Чтение онлайн

– Теперь твоя очередь водить, – прокричал ребенок, хотя до этого производил впечатление вообще не умеющего говорить. – Теперь ты будешь играть… – хихикая, добавил мальчишка и тут же побежал в обратном направлении от Элис. Она услышала, как кто-то, наконец-то, окрикнул ребенка.

Тут, шокированной происходящим, Элис вернулся дар речи, в глазах мелькнули злые огоньки, а губы скривила ярость. Она обернулась и хотела, что есть сил и негодования, отругать эту безответственную мамашу и ее непутевого сына. Каково было ее удивление, когда позади никого не оказалось, ребенка и след простыл, а вместе с ним и человека его звавшего: будто никого и не было. Элис уже собралась идти искать непутевую семью, так как разбушевавшийся гнев вовсю искал выход, как звонкий голос вдалеке ее остановил.

– … Мы тебя уже потеряли, ты давно должна была приехать, – тут женщина с ярким макияжем и копной рыжих волос сделала минутную паузу и затем, с плохо скрываемой улыбкой, добавила – … это теперь тренд такой? «Грязь на платье»? Прямо хит сезона. – теперь ухмылка совсем перестала скрываться. – Я не знаю, что тут произошло, но тебе явно нельзя появляться на публике в этом… – и характерным жестом показала, насколько ужасно выглядит подруга.

– Миранда, это было просто ужасно! – истошный всхлип обиды вырвался у Элис. – Я стояла здесь, а тут вдруг откуда ни возьмись…

– Я все поняла, – перебила ее собеседница. – трудный день, дела… Но знаешь, что в таком виде и состоянии ты и двух слов не свяжешь на выставке. – она вдруг на мгновенье отвлеклась. – Такси! – Миранда остановила проезжавшее мимо такси. – Поезжай домой, я безвозмездно скажу твою торжественную речь. В конце концов я подруга тебе или нет?! – и лицо Миранды тронула улыбка, отчасти искренняя, но что отображала эта искренность знала только она сама.

Элис всячески пыталась сопротивляться и практически упиралась ногами в асфальт, когда ее сажали в такси. Но произошедший конфуз ее совсем выбил из колеи. Еще пять минут уговоров и Элисон села в такси. Оглядывая взглядов свое грязное, пусть и дорогое платье, всячески мысленно, а иногда и вполголоса, да так, что таксист то и дело смотрел в зеркало заднего вида. Она осыпала ругательствами этот день, который не задался с самого утра. Именно с утра, считала девушка, когда она обнаружила, любимый кофе, привезенный из Бразилии, закончился. Элис продолжала мысленно бранить эту непутевую мамашу с ее еще более непутевым сыном. – «Зачем нужны дети, зачем вообще нужно это все? Что оно им вообще дает, этим женщинам? Испорченные нервы ничем не провинившихся прохожих?! Создавая семью и заводя вот таких детей, они явно хотят портить жизнь других людей!» – В сердцах думала Элис. Она совершенно не понимала, для чего женщины стремятся, как можно быстрее выйти замуж и родить детей. Семейные ценности никогда не укладывались в ее голове. Она всегда была довольна своей жизнью. Бизнес, а по совместительству и работа, приносили хороший доход. Элис купила себе большой, двухэтажный дом с большими окнами и маленькой комнатой на крыше. Эта комната была ее излюбленным местом. Прямо над самой площадкой для сна и чтения книг, а точнее матрасом с огромным плюшевым пледом, было огромное окно с резными ставнями, оно открывало необыкновенную красоту неба, а ночью можно было насладиться россыпью звезд. Элис безумно хотела подобный дом с самого детства, когда читала в книжках и смотрела в кино различные истории, где показывали или рассказывали о каменных особняках, в несколько этажей с деревянными винтовыми лестницами внутри. Камин, который, по обыкновению, располагался в гостиной, согревал в холодные вечера.

