Равен
Шрифт:
— В правом верхнем углу, — начала она…
Прошло минут десять, прежде чем бумага была готова. Мне пришлось потратить пару листов, чтобы письменно изложить все события происшествия и попросить возложить всю ответственность на меня.
Ректор внимательно перечитала содержимое. Затем поставила печать и… расписалась. Один короткий росчерк, а моя жизнь навсегда изменилась.
— Чисто технически, я могу лишить тебя стипендии со следующего семестра, а этот ты можешь доучиться, — деликатно предложила она.
На что я отрицательно покачала головой.
— Ходить на занятия как ни в чём не бывало? Когда вся академия будет обсуждать меня в лицо и за спиной? Видеть, как Айван меня ненавидит? Ради того, что я не смогу получить? Думаю, не стоит.
Как и задерживаться здесь дальше.
Я поднялась на ноги, колени предательски дрожали. Наталья тоже встала.
— Ты хочешь, чтобы я что-то ему передала? — тихо спросила она.
Не стоило уточнять о ком шла речь.
— Передайте, что я никогда ему не лгала. И что мне жаль. Жаль, что я причинила ему боль. Он заслуживает большего. Пусть не сомневается в себе и своих способностях.
— Хорошо. Я передам.
— И еще! — быстро добавила я. — Наталья, не позвольте ему зачерстветь.
Женщина посмотрела на меня понимающе. Она прекрасно знала о стремлениях Айвана податься в отшельники. И, как я надеялась, тоже хотела уберечь его от одиночества.
— Всего доброго, — бросила я на прощание.
Миссис Каспар приоткрыла губы, но так и не нашлась что сказать. Может, она не могла выбрать между жестоким “Прощай” и наивным “До свидания”? Между лаконичным “Всего хорошего” и простым и глупым “Пока, Лина”?
Как бы мне хотелось, чтобы она меня остановила. Ведь я чувствовала — стоит сделать шаг за порог и настанет конец. На этот раз бесповоротный. Но это было невозможно. Пора было нести отвественность за свою жизнь сполна. И лучше сделать это быстро, как сорвать пластырь.
Сжав вспотевшие ладони в кулаки, я в несколько быстрых шагов приблизилась к двери, глядя себе под ноги. Ладонь легла на ручку, плечо с силой врезалось в дерево. Я вывалилась наружу и мгновенно врезалась во что-то твёрдое.
Крепкие руки схватили меня за плечи и встряхнули, заставляя поднять голову.
Лицо Айвана перекосилось от злости и ужаса. За его плечом маячила Мила.
— Что ты сделала? — прошипел он.
Я широко распахнула глаза и уставилась на подругу. Ну конечно, она нашла его и всё ему рассказала.
Айван крепче сжал меня, переключая внимание обратно на себя.
— Лина, что ты сделала?! — он перешёл на крик.
Моё молчание сказало ему больше любых слов. Опустив мои плечи, любимый притянул меня к себе. От удивления я даже вздрогнула. Одна его ладонь легла между лопаток, другая опустилась на волосы. Он провёл по ним также, как Мила совсем недавно.
— Мы всё исправим, — завил он дрожащим голосом. Да и сам он дрожал. — Мы обязательно всё исправим.
Глава 31
Я крепко прижала к себе подушку.
— Спасибо, что разрешила у вас временно остановиться.
— Без проблем. К тому же этот месяц полностью оплачен, а со следующего ты сможешь вносить собственную долю, — подмигнула Лотти.
Я была благодарна подруге за то, что она обошлась без всяких “если”. Это слово сводило меня с ума на протяжении последних месяцев.
— Обещаю не подвести, — засмеялась я. — Кажется пора переименовать тебя в телефоне в Фею-крёстную.
Девушка опустила голову набок, пристально изучая меня. А затем вздохнула и, подойдя ближе, опустила ладони мне на плечи.
— Я знаю, какого это — оказаться одной в мире взрослых проблем, боясь вернуться к семье. Ты со всем справишься!
— Спасибо, — повторила я одними губами.
Шарлотта отстранилась.
— Не буду больше тебе досаждать, устраивайся как дома. Печенье и чай на кухне. И вообще — бери всё, что захочешь. Если что-то понадобиться, ты знаешь где меня найти.
После этих слов она выскользнула за дверь.
Присев на край кровати, я крепче обняла подушку и посмотрела на стену своей новой комнаты. Та была обклеена милыми желтыми обоями в цветочек. Настоящие цветы тоже были здесь — стояли по углам в причудливых ярких кашпо, превращая помещение в маленькую оранжерею. Над кроватью висели полки, заполненные книгами, журналами и статуэтками в виде кошек. Мне здесь нравилось. Сочные цвета немного поднимали настроение. Пусть это было маленькое, но лекарство.
После подписания документов я не хотела и дальше оставаться в Академии. Просто не представляла, как проведу ночь в одной комнате с Ниной. Еще одну ночь в Равене, который вмиг стал мне чужим.
Айван несколько часов не находил себе места. Шок от моего поступка стёр в нём всё негодование от ситуации с Никитой, будто ни драки, ни поцелуя не было. И черная кошка между нами вовсе не пробегала.
Любимый пытался отговорить меня от принятого решения, после — переложить вину на себя, он даже устроил скандал в кабинете миссис Каспар. Но осознав всю тщетность этих попыток пообещал, что пусть не сразу, но он обязательно найдёт решение.
Я же, наоборот, не подпускала надежду и на мгновение. Просто боялась, что если она поселиться внутри — я буду жить, переполненная пустыми мечтами и сожалениями. А реальность, хоть и была горькой, но давала шанс обрести пусть маленькую, но радость от жизни.
Узнав о случившемся, Шарлотта немедленно позвонила мне и предложила помощь. Из их квартирки как раз недавно съехала Зоя. Подруга наконец решилась перебраться к Михаилу, и мы все были очень за них рады. Но вот теперь комната в общих апартаментах пустовала, а Лотти и Наде не хватало средств на полную оплату аренды. — Возможно, тебе это не очень интересно и ты хотела бы заняться другим, но я как раз ищу помощницу в мастерской. Зарплата небольшая, но на бытовые и личные нужды вполне хватит.
Я обняла себя за плечи и задумалась. Это было не тем, о чём я мечтала. Но в моём случае и выбирать было особо не из чего. Я могла оставаться в академии дальше, вернуться в Солярис, жить и работать с папой или же принять предложение Лотти.
— Спасибо, — я благодарно склонила голову — я с радостью.
По крайней мере работа в костюмном цехе профессиональной балетной труппы была интересной. Возможно, я бы даже смогла тайком подглядывать за репетициями и бесплатно посещать спектакли.