Рай беспощадный 2 [СИ] не окончена

– Ну что там?!
– Снежок, как обычно, не выдержал первым.

Макс и ухом не повел - прикипев глазами к окулярам, уставился вдаль, замер, будто статуя. Сейчас как никогда важна концентрация: бинокль далеко не пушинка - трудно удерживать подолгу и при этом не шевелить руками. Картинка дрожит, расплывается - удаленные объекты рассмотреть очень трудно. Можно, конечно, присесть, использовать выставленное колено в качестве упора. Но при этом уменьшится высота наблюдателя, что в некоторых случаях критично.

Сейчас от Макса требовалось найти водный путь, по которому можно провести лодку. В окружающем хаосе чуть притопленных рифов и нагромождений грибовидных скал задача нетривиальная. Слишком близко они подобрались к Большому острову - здесь придется на совесть постараться, если вдруг захочешь по пояс в воду зайти. Проводить наблюдение с низкой точки бесполезно - известняковые преграды сливаются в сплошную стену, окружающую со всех сторон. Надо занимать самые возвышенные места и, вытягиваясь на цыпочки, всматриваться до боли в глазах, изучая окрестный лабиринт.

– Ну что там видно?!
– опять не утерпел белобрысый подросток.

Макс, оторвавшись от бинокля, тихо произнес:

– Чайки.

– Ну и что?! Ты чаек никогда не видел?!

– Они кружатся над одним местом. Их много.

Снежок моментально влетел на вершину и, потеснив Макса, уставился в том же направлении:

– И, правда, чайки. Они же рядом совсем - и без бинокля видно. Макс: ты зачем так долго на них в бинокль смотрел?!

– Мне не чайки нужны, а свободная вода. Или тебе нравится лодку на руках носить?

Туча, предававшийся безделью в тени скалы, лениво заметил:

– Чайки стаей просто так не налетают. Там что-то пожрать есть.

– Посмотрим?!
– мгновенно загорелся Снежок.

Макс, еще раз прикинув маршрут, кивнул:

– Надо сходить. Туда по мели можно лодку дотащить, а потом разведать, что дальше будет.

– Опять тащить?
– чуть не всплакнул Туча.
– Может подождем прилива?

– Если мы будем двигаться только во время высшей точки прилива, то и за неделю до острова не доберемся, - заметила Дина, в компании с Бродягой, Болтуном и Летчиком оставшаяся в лодке.

– Мы и без прилива за неделю не справимся, - вздохнул Туча. И так уже забрались сами не знаем куда - будто пустыня.

Макс ничего не стал на это отвечать - товарищ прав. Экспедиция, поначалу продвигавшаяся с завидным темпом и без лишних усилий, внезапно застопорилась наглухо - дорогу преградило то самое мелководье, в котором они сейчас пытались отыскать проход.

Второй день продвигались вдоль "стены", но она так и оставалась непреодолимой. Попытки углубиться на восток, пользуясь малейшими намеками на водные тропы, неизбежно заканчивались тупиками. Хуже всего, что лодку часто приходилось перетаскивать вручную. Хоть и легкая - почти целиком из бамбуковых шестов и полос, но неудобная. К тому же велик риск повредить тонкое днище - надежда на подвязываемые бруски невелика.

Макс был готов отдать десять лет жизни за подробную карту местности или хотя бы снимок с самолета. Без них, похоже, ему придется таскаться не один месяц по этой нестерпимой жаре, запивая сушеную до состояния доски рыбу почти горячей морской водой - на сплошном мелководье солнце доводило ее чуть ли не до кипения.

