Чтение онлайн

сомневаетесь в том что я делаю. Я понимаю. Вы заботитесь обо мне. Но это слишком. Все

слишком. И все это время вы беспокоились о том, что что-то произойдет со мной здесь,

единственный раз это случилось, когда кое-кто из дома приехал сюда, как сумасшедший,

чтобы причинить мне боль.

Я посмотрела на них и позволила им впитать все.

К счастью, к тому моменту вошел доктор.

– Ну, вижу все семейство здесь, - он сказал практически весело, что мне типа понравилось.

Нет ничего хуже, чем врач с мрачным поведением с больными.

Доктор представился моим родителям, а потом спросил меня, хочу ли я поговорить о

снимках наедине.

– Мы ее родители, - сказал отец.

– Да, но она взрослая. Я не могу обсуждать ее медицинские проблемы рядом с кем-то без

ее разрешения.

– Все в порядке, - сказала я. Я на самом деле просто хотела покончить с этим и убраться

оттуда.

Врач подтвердил, что у меня сломано одно ребро.

– Ничего особенного не сделать с этим. Просто покой и немного обезболивающего.

Все вздохнули с облегчением.

Доктор продолжил:

– Вы живете с родителями?

– Нет.

– Одна?

– Нет. Ну, у меня есть соседка, но…

– Понял, - ответил врач. – Извините, забыл на мгновение. Сегодня здесь немного

сумасшедший дом. Это может быть хорошей идей, если вы останетесь со своими

родителями, - он просмотрел на них. – Просто убедитесь, что с ней все хорошо в

следующие несколько дней, ничего особенного.

– Мы не живем здесь, - сказал папа. Я заметила, что его голос стал мягче. Он прозвучал

практически смирившимся с мыслью, что я самостоятельная.

– И мы должны уехать домой сегодня, - сказал мама.

Грейс держала малышку, которая спала, и прошептала:

– Может, нам стоит остаться.

– Все нормально, - сказала я. – Я знаю, что могу сделать.

14.

Макс зашел в больничную палату спустя несколько минут после моего сообщения.

Он был джентльменом, обращаясь к моим родителям, как к мистеру и миссис Роуленд, и

сказал Грейс, что рад встрече с ней. Он вытянул палец, как будто собирался ткнуть мою

малышку-племянницу, но вместо этого она схватила его за палец.

Я думала, что после того, как расскажу родителям о Максе, у них возникнет мысль, что

когда он войдет в палату, то будет со свитой и фотографирующими папарацци. Я

абсолютно уверена, что они ожидали, что он войдет и будет показным, высокомерным,

отчужденным и все остальные клише, которые ассоциируются у людей с Голливудом.

Но Макс, как всегда, не мог быть еще более приземленным, и думаю, это ошарашило их.

– Сожалею, что не смог добраться скорее, после звонка Оливии, - сказал он моей семье.

Прежде чем кто-то еще смог ответить, я сказала:

– Ты не Бэтмэн, ты же знаешь.

Он сверкнул мне своей улыбкой.

Мои родители рассмеялись в первые за… ну, настолько долго, насколько могла вспомнить.

Он был здесь только несколько минут перед тем, как папа сказал:

– Не возражаешь, если мы поговорим в коридоре?

Макс не колебался.

– Совсем нет.

Когда они двое покинули палату, я подумала: О, нет. Папа собирается прогнать его.

Вероятно, попытается уговорить Макса принять их сторону в споре о том, должна ли я

вернуться домой в Огайо.

Но Макс не сделает этого, я знала. Еще, вероятно, это будет неудобно для него, и я

ненавидела эти мысли.

Грейс сказала:

– Вау. Просто…вау.

Мама посмотрела на нее.

– Что вау?

У Грейс челюсть отвалилась.

– Эм, але, мама? Разве ты не заметила насколько горячий парень Оливии?

Первый раз за мою жизнь, я увидела выражение на лице моей матери, которое она,

вероятно, хотела бы никогда не позволять увидеть своим дочерям. Это были просто слегка

приподнятые брови, и уголок ее губ немного изогнулся.

– Внешность не так важна, как то, что внутри, - сказала мама. Она смотрела на меня.

Грейс посмотрела на меня, ожидая, что я буду защищать Макса, вероятно. Ожидая, что я

выдам список его хороших качеств.

Но я не сделала этого. Я просто сказала:

– Я люблю его. Да. Действительно, люблю.

Я чуть не заплакала. Мама подошла с боку кровати и положила руку на мою и просто

улыбнулась.

***

Мои родители встретились с доктором снова и он заверил их, что мои повреждения

незначительны, и что я буду в порядке.

Пока они разговаривали с врачом в коридоре, Грейс сказала, что собирается где-нибудь

сменить малышке подгузник. У нас с Максом появилось несколько минут наедине.

– О чем вы с папой разговаривали?

Он потер мое предплечье.

– В основном о футболе. Он хотел узнать, за кого я болею в Супер Кубке.

– Заткнись.

Макс улыбнулся.

– Нет. На самом деле, был приятный разговор. Он сказал мне, что не счастлив тому, что ты

находишься здесь, но знает, что ты собираешься делать то, что хочешь.

– Мечтаю, чтобы он признался мне в лицо.

– Ага, - сказал Макс. – Ну, довольствуйся тем, что есть. Он спросил меня, откуда я, все в

таком роде. Думаю, ему понравилось, что я со Среднего Запада.

Я закатила глаза.

– Он может быть типа любителем местности.

– Ты рассказала им о том, что ушла из агентства?

Я покачала головой.

– Я так и знал, - ответил он. – Потому что твой отец выглядел удивленным, когда я

рассказал ему, что ты будешь моим ассистентом и редактором.

Мои брови метнулись вверх.

– Редактором?

– Ну, угу. Главным редактором, привратником. Честной со мной, когда я напишу какую-

нибудь херню.

Я только улыбнулась. Это должно быть так хорошо.

– Он также спросил, какие мои намерения насчет тебя.

Я засмеялась и прикрыла рот рукой.