Рассвет
Шрифт:
Будучи не в силах контролировать свое тело, он попытался дотянуться до своего дара, перенаправил поток маны, который тут же отозвался в пальцах руки приятным теплом, и только сейчас сообразил, что не сможет сложить ни одного символа, не сможет нарисовать ни одного плетения. Поверхность стола с фолиантом и плавающими символами была уже совсем близко, Айвен вновь попытался зажмуриться, на этот раз вроде получилось!
Открыв глаза, он обнаружил себя в большом зале совершенно непохожим на его комнату в общежитии. Старший ученик стоял рядом с одной из широких колонн, верхний конец которого тонул во тьме сгустившейся высоко под потолком. Слева донеслись голоса и звуки шагов, Айвен решив не искушать судьбу, сделал шаг назад во мрак за колонну. Двое мужчин, один из которых был облачен в белоснежные одеяния, прошли через зал и скрылись на лестнице ведущей наверх. Несмотря на то, что они проходили от него не более чем в десяти шагах, ему не удалось рассмотреть их лица, и он не разобрал ни единого слова.
Что за бред?! Как только эта мысль пронеслась в голове у Айвена, весь зал оказался залит всепоглощающим пламенем, колонна, за которой он прятался, зашаталась и рухнула. От воцарившегося грохота, поднявшегося столба пыли, дыма и гари старший ученик закрылся рукавом и невольно зажмурился. Все стихло также быстро, как и началось.
На этот раз он находился практически в кромешной тьме, лишь откуда-то спереди через узкую щель проникала маленькая полоска света. В попытке пошевелиться, голова уткнулась во что-то мягкое, на ощупь Айвену начало казаться, что он находится внутри платяного шкафа со множеством одеяний.
Прильнув к щели, старший ученик разглядел тускло освещенную и богато убранную спальню. На дорогом ковре из харанской шерсти, лежал человек, скрюченный в три погибели, и громко харкал кровью. Было видно его тело выворачивает наизнанку в страшных муках, а рубаха вся перемазана кровью. В это самое время, второй мужчина стоял чуть поодаль и плел какое-то заклинание. Распознать магию Айвену не удалось, но это было нечто запредельно мощное, жуткое и смертоносное. Инстинктивно он порывался отпрянуть обратно, но ему удалось сдержаться и заставить себя и дальше наблюдать за происходящим.
Всеми силами Айвен пытался вглядеться и увидеть их лица, но все было тщетно, никто не поворачивался к платяному шкафу. Заклинание, сорвавшееся с рук второго человека, полностью сковало отравленного. Колдун осторожно подошел к бьющемуся в агонии, достал из-за пазухи серпообразный кинжал с черным лезвием и, не медля ни секунды вогнал его прямо в сердце. Человек в бело-красном дернулся, последний раз харкнул своими внутренностями и испустил дух. Убийца какое-то время довольно стоял, оценивая результаты своей работы, затем подошел к небольшой тумбочке рядом с кроватью и что-то взял с нее. Проклятый балдахин! Разглядеть предмет не представлялось возможным.
И тут шкаф затрясло, зашатало из стороны в сторону, как будто кто-то намеривался его перевернуть. Все вокруг поплыло, Айвен почувствовал, как чья-то рука легла ему на плечо и с силой дернула назад.
Подскочив на стуле как ужаленный, старший ученик открыл глаза и проснулся. Он все еще сидел за своим потертым столом из старого дуба, на котором располагался один единственный фолиант и небольшая стопка из словарей. Растеряно оглянувшись по сторонам, Айвен заметил стоящую рядом симпатичную темноволосую стройную девушку, чья рука лежала у него на плече.
– Катерина?
– удивился он.
– Ну, ты и молодчик спать!
– укорительно выдохнула девушка и убрала руку: - Неужели готовился всю ночь? Мы уж было подумали, что ты передумал или может просто струсил, а он тут дрыхнет и в ус не дует! Арбитр рвет и мечет, говорит, что если ты не явишься через десять минут, не видать тебе досрочного испытания, как своих ушей!