Семь человек - больше в лодку не набить. Сам Макс, его необычный "хвостик" - Дина, давний мелкий товарищ Снежок, Туча - с ним доводилось ходить в поход к поселку Люца, Бродяга - оригинал, прицепившийся к островитянам после разгрома гарнизона готов и захвата "Челленджера", Летчик - шестнадцатилетний паренек ничем особым себя до сих пор не проявивший, но вроде работящий, и Болтун - крепкий юноша лет девятнадцати. С последним даже непонятнее чем с Бродягой: один из парней, пришедший со Старостой, причем кличка у него явно для смеха дана - редкостный молчун. Что говорить, если даже имя его никто до сих пор не сумел выведать.

Странная компания - сборная солянка. И маловато для серьезной экспедиции на остров. Но два ружья и револьвер давали хороший шанс отбиться даже от большой шайки диксов, а забредать в болота к ящерам не планировалось. Припасы позволяли продержаться не более десяти дней, причем три из них уже прошли.

А острова все нет и нет.

Чаек и бакланов могло привлечь лишь одно - пища. На этот раз это оказался труп. Раздетый по пояс мужчина неопределенного возраста: кожа подозрительно светлая - выдающая новичка, предплечья и босые ступни в пятнах и полосах ожогов от ядовитых кораллов, обожающих хорошо прогреваемые мелководья, лицо уже уродливо расклевано.

Несмотря на то, что самому старшему из присутствующих было не более двадцати пяти, а младшему и четырнадцати не исполнилось, зрелище никого не ужаснуло. Лишь Дина не стала участвовать в осмотре тела, но и не косилась осуждающе - деловито описывала круги по прилегающей территории, причем небезуспешно: нашла зацепившуюся за кораллы белую рубашку.

Туча, выворачивая карманы брюк, довольно заметил:

– Свеженький. Почти не воняет.

– Наверное, буй близко, - предположил Макс, наблюдая за процессом сбора трофеев.

Все стандартно: бумажник с мелочью, кредитками, дисконтами, мокрыми купюрами; связка ключей; отдельно автомобильный с брелоком сигнализации; пухлая визитница; носовой платок и какие-то склизкие бумажки.

– Телефона нет, - нахмурился Туча.

– Гопники за гаражами отстегнули, - хохотнул Бродяга и, присев перед телом, задрал покойнику верхнюю губу: - Похоже, дядька не дожил до превращения в дикса.

– От кораллов умер? Сильно пожгло?
– догадался Снежок.

– Можно сказать и так. Язык у него на весь рот раздуло. На серьезную колючку наступил, наверное. Яд.

– Точно!
– вскинулся Туча.
– У него обуви нет! Где она? Динка! Ты его боты не находила?!

– Нет. Только рубашка здесь. И все.

– Жаль. Дальше потащимся или назад вернемся? Как достало эту лодку таскать… Эй! Макс! Это я тебя спросил! Ты же у нас главный!

Макс, карабкаясь на скалу, пробурчал:

– Не видишь чем я занят? Осмотрюсь, потом скажу.

Вид, открывшийся с вершины, на первый взгляд был столь же бесперспективным, как и прежде. Но Макс не опустил руки - вновь припав к биноклю, начал изучать все, что было доступно взору. На востоке, увы, намеков на проход не оказалось. Там все еще хуже, чем за спиной - сплошная коралловая щетка и хаос скальных гряд. Путь к Большому перекрыт наглухо. Но плох тот разведчик, который ограничивается одним направлением. Медленно поворачиваясь по часовой стрелке, продолжил осмотр. Местами замечал зеркала глубокой воды, но они были невелики и стиснуты препятствиями со всех сторон.

Уже совсем было отчаялся, решив, что придется тащить опостылевшую лодку назад, как вдруг среди монотонного хаоса рифовых мелей и серых низких скал увидел нечто принципиально новое. Далеко - плохо просматривается, но прикрыто подозрительно высокой грядой, что обнадеживает.

– Увидел воду?
– не утерпел Снежок.

– Мальчик - да тут везде вода, - хохотнул Бродяга, хлопнув по морской глади, сверкавшей в считанных сантиметрах от коралловой щетки.

– Я о нормальной воде спросил, а не о горячей луже!