Элис никогда не мечтала о семье. Да и представить не могла, что ждет кого-то вечерами с горячим ужином на столе. Она всегда искренне не понимала других женщин, которые так стремились выйти замуж. Исходя из этого всегда жестоко пресекала любые вопросы и разговоры на эту тему. Ей попросту ничего подобного не хотелось. Детей она не любила, а ситуация, произошедшая этим промозглым вечером, только подлила масла в огонь, и без того бушующего пламя отвержения семейного быта.

Это утро было более привычным для жителей этого города. Их, как обычно, будили яркие лучи летнего жгучего солнца. Давно ставшая верным спутником для всех жара проникала в каждые, даже самые отдаленные уголки. Все, казалось бы, забыли, что еще вчерашний день заставлял думать о скором приближении осени. Город цвел и светился, как всегда, будто вчерашнего дня и не существовало. Птицы, по обыкновению, окружали почти все лавочки здешнего парка, с ярым стремлением урвать более крупный кусок хлеба. Булочные открывали свои двери пошире, чтобы заманить к себе клиентов на волшебный запах свежеиспеченного хлеба. Все вокруг выглядело обыденным, даже на тротуарах и следа не осталось от ночных луж. Город явно забыл вчерашний день, а природа ему в этом только помогла. Казалось, все его забыли.

Элис, как обычно, встала в семь утра под пугающе громкий звон будильника. Но сегодня он казался еще ужаснее. Натянув одеяло на голову, она, приоткрыв один глаз, смогла только сонно пробормотать:

–Неужели я вчера так замоталась, что смогла укрыться этим куском тряпки? –и ее торчащие ноги из-под одеяла с обратной стороны, замотали из стороны в сторону в знак подтверждения пророненных слов. – Нет, нужно вставать!

Элис перевернулась на другой бок и ползком попробовала передвинуться к краю кровати, что явно противоречило ее желанию поспать еще немного. Но, не успев и на пару сантиметров сдвинуться, она с грохотом упала с постели, что, несомненно, ее взбодрило своей неожиданностью. Лежа на полу и корчась от боли, Элис обнаружила, что со вчерашнего вечера кровать стала уже не меньше, чем сантиметров на шестьдесят!

– Да что здесь происходит?! – выкрикнула, вставая на ноги девушка. Она выпрямилась в полный рост и только после заметила явные изменения в своей спальне. Огромная, по общему мнению, кровать была раза в два меньше, но, если бы только кровать уменьшилась – сама комната казалась просто крохотных размеров. Ранее стоявший напротив постели шкаф, заменял старый, обшарпанный комод. От глаз не мог ускользнуть и тот факт, что висевшие на стене картины с горными пейзажами ничего не заменяло, они просто исчезли. Интерьер был явно повидавший виды, да и сами стены давно просили ремонта. Элис стояла в оцепенении и лишь судорожно трепала себя за воротник ночной рубашки. И только спустя еще несколько секунд поняла, что спать она ложилась в пеньюаре из дорогого шелка, которую привезла из Индии во время отпуска.

– Я видимо напилась до беспамятства и оказалась здесь. Даже знать не хочу каким образом я сюда попала! – ее голос сначала бормотавший, сорвался на визг.

