Чтение онлайн

— Не позовешь ли Сару, Каллен? Может, Элви с Фэй тоже смогут прийти…

Быстро одевшись и взяв в руки масляную лампу, он несколько секунд глядел на нее.

— Может, я смогу чем-нибудь помочь, Китти, любовь моя?

— Нет, тебе не нужно. — Она улыбнулась ему, надеясь, что ее ребенок будет похож на него. — Они все сделают.

Через несколько минут прибежала Сара со встревоженным бледным лицом, вскоре пришли и Элви с Фэй. Разведя огонь, они поставили греть воду, приготовили тряпки и простыни.

— Давно у тебя боли? — спросила Элви.

— Почти всю ночь, — ответила Китти.

— Боже мой! — Сара с упреком посмотрела на нее. — Почему же ты не послала за мной раньше?

— Было терпимо. Думала, что впереди у меня еще много времени.

Фэй, сев на край кровати, по старинным часам Джозефа отмечала время приступов. Весть о том, что Китти рожает, быстро разнеслась по форту.

Элви смешала маисовую похлебку с теплым свежим молоком, добавив в нее немного меда.

— Это, конечно, не овсянка, — сказала она, подавая тарелку Китти, — но все равно восстановит силы.

Китти все съела, готовясь к ожидавшему ее впереди испытанию. Ритм болезненных приступов учащался. С каждым новым приступом ей казалось, что младенец вот-вот выскочит наружу.

— Я попросила Фанни послать за бабушкой Хоукинс, — сказала Элви.

— Сейчас я встану и немного похожу, — сказала Китти. — Мама говорила, что это помогает.

С помощью двух женщин она поднялась с кровати, но давление внизу живота оказалось таким нестерпимым, что Китти со стоном плотно сжала губы.

— Кажется… он где-то очень низко, — с трудом проговорила она. — Кажется, он вот-вот выскочит оттуда.

— Нет, до этого еще далеко, дорогая! — успокоила ее Элви. — Это только так кажется.

Китти немного походила по комнате, но когда боли усилились, достигнув даже коленей, она согласилась снова лечь в постель.

— Все идет слишком быстро для первых родов, — заметила Элви.

Одно окно в хижине широко распахнули, чтобы в комнате стало попрохладнее: июнь в этом году был жарче обычного. Где-то далеко Китти увидела вспышку молнии, за ней раздались глухие удары грома. Ночной ветер пригнал облака.

— Сейчас польет дождь, это уж точно, — проскрипела бабушка Хоукинс, входившая в хижину и подгоняемая сильным порывом ветра.

Сара торопливо захлопнула дверь. Бабушка склонилась над Китти, покачивая трясущейся от старости головой.

— Не волнуйся, милая… пока нечего беспокоиться. — Она повернулась к Элви. — Сильные у нее приступы, да?

Элви кивнула, и они отошли в сторонку поговорить. Сара сидела с одной стороны Китти, Фэй — с другой, и когда боли усиливались, они брали ее за руки. Китти тяжело дышала, пот заливал ей лоб.

Когда очередной приступ миновал, бабушка Хоукинс вновь склонилась над Китти. Раздвинув ей ноги, она ощупывала своими заскорузлыми пальцами с большими ногтями ее промежность. Удивительно, но ее прикосновения были очень нежными… Через минуту старушка удовлетворенно прокрякала:

— Да, он там… в правильном положении, головкой вперед.

Зарядил дождь, и вновь Китти ощутила сильный приступ, который, однако, быстро стих, но скоро начался другой. Эти приступы следовали в определенном ритме, и самое главное сейчас — заставить свое тело подчиниться ее воле и вытолкнуть младенца, потому что пришел срок… Во всем этом чувствовалась великая правота природы…

Она слышала, как подруги говорят о ней, но когда в хижину вошла Джемина, чтобы узнать, как она себя чувствует, Китти видела всех уже в какой-то расплывчатой дали — она была слишком поглощена рождением ребенка. До последнего момента она думала о матери, и слезы навернулись у нее на глаза.

— Не плачь, Китти, чего ты боишься? — пытался кто-то успокоить ее. — Все идет как надо!

Она хотела сказать, что не боится, но не смогла, так как именно в этот момент тужилась изо всех сил, инстинктивно понимая, что настало время окончательного изгнания плода.

Она едва слышала раскаты грома и стучавшие по крыше струи дождя. Глубоко вдохнув, она закрыла глаза, пытаясь как можно сильнее сконцентрироваться на том, что ей сейчас предстояло сделать… как только она почувствует последний приступ боли. Нужно напрячь все тело… Через несколько секунд, которые показались ей вечностью, она вдруг ощутила, как между ног вырвался шумный теплый поток воды, вынесший в себе младенца, — и издала ликующий клич победителя.

— Держите его! — закричала Сара. — Боже, Китти, у тебя мальчик!

Китти, открыв глаза, вся подалась вперед, пытаясь его увидеть.

— Погоди, погоди! — смеясь, остановила ее Фэй.

— Никогда еще не видела такого чудесного мальчишку! — воскликнула бабушка Хоукинс, поднимая младенца над животом матери, чтобы она увидела свое перепачканное кровью чадо. Голова его была покрыта густыми черными волосиками, и он уже начал дышать и пищать, дергать ручками, хватаясь за воздух. Тельце его дрожало.

— Вы только послушайте его! — восторженно произнесла Элви. — Не понадобился даже шлепок по попке, чтобы он заорал! Он напоминает мне моего Вилли.

— Ах, Китти, какой он красивый… — шепнула Сара.

— Но худющий как ободранный кролик! — прокудахтала бабушка Хоукинс. — Зато у него хороший костяк… наверняка будет высоким…

Китти не спускала с него глаз, когда бабушка Хоукинс отрезала пуповину. Младенец все еще сильно плакал, толкая ее ножками, и у него дрожала крохотная нижняя губка. Она еще никогда ни к кому не испытывала такой всепоглощающей любви… От этого у нее на глазах даже выступили слезы.

— Не плачь… — сказала Сара. Но она все понимала, и сама тихо светилась от радости.

— Что-то не припомню, чтобы кто-нибудь еще при первых родах так легко выскакивал из чрева на свет Божий! — заявила старуха и добавила: — Нужно избавиться от последа.

У Китти все еще слегка сокращался живот, а бабушка Хоукинс массировала его. Теперь он был, как и прежде, гладкий и ровный.

Откинувшись на подушку, Китти чувствовала себя изнуренной, но ликовала всей душой. В голове не осталось никаких мыслей.

Младенец орал, когда его мыли и вытирали. Китти бросала в его сторону тревожные взгляды, но потом успокоилась, поняв, что он просто негодует по поводу свалившихся на него неудобств новой жизни.