– Сколько сейчас времени?
– опешил старший ученик.
– Без восьми минут девять!
– улыбнулась кудрявая и игриво подмигнула карим глазом.
– Бездна!
– выругался Айвен и, вскочив на ноги, принялся собираться в бешеной спешке.
Проклятый сон! Из-за него он чуть было не проспал если не самое важное, то уж точно одно из самых значимых событий своей жизни. До начала выпускного экзамена оставалось менее десяти минут.
Умывшись, причесавшись и одевшись, он пулей вылетел в коридор, Катерины уже не было в его комнате, и только сейчас на бегу Айвен сообразил, что надо будет сказать ей огромное спасибо, когда все закончится.
Миновав узкие проходы общежития, старший ученик оказался во внутреннем дворе кампуса. Лето было на исходе, и утренний ветерок временами прохладно дул, однако сейчас это было ему только на руку. Айвен представил, как он бы взмок, оказавшись в такой же ситуации, если рассмотрение его прошения о досрочной сдаче не затянули и назначили на лето, которое в этом году было весьма знойным. Пробежав сад, в дверях он чуть не сбил с ног парочку детишек -- младших студиозусов опаздывающих на занятия, а затем понесся по переходам и этажам четвертого корпуса, за которым располагался малый амфитеатр испытаний, а в разговорах называемый попросту полигон или арена.
Сказать, что его с нетерпением ждали, значит, ничего не сказать. Все-таки прецеденты с досрочной сдачей выпускной работы в Имперской магической Академии случались нечасто, безумцев, готовых рискнуть своей жизнью ради окончания обучения на несколько лет раньше положенного срока, было мало. Айвена ожидала целая комиссия-делегация из магов-преподавателей. Один из проректоров, назначенных на время его испытания арбитром, насел на него, словно сварливая жена. Пререкаться было себе дороже и старший ученик, молча выслушав гневную тираду о своей непунктуальности и безответственности, быстренько подмахнул все положенные бумаги, освобождающие экзаменаторов от ответственности в случае его смерти.
Айвен знал, с кем ему придется сойтись на арене, два недавних выпускника, в прошлом году получивших статус мага пятого ранга, или как еще его иначе называли - статус полного мага. Они тоже были здесь. Мэтр Батт полноватый с короткими кудрявыми волосами, пухлыми губами и небольшой бородавкой прямо на кончике приплюснутого носа, недобро сверкал узкими свинячьими глазками. И мэтр Виркирий долговязый с жиденькой козлиной бородкой, серыми глазами и забранными назад длинными соломенными волосами, которые украшал дорогой золотой обруч. Одетые в темно-синие камзолы и черные штаны, заправленные в сапоги, они напоминали ему иллюстрации со страниц магических учебников. У обоих на правой руке красовалось кольцо с "галкой", рунической пятеркой, которая получила свое прозвище за то, что была похожа на галочку, проставляемую в формулярах - "V". Старший ученик посмотрел в их глаза, полные насмешки и презрения к выскочке. Ох, как же они недооценивают его, считая, что раз получили право именоваться магами, то какой-то там ученик им совершенно не страшен.
"Ничего! Скоро и у меня будет такое же кольцо на пальце!" - сказал себе Айвен и, совершив несколько никому незаметных пассов, ступил на песок арены.
Трибуны были полностью заполнены, и это было неудивительно, ведь сегодня для всех студиозусов средних и старших кругов обучения был особый день. Им предстояло стать свидетелями мгновенного взлета или падения их товарища. Старший ученик внимательно обвел взглядом присутствующих, высматривая знакомые лица. Ага! Вон Катерина с подругами, да и толстый с Джувсом тоже были тут как тут. На некотором отдалении от основной толпы сидели "чистюли", нарочито подчеркивая свою особенность, "избранность". Что-ж куда уж без них то? Наверняка надеются позлорадствовать и увидеть падение ненавистного выскочки. Но нет! Сегодня он не даст им такой возможности! Айвен был полон решимости и уверен в своих силах.