Девушка кинулась искать свою одежду. Судя по тому, что на визг никто не прибежал, Элис предположила, что в доме никого нет и нужно успеть отсюда уйти до того, как хозяин этого бунгало вернется. Руки явно не слушались, они тряслись и работали точно не в пользу своей хозяйки. Вещей нигде не было, точнее они были, но намного дешевле ее собственных, не такие стильные, но что еще больше удивило Элис так это то, что вся найденная ей одежда-женская. Вот только подруг, живущих в подобных квартирах у нее, не было, и с кем она могла сюда приехать все так же оставалось загадкой. Девушка уже собиралась все бросить и вызвать такси домой. В конце концов таксисту точно нет дела в пижаме она или дорогущем платье. Но эти мысли прервал ее собственный взгляд, который упал на прикроватный столик. Там стояла рамка, а внутри фотография. Элис взяла ее в руки и немного даже вздрогнула. Это была она! Именно эту рамку она купила около десяти лет назад, а на фото была сама Элисон, смеющаяся, как ребенок, в обнимку с не менее смеющейся девчонкой. Она помнила этот день, как сейчас. С Амандой они дружили еще со школы, даже в университет поступили вместе. В тот день они были в парке развлечений. Обе были там в первый раз, и фотография отображала их безудержные эмоции как нельзя лучше. Про них говорили, что они «не разлей вода», но судьба распорядилась иначе и развела их по разным сторонам. Элис захотела денег и большей независимости. Появились другие подруги, которые со временем вытеснили верного, школьного друга.

Элисон швырнула рамку на кровать, не веря собственным глазам. Она сама лично выбросила эту фотографию, как и все воспоминания об Аманде из своей головы. Немного придя себя и собрав волю в кулак, девушка, скрипя зубами, схватила первые попавшиеся джинсы и рубашку, наспех надела их на себя. Взяла резинку для волос с прикроватного столика, собрала копну своих волос в хвост и начала глазами искать выход в этой квартиры.

– Нужно, как можно скорее убраться из этого места. Если эта чья-то злая шутка. – она повысила тон и будто к кому-то обращаясь, начала говорить в никуда, больше переполняясь уверенностью, что это все нахальный розыгрыш, а за ней самой, судя по всему, наблюдают и насмехаются к тому же. – Если я узнаю, кто это все придумал, то вам не поздоровится, уж это вам обещаю! – опять в пустоту продолжала Элис.

Хлопнув входной дверью, да с такой силой, что даже этажом ниже был слышен удар, Элисон выбежала на улицу, пролетев по лестнице с немыслимой скоростью. Преодолев дорогу до казавшейся ей на тот момент всезнающей Миранды метровыми шагами, девушка уже сгорала от негодования. Она была уверена, что подруга обязательно объяснит это недоразумение. А если не объяснит, то точно поможет разобраться, ведь сама она ей не раз помогала.

Многие считали Миранду паразитом, который постоянно пользуется чужими связями и пробивает себе путь, прыгая по головам. Стоило отметить, что она действительно всегда старалась отхватить кусок побольше. Что касалось дружбы, то, наверное, искренние человеческие отношения так и оставались для нее загадкой.

Дорога действительно была пройдена необыкновенно быстро. Хотя раньше и меньшие расстояния были исключительно достоянием такси. Но не в этот раз, телефона, чтобы его вызвать не было, а по пути ни одного такси так и не встретилось.

Дом Миранды, как и прежде, возвышался над остальными. От него будто исходил дух высокомерия. Все вокруг говорило о том, что этот дом и его обитатели считают себя выше других. Элис торопливо взбежала по ступенькам и трясущейся рукой нажала на звонок. Дверь неспеша открыла женщина лет тридцати пяти, в шелковом халате и мокрыми волосами. При виде гостьи на пороге ее взгляд не изменился, он так и оставался непринужденным, только лишь добавился легкий оттенок недовольства. Элисон бросилась обнимать подругу, про себя отметив, что ей это не свойственно, но поток эмоций, который вырывался наружу, брал над ней вверх.

– Наконец-то, Миранда, эта такая глупая шутка! – запыхавшимся голосом, наперебой бормотала она. – А где она фотографию достала вообще ума не приложу. – Элис все негодовала, не замечая, как лицо подруги просто искривилось от удивления, а сама, так и слова не проронила. – Но если я узнаю, кто это придумал, то мало не покажется! Я ведь только сейчас начала отходить от шока..! Миранда, ты вообще меня слышишь? – теперь она заметила каменное выражение, казалось бы, застывшее в самом начале разговора, выражение лица. – Объясни..