ЖАНРЫ

Рассветный вор (Хроники Ворона - 1)

Баркли Джеймс

Шрифт:

– Я спрашивал о разумных идеях и не вижу никакого смысла в том, чтобы потерять все.

– Это для тебя в этом нет никакого смысла. Неужели ты забыл, что я уже все потеряла.
– Ирейн поднесла руку к кольцу и усмехнулась.
– Посмотрите на себя. Великан Фрон и умный коротышка Уилл. У меня в руке ваша жизнь и смерть. Как легко оборвать чью-то жизнь.
– Ее глаза неожиданно наполнились слезами.

Уилл с Фроном переглянулись. Фрон кивнул.

– Ирейн, ты же знаешь, как сильно мы скорбим о твоей потери, - сказал Уилл, подходя к ней.
– Мы любили твоих детей, и Алана тоже. Никто не в силах возместить тебе эту утрату. Но сейчас нужно, чтобы ты помогла нам. Мы должны взять это кольцо, а если мы здесь задержимся, нас поймают.
– Он коснулся руки Ирейн и посмотрел ей в глаза.
– Прошу тебя, Ирейн. У тебя будет время поплакать, когда мы выйдем из этого склепа.

Несколько мгновений Ирейн смотрела на Уилла, и слезы катились по ее щекам. Потом она оттолкнула его руку и вытерла лицо.

– Отвечая на твой вопрос, Фрон, скажу, что это устройство, как и большинство додоверских устройств, уничтожает людей и приводится в действие их умственной деятельностью. На животных они не реагируют.
– Голос ее еще дрожал, но она уже сумела взять себя в руки.
– Только это вряд ли нам сможет чем-то помочь.

– Наоборот, это означает, что твоя работа закончена, - сказал Фрон.

– Осталось только найти и выдрессировать какое-нибудь животное, чтобы оно достало кольцо.
– В глазах Ирейн снова зажглись злые огоньки.
– Неужели ты не заметил, что их здесь нет?

– Это не совсем так, - произнес Фрон.

– Что ты имеешь в виду?

– Фрон...
– Уилл замолчал, догадавшись, что задумал Фрон. Он подошел к другу и встал рядом с ним.
– Ты еще сохранил способность к логическому мышлению, а я бы никогда не догадался подумать о тебе как о звере, прошептал он.

– Больше у нас ни на что не хватит времени, - спокойно сказал Фрон. Если Ирейн не смогла обезвредить охранное устройство, значит, это единственная возможность.

– Вы перестанете говорить загадками или нет? Что вы предлагаете?

– Ты в этом уверен?
– спросил Уилл. Фрон кивнул.
– Тогда объясни ей.

– Да, я хочу, чтобы кто-нибудь из вас наконец это сделал! раздраженно воскликнула Ирейн. Фрон глубоко вздохнул:

– Все очень просто.
– Он пожал плечами.
– Я - оборотень.

Любимчик в клетке громко шамкал губами, как обезьяна. Он приплясывал, распускал крылья, шипел, чмокал и насмехался:

– Смерть близка, додоверец, смерть близка.

Маг сохранял спокойствие, насколько это было возможно, и не отрывал взгляда от двери, приготовившись мгновенно сотворить выбранную заранее форму маны.

– Сейчас, - прошипел Любимчик. Он повернулся спиной к окну и закрыл голову крыльями. Маг этого не видел, иначе бы он, быть может, успел приготовиться. Быть может.

Окно взорвалось. Осколки стекла разлетелись по полу. Вслед за ними появился Денсер; едва его ноги коснулись пола, "Крылья мрака" исчезли.

Ошеломленный, додоверский маг только начал поворачиваться к окну, когда кулак Денсера ударил ему в челюсть. Додоверец покачнулся и потерял сосредоточенность, необходимую для заклинания. Не теряя времени, Денсер нанес ему еще два удара - ногой в живот и кулаком в нос. Маг рухнул на пол.

Зитескианец подошел к нему и поднял на ноги.

– Скоро придут другие, и всех нас вы не перебьете, - прохрипел додоверец.

Денсер презрительно засмеялся:

– Тебе это уже не поможет.

Грязное ругательство слетело вместе с брызгами крови с губ додоверца. Денсер подтащил его к клетке маны.

– Тебе никогда ее не открыть, - вызывающе произнес додоверец.
– А я скорее умру, чем помогу тебе освободить эту тварь.

– Жалкий глупец, - сказал Денсер. В глазах его полыхала ненависть. Ты просто слепец. Магия одна, и все маги одинаковы.
– Он отшвырнул похитителя Любимчика и легко открыл защелку. Клетка маны исчезла, и наружу выкатился комок кипящего бешенства.

Глава 21

Через открытые ворота Джандир внимательно наблюдал за домом, часть которого заслоняли деревья и другие дома. В университете Додовера все было спокойно. По примыкающей улице иногда проезжали одинокие экипажи и повозки. Стражника на воротах, казалось, совершенно не беспокоило любопытство Джандира.

Эльф знал, что сейчас его не пустят в университет. Однако отсутствие всякой активности за стенами Додовера Джандир расценивал как признак того, что после пропажи кота пока ничего страшного не произошло. Значит, остается только ждать и наблюдать.

У себя за спиной эльф услышал какой-то шум. Этот шум доносился из центра города, и вскоре из него отчетливо выделился приближающийся цокот копыт.

Боль вспыхнула в голове. Ирейн пошатнулась, сжав руками виски, и опустилась на колени. К ней подбежал Уилл:

– Что случилось? С тобой все в порядке?

– О боги, как больно!
– простонала Ирейн, но грохот в голове уже стал затихать. Она торопливо принялась исследовать следы маны по всей Башне в поисках пробоины в оболочке. Что-то случилось на верхнем этаже. Ирейн наконец отыскала пробоину и тяжело вздохнула.
– Зитескианец в Башне, прохрипела она, потрясенная дерзостью такого поступка.

– Денсер?
спросил Уилл.

– А кто же еще?
– Ирейн вскочила на ноги.
– Он разбудил всех магов в университете.
– Она взглянула на Фрона.
– Что бы ты ни собирался делать, делай это быстрее. У нас больше нет времени.

Признание Фрона поразило ее своей неожиданностью, но вместе с тем кое в чем помогло. Ей стало ясно, почему он видит в темноте как эльф и двигается бесшумно как хищник, выслеживающий добычу. Ирейн не знала, как теперь быть - бояться, восхищаться, удивляться или содрогаться от отвращения.

Фрон начал раздеваться:

– Послушай, Ирейн, превращение происходит быстро, но многим это зрелище кажется жутким. Если хочешь, можешь отвернуться. Не бойся, ты не оскорбишь меня этим. Уилл, не забудь мою одежду: у меня не будет возможности совершить обратное превращение, пока мы не выберемся отсюда.

Уилл кивнул:

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Удачи тебе.

Раздевшись, Фрон опустился на пол. Он лег на бок, подогнул ноги и вытянул руки перед собой. Потом закрыл глаза, замедлил дыхание и постучался в ту часть своего сознания, которую он боялся, любил, ненавидел и лелеял.

Поделиться с друзьями: