Чтение онлайн

И в тот момент, когда я уже был готов задать прямой вопрос, за дверью послышался Настин телефон. Эта наглая девчонка все это время подслушивала под дверью. Поразительно просто! Она не перестает меня удивлять.

Особенно ее манера защищаться, нападая! Этому у нее надо еще и поучиться!

– Ну вот сейчас вы все мне и объясните, в чем мы тут перед вами виноваты! – эта пигалица сложила воинственно руки на груди, а я не мог ни о чем думать, кроме ее удивительных глаз. И губ. Она притягивала взгляд настолько, что я не мог даже думать о ней, как о предательнице.

— Настя! –громкий бас ее отца вывел меня из оцепенения. – Ты почему, как шкодница стоишь под дверью?

Белозеров был обеспокоен. Он явно не хотел, чтобы она слышала больше, чем нужно. Может она действительно не причем? А он?

— Я только пришла! – стала оправдываться, но глаза ее выдавали с потрохами. — Просто случайно услышала и поняла, что тут разборки какие-то. В чем дело то?

— Это наши дела! – уходил от ответа Белозеров. – Рабочие моменты. И разговор будет долгим. Так что ты сходи-ка в магазин по-быстрому. У нас ничего нет к чаю.

Настя пыталась спорить, она ведь только что из магазина. Но отец был настойчив и ей пришлось подчиниться.

— А теперь начистоту, — Белозеров вернулся в кухню, проводив за дверь дочь. Чтобы быть уверенным наверняка, что она не подслушает. – Я не знаю, что происходит, но у вас явно проблемы, Максим Владимирович. А теперь еще у моей дочери.

— А причем тут Настя? – Я был удивлен. Он явно знал больше, чем озвучивал.

— А притом, что вы заигрались. И ваши игры привели к печальным последствиям. Все считают мою дочь вашей невестой и теперь если хотят насолить вам, то действовать будут возможно через нее.

— Я ничего не понимаю. –я сел напротив и пытался осознать все, что он только что сейчас сказал. – Кто хочет насолить? Григорий Иванович, если вы что-то знаете, то говорите прямо. Пока только ходите вокруг да около.

— А что тут говорить, – тревога в голосе Белозерова нарастала. И это напрягало все больше. — Я случайно услышал разговор моего нового начальника с кем-то по телефону. Он говорил кому-то, что вы заплатите за все. И ваша, — тут он замялся, — ну я не буду повторять, как он назвал мою дочь. В общем, что именно Настя ответит за все ваши прошлые заслуги.

— Это какой-то бред. – я не верил, что это правда. Все его слова выглядели странно. – Я ничего никому не должен! А уж тем более Настя. Она то вообще какое отношение имеет к моим делам?

Я силился вспомнить, кому и когда я насолил. Да, я довольно жестко вел дела и не церемонился с конкурентами. Да, многие сотрудники считали меня резким и жестким. Но чтобы расстроиться настолько, чтоб желать отомстить – это уже явно слишком.

— А вы уверены, что речь шла именно обо мне? – в том, что Белозеров не врет не было никаких сомнений. Но то что он говорил, я никак не мог понять.

— Уверен. И в том, что все это не шутки, я тоже уверен. Максим Владимирович, я прошу вас, поговорите с Настей. Я пробовал ее уговорить уехать, но она уперлась. Ничего не хочет слушать. Ей нужно обязательно уехать, пока мы во всем не разберемся.

— Мы? – я был удивлен таким резким переменам с его стороны. Еще минуту назад он и говорить ни о чем не хотел, а теперь «мы».

— Я готов вместе с вами решить эту проблему, если моя помощь потребуется. Но Настя! Ей просто опасно оставаться рядом с вами.

Белозеров был обеспокоен. Нет, не так. Он был просто в панике. И в его глазах я видел настоящий страх. Не за себя, за дочь. Значит на самом деле все серьезно.

— Если вы и на самом деле считаете, что все происходящее не случайно и очень серьезно, тогда действительно, давайте начистоту. Может, вы будете откровеннее и расскажете все, что вам известно. Тогда нам будет проще понять, в чем дело и решить эти проблемы. И ничего не будет угрожать Насте.

— А что это собственно за тайны? И что мне угрожает? — Удивительная способность появляться в самый неподходящий момент. Настя как мышка подкралась, что ее никто и не заметил.

— Настя! Сколько я тебе говорил, чтобы ты не имела моды подслушивать! – Григорий не злился. Он скорее говорил обреченно. Теперь от дочери он точно ничего не скроет. Она сейчас все вытрясет из него. А может и из меня.

— Папа, а тебе не кажется. Что твое вранье слишком далеко зашло. И я согласна с Максимом – если у тебя есть информация, может пора все озвучить, а не решать за всех.

Удивительная девочка. Она просто припечатала нас всех своим спокойствием. И своей мудростью. В ситуации полной неопределенности, Настя была гораздо сообразительнее нас троих.

— Хорошо. – смирился Белозеров. – Может ты и права. В конце концов, может кто-то наконец и поймет, что ха чертовщина вообще происходит.

Я слушала папу и не могла поверить в происходящее. Нет, я всегда умело оказывалась не там, где нужно. Это был мой конек, моя супер — сила, если хотите. Но чтобы так! Такое было впервые.

— Я с первых дней понял, что моя работа в СтройКорп, это ошибка, – папа отхлебнул чай и начал рассказывать. Ему было тяжело говорить, но он не струсил. – Маслаков позвонил мне сам, на следующий день после увольнения и был слишком настойчив, когда расписывал мне все преимущества работы на него. А я был обижен, что даже не задумывался, что все это очень странно. Тем более сами понимаете, что остаться без работы, имея взрослую дочь, я не мог себе позволить.

— Пап, ну что ты такое говоришь! Я бы все поняла, если бы ты поделился со мной, – мне было крайне неловко, то папа так меня опекает. Перед Максимом неудобно. В его присутствии я хотела выглядеть взрослой и независимой.

— Ну а что? Появятся дети, ты меня поймешь. В тот момент я не мог ни о чем думать, кроме работы, — продолжил папа. Максим и Алексей слушали очень внимательно. Лишь иногда Горелов бросал косые взгляды на меня, а я краснела, как школьница. – Я с головой окунулся в работу и поначалу даже не обратил внимания, что происходит вокруг. Я привык работать на результат, на качество, на заказчика. Но Маслакова не интересовал заказчик. Ему было важно переплюнуть Эверест. Любым способом. И когда я сказал ему о том, что мне не нравится его подход, он откровенно указал мне на мое место. И еще напомнил, что теперь я работаю на него и должен делать то, что скажут. Тогда я впервые задумался о том, что погорячился с выбором места работы.

— Почему не ушли тогда? – Максим с языка снял вопрос. Я даже рта не успела открыть, хотя меня очень интересовало это. – Ведь могли же.

— Не мог. Я при устройстве подписал контракт. Но, к сожалению, не очень внимательно читал, что подписываю. В контракте был прописан испытательный срок – полгода. Если ухожу раньше, то должен оплатить такую неустойку, что мне пришлось бы продать квартиру, чтобы рассчитаться.

— Господи, папа! – я не верила своим ушам. Теперь понятно его состояние, когда он уходил и приходил с ненавистной работы. – Ты же сам меня учил быть всегда внимательной и смотреть, что подписываю!