Чтение онлайн

— Я видел сегодня. Белобрысый мальчишка, — с горечью заметил он. — С горящими глазами. Здорово его Цовев обработал.

— Думаешь, он?

— Знаю. Воробей же намекнул на его младшего брата. Тот постарался брата защитить. Да разве ты бы не так сделал?

Удаган повел плечом. Уточнил после паузы.

— Других новостей нет? Точно на этот Обряд назначили?

— Теперь точно, — в голосе отца послышалась бесконечная усталость.

— Кажется, ты не рад этому?

— Честно? — агатовые глаза пронзительно взглянули на Льва. — Я боюсь. Мне снятся кошмары. Почти каждую ночь снятся. Я теряю вас всех: Шелу, Алета, тебя… Остаюсь на пепелище с тремя вдовами. Я уже не уверен, что поступаю правильно.

Удаган натянуто рассмеялся.

— Ну, ты хватил… С тремя вдовами. И кто же будет моей вдовой?

Снова пристальный взгляд, и снова отец отворачивается к окну, точно смотрит на что-то невидимое Льву.

— Мне снится красивая девушка с длинными светлыми волосами — еще светлее, чем у тебя, — и черными глазами, — Удаган чуть отшатнулся. — На ней платье песочного цвета… Вспомнил кого-то похожего?

— Она очень уж далеко, чтобы стать моей вдовой, так что вряд ли сон пророческий.

— Но она снится мне, хотя я никогда ее не встречал, а она что-то значит для тебя в отличие от множества других женщин, — Каракар побарабанил пальцами по столу и невпопад заметил. — Ты очень изменился после Песчаного монастыря, и я не знаю, хорошо это или плохо.

Удаган поспешил перевести разговор на другую тему:

— На место Корсака придет кто-то другой?

— Нет. Только один доброволец из каждого дома, что бы ни случилось.

— У нас и из дома Чайки — двое, — возразил он.

Дверь распахнулась так неожиданно, что Лев вздрогнул. Отец сохранил самообладание и тепло улыбнулся вошедшему Алету. Но тот лишь сжал губы.

— И что должны сделать двое из нашей семьи и двое из дома Чайки? — поинтересовался он.

Авиел думал несколько мгновений.

— Мы… обсуждаем совместную поездку.

Сокол сел на свободный стул, облокотился на колени и в упор уставился на отца.

— Совместную поездку в Ритуальный круг? Чтобы убить Охотника? — спросил он прямо. Каракар не ответил. Алет вскочил, дошел до двери, тут же вернулся обратно, уперся в стол. — Шереш вас обоих раздери! Выстрелил в небо — сбил звезду, — поразился он собственной проницательности. — Опять то же! Опять! Сколько же можно?

Алет давно заметил, что у отца и брата появились какие-то секреты. Стараясь не выдать подозрений, он тайком наблюдал за ними и вскоре уверился: происходит что-то очень неприятное и опасное. Но он до последнего надеялся, что ошибся, что страхи его выдуманные. Но все подтвердилось. Он снова прошелся по комнате и снова остановился перед отцом, стараясь говорить как можно тише: не хватало еще, чтобы Нэл — у эйманов быстро приживались короткие имена — различила их ссору. Слух у нее острее, чем у других женщин в доме.

— Зачем ты это делаешь, отец? Ради чего?

— Ради вас, — Авиел отвел взгляд.

— Ради нас?! — возмутился Алет. — Ты рискуешь собой и Ле ради нас? И кого ты тогда включаешь в это "нас"? Судя по всему — меня и Нэл, так?

— Ал, успокойся, — хмуро осадил его Лев. — Сядь и поговорим.

— С тобой я после поговорю. Наедине. Брат называется. А сейчас с отцом хочу. Почему ты не сказал о том, что хочешь сделать? Для чего эти секреты? Потому что мной нельзя рисковать, а им можно? — он небрежно указал Удагана. — Потому что…

— Сядь и заткнись! — рявкнул отец, и Сокол мгновенно повиновался. — И не смей меня упрекать, что один из сыновей дороже мне, чем другой. А то ты очень на Халварда становишься похожим. До безобразия похожим, — Алет закрыл глаза и посидел так немного, сцепив зубы. Для него не было оскорбления страшнее, чем сравнение с Охотником. — Я не собирался рисковать никем из вас, — Каракар взял себя в руки. — Была бы моя воля, Удаган бы тоже ничего не знал. Ни слова. Так получилось.

Алет сжал виски. Пробормотал мучительно:

— Во что вы ввязались? Во что вы оба ввязались? — быстро поднял голову. — Корсак тоже из-за этого погиб? — Лев кивнул. — И что теперь? Не успокоитесь, пока все не умрем?

— Теперь отступать некуда, — сурово закончил Авиел. В дверь тихонько постучали. — Входи, — громко откликнулся Каракар. Заглянула Ранели, тревожно оглядела мужчин, задержав взгляд на Алете. — Обед готов, — сообщила она.

"Услышала, как отец злился", — понял Сокол.

— Мы спускаемся, — пообещал Каракар.

Девушка тут же исчезла. Каракар встал, за ним сыновья.

— Отец, — попросил Алет напоследок. — Мы должны быть вместе. Раз ввязались — я с вами.

— Поживем — увидим, — неопределенно ответил Авиел.

…Ранели спускаясь по лестнице, вся обратилась вслух. Ее опасения были не напрасны: в доме что-то происходит, мужчины рискуют жизнью. Она боялась, что Алет теперь замкнется, ничего не расскажет, потребует, чтобы она не вмешивалась. Вмешиваться она и не собиралась: последние события убедили ее, что после этого бывает только хуже. Но она имеет право знать, так же, как и другие женщины. "Что за порядки у этих эйманов?"

С момента ее появления в доме Алета произошло только одно хорошее событие — то, что их признали мужем и женой и позволили, не таясь, занять одну спальню. Теперь бы дождаться весны и обещанного венчания без потерь. Хорошо, что она не может забеременеть без благословения Охотника: не надо то и дело готовить нужный настой. Хотя, если бы ей не сообщили это, она все равно бросила бы его пить: мало ли что этот мерзкий Халвард отказывается их обвенчать. Она жена Алета и имеет право родить ему сына.

9 сабтамбира, Ецион-Гавер — замок принца

Ялмари перекатился на бок, но тут же прижал девушку к себе. Дыхание постепенно восстанавливалось, он продолжал нежно целовать ее плечи и шею. Потом еле слышно вымолвил:

— Я люблю тебя… Я так тебя люблю…

Взгляд Илкер тоже постепенно становился осмысленным. Она обхватила его лицо ладонями, прижалась к губам:

— Спасибо тебе, — откликнулась так же беззвучно. — За то, что выбрал меня. За то, что любишь. За то, что не позволил мне уйти. Я была такая глупая! А теперь ты мой муж. Навсегда, — она засмеялась.