Чтение онлайн

Лидия Кирилловна заинтересовалась. Но тут в кухне засвистел чайник, и ей пришлось остановить лавину вопросов, явно рвавшихся из ее груди на волю.

Андрей пошел следом за матерью и предложил:

— Давай здесь чай пить, на кухне, а?

— С удовольствием, — тут же согласилась Лидия Кирилловна. — Куда удобнее. Не надо посуду таскать взад-вперед. Итак, докладывай, дитя чрева моего. Во-первых, почему ты так долго не заходил? С августа, насколько я помню. А склероза у меня точно нет, проверено. Во-вторых, что означает твой намек? Неужели твоя роковая красавица решила обзавестись младенцем? А как быть с ее пьянством? Или она предполагает, что дитя будет пить коньяк с момента рождения?

— Ну, мама… Опять ты…

— Разумеется, опять. Опять и снова, — кивнула Лидия Кирилловна. — Я тебе уже на третий день после твоей свадьбы сказала: пора разводиться. А ты до сих пор тянешь. Ты, конечно, уже большой мальчик, сам решаешь, как тебе жить, но… но я не стала бы возвращаться к этой теме, если бы видела, что ты счастлив.

— Только не утверждай, что ты все поняла уже на третий день после свадьбы! — возмутился Андрей. — Что ты уже тогда увидела, какой я несчастный!

— Нет, ты был счастлив, как последний дурак, — усмехнулась Лидия Кирилловна, разливая чай по старинным зеленым чашкам. — Однако я уже сто раз тебе объясняла: я наблюдала за твоей сногсшибательной красоткой и видела, что ей на тебя глубоко плевать. Она просто хотела сесть кому-нибудь на шею. Чтобы ее кормили и поили… в основном поили, конечно. А тут ты подвернулся. Вот и вся история. Я не удивлюсь даже тогда, когда она начнет тебе изменять. Если уже не начала. Андрей насторожился. У матери на такие вещи нюх, как у лисицы.

— С чего ты взяла, что она будет мне изменять? — осторожно спросил он, отхлебнув чая. И как матери удается такой вкусный чай готовить?

— Да с того, что это естественный результат пьянства, — пожала плечами Лидия Кирилловна. — Уж поверь, сынок, я за свою жизнь такого навидалась. Театр есть театр. Даже оперный. И солисты квасят иной раз не меньше, чем какой-нибудь вспомогательный состав. Или даже больше. А пьяный человек теряет контроль над собой, и ты это знаешь не хуже меня. Так что я в свое время просто не обращала внимания, если натыкалась где-нибудь за кулисами на очередную парочку. Дело житейское.

Андрей внимательно посмотрел на мать. Конечно, он все это знал. Он еще в детстве с восторгом слушал рассказы матери о разных смешных происшествиях в ее родном театре, хотя в присутствии детей Лидия Кирилловна говорила в основном иносказаниями. Но уже лет в двенадцать-тринадцать Андрей прекрасно понимал, что она имела в виду. А вот у отца в цирке такое случалось чрезвычайно редко. Наверное, в связи с повышенным риском работы цирковых актеров. Напьешься — и что дальше? Вниз головой с трапеции?

— Ладно, мама, давай все-таки оставим эту тему. Расскажи лучше, как у тебя дела, что новенького?

Слушая мать, Андрей то и дело возвращался мыслями к идее частного сыщика. И еще он не мог не думать о том, что Наташа живет в этом самом подъезде…

Лидия Кирилловна сразу заметила рассеянность сына, но делала вид, что все в порядке. Однако она была уверена, что в новогоднюю ночь красотка Нелли снова выкинула какой-нибудь мерзкий фокус и сын теперь сгорает от стыда за свою жену. Когда же наконец этот наивный лопух созреет для развода? Но нажимать на него, разумеется, было нельзя. Андрей унаследовал отцовский характер: стоит поднажать — и получается только хуже. Зато когда сам примет решение, его уже ничто не остановит и не заставит передумать.

В четвертом часу Андрей начал собираться домой. Лидия Кирилловна его не удерживала, только напомнила, что нельзя так надолго забывать родную мамашу. Андрей клятвенно пообещал, что впредь такое не повторится, и ушел.

Но, спустившись к выходу и постояв несколько секунд в раздумье, он вернулся в подъезд и поднялся на пятый этаж.

И понял, что лучше было этого не делать.

Перед дверью Наташиной квартиры стояла огромная корзина цветов…

Уже в десять часов утра второго января в дверь позвонили. Наташа бросилась в прихожую. Алла! Как это здорово! Наташа приготовила подруге новогодний подарок и немножко волновалась — вдруг не понравится?…

Алла влетела в квартиру как буря. От нее пахло морозом, духами, она источала радость и веселье.

— С Новым годом, с новым счастьем, здравствуй, Дедушка Мороз! — выпалила она, одновременно целуя Наташу, сбрасывая шубку и кидая на стол под вешалкой два огромных пакета. — Меня Петенька на весь день отпустил! Он к тебе такими нежными чувствами проникся, что я скоро ревновать начну! — И Алла расхохоталась.

Наташа тоже засмеялась от всего сердца. Это же невозможно представить, чтобы Петр Николаевич обратил внимание на кого-то, кроме своей горячо любимой жены. Для него на свете существовала только она, и никто больше.

Подхватив пакеты, Алла рванулась в гостиную — и замерла, едва перешагнув порог.

На полу возле окна стояла корзина с цветами, перевитыми белой атласной лентой.

— Наташа! — выдохнула Алла. — От кого это?

— Ай! — сердито бросила Наташа. — Сосед по подъезду дурака валяет.

— Ничего себе — дурака валяет! — всплеснула руками Алла. — Да ты хоть представляешь, сколько стоит такая корзина?

— Нет, а что, очень дорого?

— Уж поверь, недешево. — Алла подошла к корзине, внимательно рассмотрела цветы, ленту, композицию. — Да, это, похоже, из салона «Гиацинт». Один из самых дорогих цветочных магазинов в городе.

— Не может быть, — испугалась Наташа. — Зачем это он?

— Письмо было? — деловито поинтересовалась Алла.

— Да, вон лежит, за занавеской на подоконнике.

— Можно?

— Конечно, смотри.

Алла взяла элегантный конверт с золотым тиснением. Да, действительно, салон «Гиацинт»… В конверте лежал простейший листок бумаги, явно выдранный второпях из записной книжки. И всего несколько слов: «С Новым годом, соседка!»

— Ой, Натка! — Алла засунула листок в конверт и аккуратно положила на прежнее место. — Он тебя окучивает! Вот здорово! А что за парень, где работает?

— Не знаю, — небрежно ответила Наташа. — Да какая разница? Зачем он мне?

Алла внимательно посмотрела на подругу и спросила:

— Ну а если у него серьезные намерения?

— Да какие намерения? — удивилась Наташа. — Я с ним пяти минут не разговаривала! Вообще в первый раз встретились!

— Это ты так думаешь, что в первый, — задумчиво произнесла Алла. — Вы же соседи, ты забыла? Он мог давно на тебя глаз положить. Мой Петенька вот так же в свое время… я его и не видела. А потом р-раз — и явился просить руки и сердца! И покорил, представь! Сразу и навсегда!