Чтение онлайн

Именно в этот момент, когда управляющий центр мозга повис в невесомости, остальное тело сообразило, что контроль тю-тю, и яростно включилось в процесс. Теперь не только Тай раздевал меня, путаясь в молниях и пуговицах, я тоже отчаянно терзала завязки на его рубашке, чуть не оторвала пояс его штанов и от избытка нетерпения укусила обтянутое тканью плечо, причем вцепилась не в тело, а в тряпку, еще немного, и зарычала бы, мотая головой, как дворняжка на пирожок в полиэтиленовом пакете, стараясь содрать ее зубами.

Не пришлось, потому что Тай то ли соображал лучше, то ли у него организм был более привычен действовать самостоятельно от мозга. Порыкивая, он в момент избавился от лишних тряпок и избавил от них меня. В процессе раздевания я успела заглянуть в подсвечивающие зелеными полумесяцами карие глаза, разглядеть за ними все те же сумасшедшие розовые звездочки… и понять, что мне все равно, что будет дальше, а Тайя теперь не остановит даже прямое попадание ракеты Земля-Равиен.

Выгнувшись и обхватив его бедра ногами, я резким толчком направила его в себя. Сейчас мне не нужна прелюдия, и даже нежность и бережность остались где-то в другой галактике. Сейчас только запах, вкус кожи под языком, боль от стиснутых рук и дикое, яростное желание слиться в одно бешено бьющееся существо.

Ромэй:

Проснулся я довольно рано, но в доме уже вовсю кипела жизнь, за окном кто-то разговаривал, в соседней комнате что-то негромко гремело, по-моему — посуда. В животе у меня урчало…

Я сладко потянулся, обнаружил, что проспал всю ночь под покрывалом в штанах, правда, без рубашки и ботинок. На соседней кровати наблюдалось переплетение двух тел, Тайя и Тани. Никакой ревности внутри по поводу увиденного у меня не возникло, только улыбнулся: «Дорвались, наконец-то, а то все время меня стеснялись».

Посмотрев на то, как они натянули одно покрывало, старательно пытаясь им укрыться, взял и накрыл их своим. Благодарное сопение, один приоткрытый глаз у Тайя и что-то не совсем членораздельное у меня в голове: «исибоыак». «Нормально!» — хихикнул я мысленно, и Тай снова вырубился.

Я же тихо вышел из комнаты, чтобы прокрасться к источнику вкусного запаха. Каша, моя любимая, да еще и с мясом… Давно я не ел правильно сваренную кашу, чтобы ночь в печке настоялась и пахла так, что живот судорогой сводит.

Женщина, Лели, улыбнулась мне и кивнула во двор:

— Умываться там…

«Там» было не только умываться, но так как я уже проснулся зверски голодным, то вернулся после умывания… матервестер! Ледяной водой! С утра! Вернулся я готовый сжевать всю кастрюлю или в чем там у них эта каша варилась?!

Передо мной сразу поставили миску, положили ложку и сели напротив, с умилением поглядывая, как я уничтожаю все содержимое.

— Как самочувствие?

— А добавки можно? То есть, хорошо, спасибо.

И тут в столовую выползла, потирая глаза, Таня и уставилась на меня так, как будто я магическая секретная бомбочка, причем огромных размеров.

Следом, застегивая штаны, почесываясь, зевая и мотая головой, как будто это может помочь проснуться, появился Тай.

Он возмущенно зыркнул на нашу кошку, обмотавшуюся сразу двумя покрывалами, потом посмотрел на меня, принюхался и плюхнулся рядом:

— А можно мне мясо без этой размазни?

Потом пнул меня в бок и вопросительно изогнул бровь:

— Ну ты как?

— За последние полтенченя ничего не изменилось, — хмыкнул я и улыбнулся Тане: — А тебе так очень идет.

Таня продолжала так же настороженно и молчаливо вглядываться в меня, машинально кутаясь в свои покрывала. Я обреченно вздохнул, отодвинул миску с почти не начатой добавкой и повел нашу кошку обратно в комнату, откуда они только что вышли. В дверях обернулся и кивнул Тайю:

— Умываться там…

Я надеялся, что наедине Таня оживет, но не тут-то было, она продолжала на меня смотреть подозрительно-выжидательно, и глаза у нее стали увлажняться, нижняя губа подрагивать, и… Я не выдержал, обнял и поцеловал.

Сначала у меня было чувство, что я обнимаю статую, но наконец кошка в моих руках ожила, с легким стоном обвивая мою шею руками и прижимаясь всем телом, а ее губы стали активно участвовать в процессе. Причем ожила не только Таня, и чем крепче я прижимался к ней бедрами, тем сильнее чувствовал, как тяжелеет у меня в паху. Мелкими шажками я стал продвигаться в сторону кровати, потом вспомнил, что могу проделать все быстрее и комфортнее, и пролевитировал с Таней в обнимку, низко-низко, почти над самым полом.

Татьяна:

Вот это что было?! Нет, я нормальная, и с… эм… темпераментом у меня всегда было нормально… Ну то есть я не поняла, с какого перепуга после более чем бурной ночи накинулась на Ромку, как оголодавшая гидра… всеми щупальцами.

Наверное, в тот момент, когда он меня поцеловал, облегчение было таким сильным, что все остальные чувства временно капитулировали, осталось только одно большое «МОЕ», причем скорее, сейчас же, вот тут и много раз…

Нда.

На самом деле мне только показалось, что между нами все осталось по-прежнему. Осталась… наша способность сливаться в одно, и мыслями, и чувствами, и даже телесными ощущениями. Но если раньше рядом со мной был… мальчик, нежный, но робкий, и я вела даже тогда, когда, казалось, он не отставал… В этот раз я просто отпустила себя плыть по его волнам, и он уверенно вел нас обоих, не давая мне утонуть, нес меня через свои чувства, можно сказать, на руках, и… мне вдруг открылось, что значит быть «слабой» женщиной рядом с сильным мужчиной.

Начало этого открытия родилось сегодня ночью в объятьях Тайя и завершилось вот сейчас, с Ромкой.

Мне больше не надо ничего доказывать… не надо вести и добиваться, не надо… мне всего лишь нужно попросить… своих мужчин… и они подарят мне весь мир.

Они отдадут мне все, и самих себя, и будут счастливы, когда я это приму. Главное, не мешать им делать меня счастливой и дарить в ответ любовь. Это просто? Почему же раньше казалось, что так сложно? Сложно и просто одновременно…

Тай:

Они выползли спустя два тенченя. Ромка и Таня. Вот интересно, кто из нас… Короче, кому тут надо думать о белках? Мы же не спали всю ночь! Вырубились только под утро. Я бы спал и спал еще, но Тане приспичило «посмотреть, как там Ромка». Мне она не поверила. Оставила бы хоть одно покрывало — не встал бы. Но она обмоталась сразу двумя. Вот зачем ей понадобилось оба?!

А когда я унюхал еду — понял, что голодный. Только отвлекся — Ромка подхватил эту… ревнивую до белок и уволок.

Когда они появились, едва удержался и не сказал: «А теперь моя очередь». Было бы весело, но так мы отсюда никогда не уйдем. Так что пошел, взял свою одежду и сел ждать, пока Таня поест. Понятно, Ромка в итоге тоже захотел есть, но я сказал, что ша! С собой возьмем. А то я сейчас тоже что-то захочу…