные руки и поводил ими перед собой. Девушка еле заметно вздохнула, пару секунд постояла, переминаясь с ноги на ногу и развернулась, чтобы идти обратно. И тогда я, откинувшись почти навзничь, дотянулся до нее и сильно дернул за подол платья. От неожиданности она не удержалась на ногах и плюхнулась на землю рядом со мной. Я развернулся на месте. Некоторое время стояла тишина. Она смотрела прямо перед собой, а я сидел молча.

– Ю...
– Наконец решился заговорить. Девушка повернула ко мне голову.
– Скажи... Почему ты ее не любишь?

– Кого?
– Но, увидев, что так просто уйти от разговора не получится, тут же поменяла тактику.
– С чего ты взял?

– Ю... Я это вижу... А она чувствует. Так почему?

– Чувствует, говоришь?
– девушка метнула взгляд на копну красных волос. Йоко, как раз в этот момент лупившая бревно ногой, запнулась и чуть не упала.
– Просто... Я вижу. У тебя появилась новая игрушка... Она - необычная, она - особенная, она - часть тебя самого. А я - всего лишь... я. Ты проводишь с ней много времени, а мы с тобой видимся только по вечерам, когда ты встречаешь ее с занятий и переливаешь мне чакру...

Я протянул руки и взял ее ладони в свои. Что же ты со мной делаешь, милая и добрая Ю? Остался ведь всего лишь шаг, один маленький шаг, который для меня равен бездонной и бескрайней пропасти, потому что я тебя не...

– Таюя...
– Посмотрела мне прямо в глаза.
– Пойми, пожалуйста. Ни одна из вас для меня не игрушка. Она мне нужна и важна, но не как ты... Она моя семья. То есть ты тоже, но ты другая семья, не настоящая... То есть, настоящая, конечно же, но важная... И она тоже важная....
– Окончательно запутался в том, что можно говорить, а что нет, что нужно сказать, а что не захотят слушать, в допустимых и непозволительных словах...